Клетка сладкого кошмара

Глава 15

Стивен

*

Побороть желание поднять её на руки и унести в свою постель было сложно. До одури. Не знаю, как справился, но это было необходимо. Уснул я быстро, а проснулся на рассвете с чётким пониманием того, что буду делать дальше.

Заварив себе кофе, я направился в смотровую. Камеры были разбросаны по всему дому, а вот эту потайную комнату вряд ли кто-то смог бы отыскать, даже стоя перед входом в неё. Устроившись на кожаном кресле, я щёлкнул рычажком, переводящим комнату Нэнси в режим «свободно». Экран в коконе моего мотылька погас, а дверь открылась. Ты свободна, Нэнси, посмотрим, что ты будешь делать дальше.

Какое-то время она ещё спала, а я любовался ею. Такая хрупкая… Камера была далековато, но вполне позволяла различить умиротворённое лицо и разбросанные по подушке светлые вьющиеся волосы. Проклятье, я и забыл, что женщинам нужны всякие штуки, типа расчёски… Как-то даже не задумывался об этом.

На экране наметилось движение. Нэнси проснулась и нахмурилась, уставившись на открытую дверь. Поглядим, насколько тебе захочется остаться со мной, когда появилась возможность освободиться. От стука по стеклу миниатюрным кулачком я не смог удержаться от смеха. Вот что только может быть в голове у девушки, чтобы так поступать?

Улыбка сползла с моего лица, когда Нэнси направилась к выходу и выглянула в коридор. Разочарована? Да, я от всех избавился, когда понял, что мне не хотелось больше никого, кроме тебя. Сам не мог до сих пор в это поверить, но последней девушкой, с которой я был помимо Нэнси, была моя секретарша. А камеры опустели спустя неделю после её появления в одной из них. Потому что мне так захотелось.

Позвала меня. Боялась, что явлюсь и накажу её? С радостью, но не сейчас. Этот эксперимент для меня важнее похотливых желаний, так что придётся потерпеть. Я вновь еле сдержался от смеха, видя, как Нэнси испугало автоматическое освещение на верхней площадке лестницы. У смотровой не было звукоизоляции, а она была на втором этаже, так что придётся помалкивать, если я не хотел всё испортить.

Хм, похоже на то, что и правда искала меня. Она неглупая девочка, как мне показалось. Хотела бы упорхнуть на волю – направилась к выходу, а тут сначала наверх пошла. Что же ты со мной делаешь, Нэнси? Я же так научусь верить хотя бы кому-то в этом мире…

Поблуждала и направилась вниз. Похоже, мой старый дом её не впечатлил. Не отводя взгляда от экрана, я подался вперёд, когда Нэнси подошла к ноутбуку. Мне слабо верилось, что она не в курсе, кто я такой, но – допустим, что это было правдой.

Найти в поисковике, зная хотя бы имя, не составило бы сложности. И, если она этого не сделает, значит, знала. Просто решила включить дуру. Я тяжело вздохнул, когда Нэнси ушла, даже не прикоснувшись к клавиатуре. Так и знал. Что ж, уповать на это было глупо.

Камера у бассейна находилась около дома, далеко от того места, где расположилась Нэнси, и обзор с неё был плохой. Какое-то время я размышлял, сидя напротив экрана и наблюдая девичью фигурку на дальнем шезлонге.

Итак, Нэнси знала, кто я такой, а ещё – она была прекрасной актрисой, раз смогла так хорошо сыграть, что не признала меня, когда сняла маску. Логично при таком раскладе не пытаться сбежать, ведь от меня не сбежишь, а большая часть её сверстниц и не стали бы, летая в облаках и теша своё эго наивными глупыми надеждами.

Впрочем, даже при сделанных мной выводах и искреннем желании её отпустить, если она захотела бы уйти… Нет. Только не Нэнси. Я ни за что не стал бы отпускать ту, что умудрялась со мной такое творить. Даже если всё это – напускное враньё.

Вздохнув, я поднялся и вышел из смотровой. Тихо спустился по лестнице вниз, но пошёл не через главный вход, а обошёл дом и подошёл сзади так, чтобы Нэнси не могла меня увидеть. Услышать тоже, не зря же я когда-то обучался ходить бесшумно. Теперь меня разве что радовала реакция людей, когда я оказывался рядом и они вздрагивали от неожиданности. Забавно же.

Смотря пустым взглядом на водную гладь бассейна, Нэнси ёжилась и всхлипывала, вытирая с щёк… слёзы? Чего ревела-то? Я нахмурился, не зная, как на это реагировать. Обычно женщины при мне рыдали только пытаясь чего-то от меня добиться или манипулировать, но Нэнси явно была не в курсе, что я стоял за её спиной. Не было публики, на которую могла бы играть. Что за чёрт?

– Расстроилась, что дом маловат? – хмыкнул я почти что у самого её уха.

Испугавшись и вздрогнув, она чуть не влепила мне пощёчину от неожиданности, но я поймал её за запястье и постарался изобразить максимальный укор в своём взгляде. Видимо, переусердствовал, потому что она воззрилась на меня с толикой безумия в сверкающих от слёз глазах и выдала:

– Твою ж! Стив, какого хера происходит? Ты меня напугал! – В мою грудь прилетел слабый миниатюрный кулачок её левой руки, хотя правую она вырвать из захвата и не пыталась. – Я же подумала, что с тобой случилось чего! А ты… Ты, вот… Что, проверял меня, подонок? – она прищурилась, а в её голосе прозвучала такая детская обида, что я только умилился:

– Я дал тебе свободу и не понимаю, почему ты ещё здесь, – я поймал её левую руку и, подобно кукольнику, повёл их друг к другу, резко скрестил, развернув податливое тело к себе спиной. Естество шевельнулось, напоминая, что я соскучился по ней, но сейчас было не время. Пока. Склонившись к её уху, я вкрадчиво произнёс: – Почему ты даже не пыталась сбежать от меня, Нэнси?

Она повернула недовольное лицо в мою сторону, и мы столкнулись взглядами. Похоже, ответ на мой вопрос был весьма развёрнутым и нецензурным, но она только картинно закатила глаза и прошептала:

– Я что, дура что ли? Ты ведь знаешь обо мне всё, так ведь? – Я уклончиво качнул головой, не давая чёткого ответа. Нэнси тяжко вздохнула и продолжила: – Ну, если ты вдруг не в курсе: я ныне бездомная. Бывший парень меня выгнал, в общежитие до осени не примут, а мои родители живут в таком захолустье, что его название тебе ровным счётом ничего не скажет. И я туда ни за что не поеду. Мне некуда убегать. Вот. А тут меня вкусно кормят, есть крыша над головой, ещё и мужик, который меня обалденно трахает. Санаторий!

– Сучка хитрая, – беззлобно рассмеялся я.

– Как видишь, – кивнула она, прижимая свои руки вместе с моими посильнее к себе.