Unknown

Мы с Риком выжидательно на него посмотрели.

– Ладно, давай сначала. Как ты считаешь, трахаться с нами – это моральный поступок?

– Ну, в целом... Да. Я бы трахнулась с вами. Но, как я и сказала – вы пидоры.

– Карен, давай конкретнее! – закипел Джефф.

– Да – говорю! Я бы трахнулась... Но... Не знаю. Без удовольствия, что ли. А чтобы с удовольствием – нужно чтобы вы тоже также страдали, как и я.

– То есть, всё дело в программе? – Джефф на мгновение расслабился. – Ты просто обижена на ситуацию. Если бы мы были в равных условиях, то проблем бы не было?

Я задумалась.

– Ну... Частично, может быть, да. Но я не уверена, что вообще бы в вас заинтересовалась тогда. Всё-таки программа сыграла свою роль... Я думаю, надо просто подождать, пока вы сами не разденетесь. Всё-таки должна быть какая-то страсть. Либо вы должны страдать, либо я. Ну, желательно вы, конечно.

– Какая ты злая, – буркнул Рик.

– Ну вот такая я. Есть, наверно, бабы, которые самим нравится страдать, но я не отношусь к ним.

– То есть, ты типа... Хочешь, сказать «доминант»? – уточнил Джефф.

– Ну... Наверное, – не без скепсиса согласилась я. Над этой темой мне ещё предстояло подумать.

– Ладно, тогда всё значительно проще. Если переходить в плоскость БДСМ-а, то там ты не шлюха, а верхняя. Или не шлюха, а нижняя. В зависимости от того, что тебе больше нравится. И при этом ты можешь даже не переставать быть монашкой.

– Логично.

– Тебе даже на руку, что ты так щепетильно относишься к этой теме. Ответственная, значит.

– В смысле? – выгнула бровь я.

– Ну… Смотри: – поморщился Джефф. – Есть распределение Гаусса. На одном его конце находятся психопаты, а на другом невротики. Психопаты абсолютно конченные, но думают, что они самые лучшие. А невротики думают, что самые конченные, но на деле они самые лучшие. Вот ты явный невротик. Ты тоже можешь стать шлюхой, если хочешь, но при этом делая это морально. Если избавишься от своих комплексов, конечно.

– Погоди, а как же любовь? – встрял Рик. – Женщины ведь всё равно не будут трахаться без любви. А там... Жопа.

– Ну, блять... – потёр виски Джефф. – А хоть что-то они могут, вообще, сами найти в этом мире? Почему опять мужики за всё отвечают? Если нужна любовь – пусть сами ищут её где-нибудь.

– Мужики, мужики. Я вас люблю, – произнесла я.

– Вот, ну хоть что-то.

– И ты дашь нам секс? – мило спросил Рик.

– Нет, – также мило ответила я. – Но я могу дать нечто большее... –

Любовь!

«Блять», «Сука», – застонали парни.

– Ладно-ладно, простите, – хихикнула я в нос. – Не смогла удержаться.

– Не завидую я твоему парню, – проворчал Рик.

– А вы не завидуйте. Ему будет хорошо со мной.

– Ну, не знаю, – хмыкнул Джефф. – Ты уже вкусила прелесть садизма. Будешь издеваться над своим парнем.

– Ну, хорошо, ладно... Но с любовью!

– А смысл?.. – вздохнул он. – Любовь, как таковая, не имеет отношения к сексу. Это разные вещи. За секс отвечают одни гормоны, за привязанность – другие. Да и в бытовом отношении – страсть – это скорее желание обладать, а любовь – это всякая безвозмездная поддержка и такое прочее. Противоположные чувства, противоположные действия. Да и вообще, секс обычно пропадает из отношений, потому что партнёрам больше незачем добиваться друг друга. Так что кроме любви ты действительно ничего не дашь.

– Враньё! Вот сейчас ты уже неправ!

– Любовь – это механизм, который побуждает выбирать пару... – занудно объяснил Джефф. – У мужиков это так. А кто такая любвеобильная женщина? Это женщина, которая привлекает множество мужиков.

– Ну и что?! Ну и привлекаю! Отдавать-то любовь я только одному буду! Которого сама выберу!

– Да я не про любовь, а про секс... Любить-то ты можешь. Но чтобы удовлетворять все твои хотелки, мужику придётся регулярно терпеть твои издевательства. А секса у вас так и так не будет.

– Ну... Хорошо. Но я ведь осознаю свою ответственность. Да и другие мужики ведь никуда не деваются. Ты говоришь, секс пропадает. Но я ведь могу продолжать трахаться с другими мужиками, чтобы парень меня хотел, и тогда будет секс.

– Ну ты уже в край охуела, Карен, – фыркнул Рик.

– Ха! – я ткнула в него пальцем. – Хочешь, чтобы все бабы были шлюхами – тогда плати за это! И не деньгами! Деньги я сама заработаю.

– Мужики на это не пойдут.

– Это мы посмотрим... Вы тоже вынуждены идти на компромисс с совестью, – подбоченилась я.

– Вижу, у тебя поднялось настроение? – проворчал Джефф. – Не хочешь голой прогуляться? Давай, докажи, что ты прогрессивная женщина.

– Что?! Да и ты с ума сошёл!!

– Ты ведь только что это делала! – возмутился он.

– И Лесли тоже... – добавил Рик.

– Не надо меня сравнивать с этой шлюхой! Она это за деньги делала. Да и ходить с голой грудью – это одно, а без трусов… – я сложила руки на груди и мотнула волосами.

Почему?.. Почему я сейчас представляю, как хожу без трусов на людях?.. Почему я так подробно это представляю?..

– Да ты в грёбанном лесу! – махнул рукой Джефф. – И сейчас ночь!

–

Так!

– отрезала я. – Я не буду ходить голой в тёмном лесу! Мы не в школе!

– Ну, тогда... Ходи не совсем голой, – предложил Рик.

– В смысле?

– Ну, в смысле!.. – повторил он и попробовал сформулировать мысль. – Разденься только до трусов.

– Нет, – категорично отказалась я.

– Или... – предложил Джефф. – Сними трусы, а ходи только в верхней одежде.

А вот тут я уже задумалась. И ведь правда. Так было как-то более безопасно и менее пошло.

– Ну... – протянула я, прикидывая в голове все плюсы и минусы этого предложения. Впрочем, звучало оно здраво. По сути, веских причин отказываться у меня не было, кроме необоснованного нежелания или лени.

– Хорошо, – кивнула я. – Я сделаю. Но с одним условием… – я озорно стрельнула глазками. – Вы сделаете тоже самое. Может, хоть тогда вы почувствуете хоть что-то, что чувствую я. Ох, выгуляла я бы вас обоих голыми. Жалко, что так принято делать только с бабами...

Ребята переглянулись.

– Хорошо. Только не здесь, давайте. Найдём какое-нибудь место... – подытожил Рик.

Смеркалось. Ещё недавний сумрак практически превратился в ночь. Парковые фонари освещали лишь крупные тротуары. Выйдя из чащи, мы нашли относительно удачную беседку, недалеко от центра парка. Вдалеке бродили люди, в основном парочки, но на остальных они внимания не обращали.