Страница 47 из 57
Телефон у прокурора срабатывал чаще, чем у меня. Виталий Аркадьевич отвечал кратко, но очередной звонок его удержал. При этом он поглядывал на меня с каким-то неожиданным интересом. Отключившись, прокурор этот интерес объяснил:
— Сергей Георгиевич, вам придется выехать на происшествие. Озеро Камышинское, машина уголовного розыска уже у входа...
Места происшествий я не любил, а тут отправился даже с охотой — три месяца не выезжал. Камышинское озеро пока в пригороде, но скоро наступающий город возьмет его в кольцо. При подъезде к озеру мы попали в пробку — наша машина была без мигалки. И стояли, зажатые другими автомобилями. Ничего не оставалось, как предаться размышлениям. Все свободное от криминальных дум пространство моего сознания теперь было занято мыслями о судьбе Эдика...
Где-то я прочел, что судьба человека — это индивидуальная программа жизни, не им составленная. А кем? И какая может быть программа в мире, который есть не что иное, как пересечение закономерностей и случайностей. Короче, хаос.
Я знал, что на санскрите судьба зовется «кармой» и переводится как «действие». Значит, работать надо. Но если судьба предопределена, то работай не работай... Можешь вообще ничего не делать — судьба вывезет. Но почему одних вывозит, а других нет? Почему судьбы бывают разные? Откуда берутся неудачники?..
Я догадался, почему и откуда: когда планы человека расходятся с замыслами его судьбы. А судьба этого не прощает — она с когтями...
Из пробки мы выскочили, как натуральная пробка из бутылки шампанского. И все-таки опоздали. Леденцов, судмедэксперт, участковый и понятые уже ждали меня на берегу. Главное, ждал автокран.
— Начинай, — велел крановщику Леденцов и объяснил уже мне: — Иномарка упала в воду.
— Откуда упала?
— Вот с этого косогора.
Не косогор, а косогорчик. Правда, к озеру он обрывался полутораметровой высотой. Осенняя вода цвета грязного алюминия подмывала его ленивыми шлепками. Ни купальщиков, ни рыбаков.
— То-то над этим местом птицы вились, — сообщил участковый.
— Какие птицы? — насторожился я.
— Белые, крупные...
— Наверное, чайки, — предположил Леденцов.
— Не знаю, но одна, самая крупная, была черного цвета в крапинку.
— Не попугай ли? — пошутил я.
Нет, не пошутил. Дьявольская догадка резанула по моему желудку изжогой, словно я хлебнул серной кислоты. Попугай мог искать только Эдика...
Заурчал мотор, автомобиль вылез из озера и повис на тросах. Из него, как из дырявого ведра, хлестали струи воды. Когда водитель автокрана поставил машину на берег, я бросился к ней, всех опередив. Мне бы только глянуть...
На заднем сиденье в каких-то неестественных позах сидели двое: мужчина и женщина. Я вздохнул успокоенно. Мужчина был с усами и мелкой бородкой. Не Эдик.
Захлебнулись — одна из худших смертей. Судя по их позам, они пытались выбраться. Не Эдик, но и посторонних жаль.
Началась обычная следственная процедура. Изучение автомобиля, фотографии, осмотр трупов, поиск свидетелей, составление протокола... Еще до того, как вытащили из машины тела, у меня возник первый вопрос, который я тут же задал Леденцову:
— Боря, в машине был третий?
— С чего ты взял?
— Кто-то ведь сидел за рулем.
— Он и сидел, а она была рядом. Но на берегу оба пересели на заднее сидение.
— Зачем?
— Тебе растолковать в деталях?
— Ага, занялись сексом. Но почему упали в озеро?
— Сергей, я тебе не сообщил важную подробность... Машина стояла на горке, а мужик не поставил ее на ручной тормоз.
— Ну и что?
— А еще следователь... Не знаешь, что секс кровати ломает? Они машину раскачали, она с горочки поехала и упала с обрыва в озеро.
Жизнь на выдумки богата. Надо бы рассказать Эдику — отменный сюжет для его детективов. Что-нибудь типа «Смерть в машине» или «А был ли третий?». Неужели судьбы этих двух погибших так мистически переплелись?
Я подошел к судмедэксперту. Она сообщила:
— У мужчины при себе права, а у женщины только повестка в прокуратуру.
— На имя кого?
— На имя Животницкой Нонны Глебовны.
Глава 18
Очевидно, планы Нонны Глебовны разошлись с замыслом ее судьбы. Правильно: и человек она была никудышный, и мошенница отменная, и погибла нелепо, как сказал Эдик, от собственной гиперсексуальности. И все-таки... Из жизни ушел человек.
В смерти есть что-то нелогичное. Умер человек — говорят: ушел от нас. Еще можно справиться с его полным исчезновением... А это неправда! Не ушел он, а здесь, на кладбище, лежит. Эдик, которому ведунья причинила столько невзгод, ходил грустно-помрачневший.
Было решено собраться у Эдика на квартире и отметить... что? Все пережитое и ушедшее, все настоящее и будущее. Дружбу отметить. Мы: я, Макарыч, Леха и примкнувший к нам Леденцов, встретились у метро и стройной компанией ввалились к Эдику.
В его квартире хотя и было прибрано, но все же оставались малозаметные следы чужеродного пребывания. Огромный офисный стол, стоявший в самой большой комнате, был, что называется, сервирован на шесть персон. Нас же пятеро... Видимо, одно символическое место числилось за Петром.
Мы расселись. Блеск бутылок и тарелок мерк, потому что их затмевал пожар, горевший посреди стола. В кувшине стояла охапка кленовых веток — моего любимого дерева. Глаз не хотелось отрывать от осенних листьев вроде бы одного красного цвета, но с десятком оттенков: бордовые, алые, желто-розовые, пурпурные, красные с прожилками...
— Я копченой рыбешки принес, — замялся Леха.
— А я красной икоркой разжился, — сказал Макарыч.
— У меня мидии, — сообщил Леденцов.
— Ну, а у меня копченая горная форель, — засмеялся я. — Считаю рыбный ужин открытым.
Мы выпили по первой рюмке молча — всматривались друг в друга. Кто и насколько изменился.
Стол громадный, комната безразмерная, а уютно. И тут же сообразил, откуда уют — в квартире пахло свежеиспеченными пирогами. А вот откуда пироги, сообразить уже не мог.
Из кармана моего пиджака торчали скрученные газеты. Макарыч спросил:
— Продолжаешь интересоваться политикой?
— Я же мужчина.
— Ну и что?
— Мужчина без политики, что без брюк.
В экспедиции мы спорили так, что из палатки комарье улетало. Поняв, что я в брюках, то есть интересуюсь политикой, Макарыч затеял:
— Сергей, известно, что государством правит какой-нибудь класс. Какой класс сейчас нами правит?