Unknown

– О, давайте посмотрим на Кареночку, – прощебетала самая задиристая из них.

Лесли. Длинноволосая брюнетка с формами и спортивными ляжками. Она всегда ходила в джинсах и майке на пацанский манер. Рядом с ней неизменно тусовалась её подруга – Диди. Выглядела она более женственно, но на фоне остальной компании ничем особым не выделялась. Посредственная девка, русая, с угловатым лицом и такой же фигурой. Может быть, именно из-за этого она такая сексистка?

– Лесли, может не надо? – одёрнула подругу Диди. Остальные тоже не сильно разделили настрой атаманши. Что не скажи – большинство одноклассниц испытывали ко мне что-то наподобие женской солидарности.

– Да ладно вам. Надо же узнать, что там было, – отмахнулась она.

– Что вам надо? – спросила я хмуро.

Стайка девчонок окружила меня и плавно прижала к стене.

– Что они делали с тобой? – начала Лесли.

– Они, э… Ничего… Мы просто вымылись и пошли в раздевалку.

– И всё? Они никак не отреагировали?

– Можно я не...

– Ну давай, Карен, – продолжила налегать она. – Мы должны знать. Мы ведь тоже можем оказаться на твоём месте в следующий раз.

Я сдержанно вздохнула и попыталась пересказать события в душевой, опустив собственное отношение к происходящему. Я бы предпочла избавиться от их общества, но они были единственными за день, кто хоть сколько-нибудь проявил интерес к моему состоянию. Пусть даже делая это в корыстных целях. Хорошо хоть не обижают.

– Тебя никто не трогал? – спросила одна из компании.

– Да куда им... Ну, разве что *этот*, – презрительно хмыкнула другая.

Без понятия, о ком она.

– Эй, девки! Тоже захотели?! – крикнул кто-то из парней, выходящих из раздевалки.

– Заткнись, Майк! Валите отсюда, – огрызнулась Диди. Спорить с ней никто не решился. Девчонки зыркнули вслед уходящим парням, после чего повернулись ко мне.

– Ты видела их члены, Карен? У кого самый большой? – поинтересовалась Лесли.

– А у кого самый маленький? – ощерила зубы Диди.

– Нет... Я не смотрела... В смысле, я не знаю... Давайте не будем об этом.

Девчонки переглянулись и без слов пришли к единому мнению. Что-то на уровне телепатии.

– Провести тебя до класса? – Лесли приобняла меня за плечо и делано улыбнулась.

Понурив голову, я согласилась.

Следующим уроком был тот, которого я боялась больше всего – биология. Как я и ожидала, учительница не упустила возможности приобщить меня к делу. Благо, она не стала издеваться надо мной слишком сильно. За что я ей весьма благодарна.

Нашу биологичку звали мисс Хукер. Она неплохо выглядела в свои 30, или сколько ей там. Типичный офисный гардероб и очки сидели на ней, как влитые. Правда, у меня (да и не только у меня) складывалось впечатление, что вся её одежда была на размер меньше положенного, но у нас не было никаких доказательств, кроме собственных подозрений.

Перед уроком учительница посадила меня на высокий табурет возле стеллажа с моделями. Я догадывалась к чему она клонит. Учительница не стала юлить: так или иначе, мне всё равно придётся принимать участие на уроках, но сегодня она разрешит посидеть в стороне. Как сказала мисс Хукер – это нужно чтобы я привыкла к аудитории и потренировалась держать осанку, а не разваливалась за партой, как все остальные. Ничего страшного сегодня не будет.

Её талант к преподаванию действительно впечатлял. Редко кто из молодых училок может так ловко управляться с толпой школоты, не допуская балаганов, и даже умудряясь вбить какие-то знания. Хотя ей, безусловно, играло на руку моё унизительное положение. Посмотрела бы я на неё, посиди она сама на этом табурете, в чём мать зачала.

Удивительно, но именно на этой неделе мы должны были перейти к «половому размножению». Мальчики раскрылись во всей красе, заваливая училку тупыми вопросами. Тем не менее, она ловко выкручивалась. Видно, не первый день уже рассказывает школьникам про тычинки и пестики. Местами мисс Хукер переводила удар и в мою сторону. Например, просила прокомментировать какой-нибудь особо тупой вопрос. Я краснела и ёрзала, чем только лучше выполняла роль громоотвода для сальных шуточек. Это унижало даже сильнее, чем отсутствие одежды.

Примерно к середине урока я заметила странную особенность табурета, на котором сидела. Он был попросту неудобный! Мало того, что он слишком высок, так помимо этого – имел всего одну перекладину, которая находилась так низко, что мне приходилось сидеть чуть ли не на самом краю, чтобы достать до неё. На табурете были и другие подножки, но только сделанные несколько иначе, чем перекладины. На каждой ножке с внешней стороны был маленький выступ, похожий на педаль велосипеда. На среднем уровне – чуть выше нижних перекладин, и ещё выше – у самого сидения. На одну такую ступеньку с трудом помещалась одна пятка.

Весь урок я вертелась на табурете, пытаясь принять удобное положение. Ведь единственный способ сесть на нём удобно – это раздвинуть ноги и поставить их на проклятые выступы! Либо продолжать балансировать на краю, опираясь на подножку. Ну, или держать ноги на весу.

К концу урока я уже трижды прокляла себя за заросли между ног. Почему мне так стыдно? С каких это пор девочкам моего возраста стало неприлично иметь небритую киску?

Не теряя времени, со звонком я побежала в столовую. К обеду там начинается страшная давка, поэтому добраться туда надо как можно скорее. Схватив поднос с едой, я слегка попетляла между столиков, рассчитывая затеряться в толпе. К сожалению, компания девок без труда меня отыскала. Это был единственный нормальный перерыв, который оставляли мне правила... И они его отобрали! Разумеется, девки с пристрастием принялись расспрашивать, какого это – ходить голой по школе и что я планирую делать завтра, и остальную часть недели.

– Почему-то я не думаю, что они просто позволят мне проболеть дома всю неделю, – поделилась новостью, что слышала от Сары.

Лесли с Диди злобно глазели по сторонам, отваживая всех проходимцев, которые смели смотреть в нашу сторону.

– И что, ты просто смиришься с этим?! – спросила Хелен, одна из их компании. – Будешь голой всю неделю?

– Нет, конечно! – возмутилась я. – Завтра же свалю отсюда!

Девчонки переглянулись.

Не думаю, что у них действительно был повод переживать. Вряд ли бы меня вот так сразу поменяли на кого-то ещё. Уж точно не посреди недели. Однако весь обед они прозанимались тем, что агитировали меня остаться. Что, я скажу, выглядело весьма эгоистично с их стороны. Но они особо и не скрывали.