Страница 40 из 50
Кирилл и Илья подходят к нам, приносят готовую рыбу на большом блюде. Аромат такой аппетитный, что у меня заурчало в животе.
— Кто сестра? — спрашивает Кирилл, услышав обрывок разговора.
— Я сестра… бывшей жены Егора, — тихо произношу я.
Кирилл удивлённо поднимает брови, а Илья тут же смеётся:
— Тебе так сильно не нравится их фамилия, что ты решил и вторую сестру сделать Дроновой?
— Да блин, мы друзья просто. Не собираемся жениться и всё такое, — поспешно объясняю я.
Ребята смотрят на нас с недоверием.
— Да, просто друзья, — подтверждает Егор и садится на стул рядом, но уже не так расслабленно, как раньше.
Егор общается с друзьями, смеётся, но весь вечер от него прямо фонит напряжением. Со мной он даже словом не перекидывается — отвечает коротко, если я что‑то спрашиваю, и тут же отворачивается к Кириллу или Илье. Я чувствую себя неловко, будто сделала что‑то не так, но не понимаю, в чём дело.
Когда мы возвращаемся от ребят и заходим во двор, за столиком сидит отец Егора. Он пьёт чай и разгадывает кроссворд, поправляя очки на носу. Рядом стоит ваза с клубникой и толстый том «Советского энциклопедического словаря» с потрёпанной обложкой — видно, Фёдор Михайлович иногда заглядывает в него в поисках ответов на каверзные вопросы кроссворда.
— О, дети пришли. Садитесь, чаю выпьем. У меня сегодня с мелиссой и липой. Только кружки возьмите на кухне, — приветливо предлагает он, откладывая ручку и карандаш.
Я киваю и иду на кухню за кружкой — себе и Егору.
— Я в комнату переоденусь и выйду, — бросает Егор. Он весь вечер какой‑то без настроения.
Не пойму, что случилось? Всё ведь было хорошо…
Вернувшись к отцу Егора, я дожидаюсь, пока он разольёт чай. Мы немного болтаем — Фёдор Михайлович рассказывает про свои молодые годы, про то, как они с женой строили этот дом. Я улыбаюсь, киваю, но мыслями с Егором. Где он? Что его так расстроило?
Решив выяснить, где он застрял, я направляюсь к его комнате. Может, уснул? Осторожно приоткрываю дверь и заглядываю внутрь — и тут же замираю как вкопанная. Егор сидит на краю письменного стола, а в руках у него мой блокнот со стихами.
Твою мать… Как я могла оставить его на виду? О чём я думала? Он не должен был этого увидеть…
Егор с открытым ртом переводит взгляд от блокнота на меня.
— Мышка… Что это? — тихо спрашивает он.