Страница 71 из 249
– Ну мало ли, – с откровенным намёком проговорила миссис Пауэр, – вдруг ты совершенно случайно смогла заглянуть! Думаю, многие заинтересованные лица были бы очень признательны за информацию о ходе голосования. Ты меня понимаешь, Маргарет?
– Нет, не понимаю, – решительно заявила я, – и мне кажется, что для всех будет хорошо, если я и дальше не буду вас понимать, миссис Пауэр. Не уверена, что большинство жителей Блайзбери одобрит то, что вы имеете в виду. В этом году в жюри войдут те, кто действительно пользуется авторитетом у горожан, голосование будет проведено по всем правилам.
– Ты меня просто не так поняла, деточка, – тут же пошла на попятный соседка, – конечно же, всё должно быть в соответствии с правилами и никак иначе. Кстати, ты не знаешь, из-за чего могли не поладить сержант Холмс и молодой Саммерс?
– А они не поладили? – изумилась я.
– Судя по тому, что оба щеголяют замечательным синяками на лицах – да, – хихикнула миссис Пауэр. – Видимо, вчерашние вечер и ночь были для мужчин Блайзбери не самыми спокойными. Так что, ты не знаешь?
– Не имею ни малейшего представления, – честно сказала я, соображая, как же мне теперь определить, какой именно синяк – результат неудачного покушения.
– Просто я утром пошла в булочную и абсолютно случайно встретила там миссис Аделину Киппи, – начала рассказывать миссис Пауэр, – и она по секрету поведала мне, что, когда она была в аптеке мистера Лирминга, ждала, пока он приготовит ей капли от мигрени, туда пришёл сначала Дик Саммерс, чтобы взять примочки, а потом – сержант Холмс, чтобы купить мазь от синяков. Аделина говорит, что у них обоих были огромные синяки на лице. Наверняка они выясняли отношения и подрались. Ты точно не знаешь, что стало причиной драки двух приличных молодых людей? Может быть, они поссорились из-за девушки?
– Даже не представляю, – решительно ответила я, понимая, что сплетни не избежать, – мало ли у мужчин поводов повздорить!
– Разумеется… – миссис Пауэр снова окинула меня взглядом, больше всего напоминающим рентгеновские лучи. – Ой, я совсем тебя заболтала, Маргарет! Ты ведь куда-то шла, деточка?
Меня так и подмывало ответить, что я как раз собиралась проверить сержанта Холмса на наличие синяков и ссадин, но, естественно, я предусмотрительно промолчала.
– Да, я собиралась зайти на рынок и купить немного свежих овощей, – сказала я и тут же пожалела о том, что ляпнула, так как в руках у меня была небольшая сумочка, явно не предназначенная для похода на рынок. – И корзинку новую хотела купить, старая совсем истрепалась.
– Да-да, конечно, – сладко улыбнулась миссис Пауэр, – свежие овощи – это очень важно, Маргарет. Но неужели тех, что привозит тебе пройдоха Огден, хватает так ненадолго?
Придушив желание послать соседку ко всем чертям, я пожала плечами и пояснила, что мне очень захотелось приготовить овощную запеканку, но я поняла, что не заказала у мистера Огдена брокколи. Хотелось верить, что миссис Пауэр не станет выяснять рецепт, так как тогда я попала бы. К счастью, соседка не стала ничего уточнять, и я быстренько попрощалась. Торопливо шагая по улице, я чувствовала спиной любопытный взгляд и думала о том, что жизнь в маленьком городке не так уж безоблачна, как может показаться на первый взгляд.
В итоге до полицейского управления я добиралась как через линию фронта: стараясь быть максимально незаметной и тихой. Как ни странно, мне это удалось, и вскоре я с чувством невероятного облегчения закрыла за собой дверь, оказавшись в небольшой комнатке, где за стойкой, похожей на прилавок, сосредоточенно писал что-то молодой человек в форме.
– Мисс Маргарет! – он отложил лист бумаги и ручку и радостно мне улыбнулся. – Вот уж нечаянная радость!
– Доброе утро, Питер, – я вовремя вспомнила имя второго констебля. Если в ведении Генри Огдена был спокойный левый берег, то Питеру достался шумный и суетливый правый. Уж не знаю, как он там справлялся, но выглядел бравый Питер достаточно бодро.
– Какими судьбами? Не случилось ли чего? – неподдельно встревожился молодой человек.
– Скажите, Питер, а сержант Холмс сегодня дежурит?
– А, так вы к сержанту, – протянул констебль и неожиданно подмигнул мне, – сержант Холмс у себя в кабинете, мисс Маргарет.
– Я по делу, – зачем-то пояснила я, – по поводу коробки для голосования.
– Ясное дело, – не стал спорить Питер, – да вы проходите, он у себя. Только вот… он несколько не в духе, так что вы уж… поаккуратнее, ладно?
– Спасибо большое, я обязательно это учту, – поблагодарила я и прошла прямо по коридору. Полицейское управление Блайзбери было не настолько большим, чтобы мне грозила опасность заблудиться. Помимо небольшой комнаты для посетителей со стойкой дежурного тут был кабинет старшего констебля Коннорса, кабинет сержанта Холмса и просторное помещение, где располагались остальные сотрудники. Ну и пустующая в данный момент камера, отгороженная солидной металлической решёткой.
Комната, где обычно располагались свободные от дел сотрудники, была пустой: в воскресенье в управлении находились только те, кому не повезло и чьё дежурство выпало на выходной день.
Подойдя к кабинету с табличкой «Помощник старшего констебля сержант Д. Холмс», я вежливо постучалась и, дождавшись раздражённого «Войдите», толкнула дверь.
– Маргарет? – изумлённо проговорил Джастин, сидевший за столом и уныло рассматривающий в карманное зеркальце свою физиономию. – А ты тут зачем?
– Полюбоваться на твой синяк, – мило улыбнулась я, с невероятным облегчением понимая, что скулу Джастина украшает самый обыкновенный фингал. От удара статуэткой должен был остаться совершенно другой след. Значит, ночным гостем был не сержант Холмс. Несмотря на то, что Джастин выдавал себя за другого человека и по-прежнему был личностью подозрительной, я была очень рада, что он не убийца.
– А откуда ты про него узнала?
– Доложили добрые люди, – пожала я плечами, рассматривая заплывший глаз помощника старшего констебля, – откуда такая красота? С кем подрался?
– Знаешь, Мэгги, я вообще ничего не понял, – Джастин устало потёр лицо ладонями и тут же зашипел от боли, – я возвращался домой вечером, и неожиданно на меня выскочил из-за угла какой-то тип в маске и без объяснений двинул мне в челюсть. Я попытался уклониться, но он таки подбил мне глаз, после чего молча убежал. Я так и не понял, что это вообще было.
– Не знала, что три часа ночи теперь называются вечером, – спокойно глядя на Джастина, сказала я.