Не его выбор

Глава 12

Выбирая продукты в супермаркете, я прокручиваю в голове вчерашний семейный вечер.

Даша пришла на ужин со своим новым парнем. Конечно, «парень» — с большой натяжкой: он очень взрослый. Моложе нашего отца, но не так чтобы намного. Они торжественно нам сообщили, что она переезжает к нему. Как я поняла, у него большой дом, прислуга и он очень богат.

Но мне всё равно никогда не понять, как Егора можно было так быстро забыть? У меня вот не получается. Хотя между нами никогда ничего не было, а их связывали два года отношений. С другой стороны, Даша счастлива, а всё остальное — не моё дело. Я ведь, по большому счёту, радоваться должна?

На кухне, пока мама и Даша делали кофе, я случайно услышала их разговор:— Какой мужчина! Какой умный, образованный, воспитанный. Не то что твой бывший — деревня деревней, — голос мамы звучал восхищённо.

Даша что‑то ответила ей, но я не расслышала. Но такая обида взяла за Егора… Разве он не умный? Не воспитанный? Не образованный? Ну и что, что он из деревни? Может, и не живёт в замке с прислугой, зато самостоятельно поднял свой бизнес, машину поменял, квартиру, которую снимал, выкупил. И у него всё ещё впереди. Он очень упорный. И я в него верю!

Бросаю в тележку солёные огурцы, мясо, лук, морковь… Возьму, наверное, ещё бутылочку вина — от бокала сухого красного я бы сейчас не отказалась.

А ещё мне вчера написал Марат. Спрашивал, когда поедем на ужин. Мне стыдно, но я откровенно наврала, сказав, что на этой неделе занята. Какие у меня могут быть дела в разгар летних каникул? Правильно — никаких. Только Егор.

Егор открывает мне дверь с широкой улыбкой, правда, глаза у него уставшие.

— Привет.

— Привет. Проходи, — он отступает в сторону, пропуская меня внутрь.

Егор одет в спортивные штаны и майку — видно, что уже успел расслабиться после рабочего дня.

Он берёт у меня пакеты и несёт их в кухонную зону. Я иду за ним, по дороге рассматриваю, пока он не видит, его красивые широкие плечи — как легко он несёт тяжёлые пакеты.

Я начинаю раскладывать продукты на столе: мясо, огурцы, морковь, лук… Егор садится напротив на барный стул и внимательно смотрит на меня, слегка наклонив голову.

— Что будем готовить? — спрашивает он, опираясь локтями о столешницу.

На секунду я зависаю, наблюдая за тем, как играют мышцы на его руках. Линия плеч, расслабленная поза — всё это невероятно притягательно. Я моргаю, отгоняя лишние мысли.

— Эм… Как ты относишься к рассольнику? — предлагаю я, доставая большую кастрюлю из нижнего шкафа. Пока вытаскиваю её, чуть не роняю — руки вдруг становятся неловкими.

Егор внимательно смотрит на меня, снова покусывает край губы. Ох уж эта его привычка… Он чуть улыбается, будто замечает моё замешательство, но тактично делает вид, что ничего не произошло.

— Как отношусь? Положительно. Мама в детстве готовила, — отвечает он с тёплой улыбкой.

Блин, ему и правда, кроме мамы, никто не готовил… Почему это так грустно?

Я ставлю кастрюлю на плиту, подхожу к раковине, включаю воду и начинаю промывать мясо под струёй прохладной воды. Шум воды на мгновение заполняет паузу.

— А где ты научилась готовить? — интересуется Егор, следя за моими движениями.

Оборачиваюсь, приподнимаю бровь и на секунду замираю с куском мяса в руках:

— У мамы. Где же ещё?

— Не всех дочерей ваша мама, по ходу, научила готовить, — усмехается он, бросая взгляд куда‑то в сторону.

Я сразу понимаю намёк — на мою сестру.

— Да, есть такое. Даше это просто было неинтересно, — подтверждаю я, перекладывая промытое мясо в кастрюлю.

— Вы с ней очень разные, — задумчиво произносит Егор, проводя пальцем по краю столешницы. Его взгляд становится чуть отстранённым, словно он анализирует что‑то.

Я поднимаю глаза на него, немного не понимая, что он имеет в виду. Это хорошо или плохо? В груди кольнёт: судя по тому, что он влюбился в неё, а не в меня, — наверное, плохо…

— Она больше характером и внешностью похожа на маму, я — на отца, — поясняю я, берясь за морковь и начиная её чистить. Нож слегка дрожит в руке.

Егор задумчиво кивает, потом резко поднимается со стула:

— Чем тебе помочь? Говори.

— Я сама справлюсь, — улыбаюсь я, стараясь не выдать, как приятно мне его участие.

— Нет, я хочу помочь, — настаивает он, уже подходя к раковине и споласкивая руки.

— Ну, тогда нарежь огурцы, — сдаюсь я, протягивая ему банку и разделочную доску. — Только не слишком мелко — рассольник любит крупные кусочки.

Егор берёт доску, нож, садится за стол.

— После окончания вуза планируешь вернуться в родные пенаты или там хочешь остаться?

— Пока не знаю… Может, и в столице, — пожимаю я плечами, помешивая лопаткой лук с морковью, стараясь не смотреть на Егора.

— А я хочу расшириться, — вдруг говорит Егор.

Отвлекаюсь от чистки картофеля и резко перевожу взгляд на него, нож замирает в руке:

— В каком смысле?

— Хочу расширить сеть автомоек. Сейчас ведём переговоры с одним человеком как раз в Москве. Если получится, то на какое‑то время тоже стану москвичом, — он говорит спокойно, но в глазах читается азарт.

Ничего себе новости! Я замираю с ножом в руках. До этого момента я думала, что лето закончится и в ближайшее время я его больше не увижу… В груди защемит от неожиданной надежды.

— Вау, — выдыхаю я. — Это… серьёзно! И когда планируешь?

— Пока сложно сказать. Всё зависит от переговоров. Но думаю, в течение года всё прояснится, — он кладёт нарезанные огурцы в миску и смотрит на меня. — Ты же проведёшь мне экскурсию, когда я приеду?

— Конечно. Да, проведу. Покажу все лучшие места. И даже открою секрет, где самый вкусный кофе в городе, — добавляю я шёпотом, слегка наклоняясь к нему.

— Договорились, — говорит он тоже шёпотом, чуть подаваясь вперёд. Его глаза блестят, а на губах появляется улыбка. — Значит, у меня теперь есть дополнительный стимул всё провернуть побыстрее.

К рассольнику мы решаем приготовить ещё гамбургеры. Аромат специй и жареного мяса наполняет кухню, и у меня наконец просыпается аппетит. Переставляем тарелки на поднос, берём бокалы и перемещаемся на диван — прямо перед телевизором. Егор включает «Джанго освобождённый», наливает себе колу, мне — немного вина. Мы устраиваемся поудобнее: я поджимаю ноги под себя, он слегка откидывается на спинку дивана.

— Ну что, приступим к гастрономическому марафону? — улыбается он, протягивая мне бокал.

— Приступим, — смеюсь я.