Страница 17 из 50
Глава 10
— Мышка… Борщ — это хорошо… Но я вообще по другому поводу звоню.
Я напрягаюсь от серьёзности в его голосе.
— Какому? — осторожно спрашиваю я.
— Помощь твоя нужна.
— В чём?
— В субботу я приглашён на благотворительный вечер фонда «Светлые сердца». Будут нужные люди, поэтому мне необходимо пойти.
— Поняла. И? Мне приготовить борщ, пока ты будешь на этом вечере? — пытаюсь пошутить я.
— Нет, — он смеётся, но как‑то коротко, не так, как раньше. — На такие вечера приходят с жёнами или девушками.
— И? — мой голос дрожит.
— А у меня нет ни первой, ни второй. Поэтому… Может, ты согласишься пойти со мной?
Сердце стучит так сильно, что, кажется, вот‑вот выскочит из груди. Он зовёт меня?
— Я? — мой голос звучит слишком тихо, почти шёпотом.
— Ты, — подтверждает Егор мягко.
— Почему я? У тебя же есть подружки…
— Блин, Мышка, — он вздыхает. — Мне нужна спутница, а не эскортница. Кто‑то, с кем будет комфортно. Кто не станет виснуть на шее и строить глазки всем вокруг. Кто просто… будет рядом.
В груди что‑то ёкает.
Он доверяет мне. Он хочет, чтобы рядом была именно я.
— Я… — я замолкаю, борясь с вихрем противоречивых мыслей.
А если я испорчу всё? А если он пожалеет о своём выборе?
Но тут же другая мысль вспыхивает яркой искрой: А если это шанс? Настоящий шанс показать ему, какая я на самом деле?
— Я согласна, — выдыхаю я. — Пойду с тобой.
— Правда? — в его голосе звучит облегчение. — Отлично. Спасибо, Мышка. Ты меня очень выручаешь.
— Не за что… — я невольно улыбаюсь. — Так что там за вечер? Что за фонд?
— «Светлые сердца» — помогают детям с тяжёлыми заболеваниями. Там будет аукцион, фуршет, выступления.
— Понятно, — я стараюсь представить себя в этой обстановке. — Во сколько? И куда приезжать?
— В семь, отель «Гранд». Я заеду за тобой, если позволишь?
— Хорошо.
— Отлично. Тогда до субботы. И… спасибо ещё раз.
— Не за что, — повторяю я. — До субботы, Егор.
Он прощается и кладёт трубку. Я ещё несколько секунд держу смартфон в руке, прислушиваясь к тишине. Потом откидываюсь на подушки, прижимаю ладонь к груди, где под рёбрами всё ещё трепещет от волнения.
Он позвал меня. По‑настоящему позвал. Не как друга, не как бывшую родственницу, которая готовит суп и котлеты… а как спутницу…
Переворачиваюсь на бок, уставившись на свой шкаф.
Блин, у меня нет платья для такого мероприятия! Резко сажусь на кровати, прижимая смартфон к груди.
Мне срочно нужна помощь подруги. Вот у кого вагон брендовых и шикарных платьев…
Вскакиваю с кровати и начинаю нервно ходить по комнате.
Только она, наверное, прикончит, когда узнает, с кем я иду. Лиза точно будет против. Она переживает за меня так же, как и я за неё. Не хочет, чтобы я страдала и мучилась из‑за Егора…
Останавливаюсь у окна, глядя на покачивающиеся ветки тополя.
Он сказал: ему нужна спутница, а не эскортница. Кто‑то, с кем будет комфортно. И он выбрал меня…
Глубоко вздыхаю, пытаясь унять волнение.
«Надеюсь, подруга меня поймёт и поддержит», — думаю я, доставая телефон, чтобы набрать номер Лизы.
***
— Примерь это, — подруга протягивает мне чёрное платье.
Мы уже перемерили больше двадцати нарядов — и каждый из них не нравился или мне, или Лизе. Возможно, дело в разнице цвета волос и глаз: то, что прекрасно смотрится на блондинке Лизе, не слишком идёт мне — брюнетке. К тому же моя грудь гораздо скромнее, чем у подруги, а большинство платьев рассчитаны на более пышные формы. Да и Лиза любит модели покороче, а мне на сегодняшний вечер нужно платье, полностью закрывающее ноги — но при этом сексуальное, только не нарочито.
Егор приедет за мной через час. Я написала ему, чтобы забрал меня у подруги. И я жутко нервничаю. Днём мы сходили в салон красоты: мне сделали процедуру ботокса для волос — они у меня от рождения пышные и вьющиеся. Теперь локоны ровные, гладкие, блестят и переливаются — и даже кажутся длиннее.
Я беру очередное платье. Лиза помогает застегнуть молнию сбоку. Она видит меня первой — и округляет глаза:
— Марьяша, это оно!
Я оборачиваюсь и смотрю на себя в зеркало.
Вау! Чёрное платье в пол, облегающее фигуру, как вторая кожа. Лиф украшен выразительной отделкой из сверкающих страз, образующих окантовку по глубокому V-образному вырезу и поясу на талии. Очень красиво.
— У Егора коленки затрясутся, когда тебя увидит.
— Ему не восемьдесят, его колени вроде пока не подводят, — улыбаюсь я.
— Ладно. Коленки, может, и не затрясутся, но кровь к его хозяйству точно прильёт, — настаивает Лиза.
— Фу, Лиза. Ты пошлячка! — смеюсь я.
— Не будь ханжой. Красивая девушка, которая готовит ему котлетки и супы, плюс ещё и сексуальная — что это значит?
—Что?
—Ни один адекватный мужик такую не упустит.
—Ну да… Только если он по‑прежнему не влюблён в свою бывшую жену…
—Не думай об этом сегодня. Не лезь в его голову, просто наслаждайся вечером в его компании. Ты сама знаешь, как я к нему отношусь, и не хочу, чтобы ты мучилась. Но всё‑таки он позвал сегодня
тебя
. И это о многом говорит.
Она делает паузу, а потом начинает загибать пальцы:
— Во‑первых, ему с тобой комфортно. Во‑вторых, он видит в тебе женщину — иначе не позвал бы в качестве своей спутницы. В‑третьих, он считает тебя интересной и неглупой — способной поддержать беседу с кем угодно на этом вечере.
— Наверное… — неуверенно отвечаю я.
— Не «наверное», а так и есть, — твёрдо говорит Лиза. — А теперь давай я поправлю макияж — и беги к нему. Он уже, наверное, подъезжает.
Лиза быстро вносит последние штрихи в мой макияж: подчёркивает глаза дымчатыми тенями, добавляет лёгкий блеск на губы. Я ещё раз смотрю на себя в зеркало — мне нравится, как я выгляжу. Я чувствую себя красивой.
Егор выходит из чёрного кроссовера. Два года назад у него был Ланос, и его бизнес только начинал своё развитие. Судя по новенькой машине и её марке — успешно.
Он обходит спереди машину, чтобы открыть мне дверь, — и я только сейчас рассматриваю его полностью.
Мамочки… Какой он красивый. Мозги заклинило. Я стою и смотрю на него, забыв, как дышать. Что там подруга говорила про трясущиеся коленки? У меня как будто все кости вынули — чувствую себя тряпичной куклой, которая вот‑вот не удержится и рухнет в его объятия.