Страница 63 из 249
Глава 23
« – А кто вы такой?
Вы птичка, рыбка или камушек?»
Какое-то время я молча моргала, глядя на довольного произведённым эффектом Саймона, а потом осторожно присела на краешек стула.
– То есть ты хочешь сказать, что парень, который занял место помощника старшего констебля Коннорса, на самом деле не Джастин Холмс?!
– Ну вот, а говорила, что плохо соображаешь, – похвалил меня Саймон, – тот парень, которого я видел на фото, с чисто технической точки зрения, если можно так выразиться, напоминает нашего Джастина. Высокий, спортивная фигура, темные волосы, карие глаза… Только вот черты лица совершенно другие.
– Ну да, – задумчиво кивнула я, – если, предположим, старшего констебля спросят, приехал ли помощник, он может уточнить: мол, это такой высокий с тёмными волосами? А как же, приехал и уже приступил к выполнению своих обязанностей. Удобно…
«А интернета, в котором можно посмотреть почти любую базу данных в течение нескольких минут, здесь пока нет… – мрачно подумала я. – Наверняка существуют какие-то специальные полицейские базы, где есть фото, но кто туда полезет без особой на то необходимости? Работает? Да. Претензии есть? Нет. Ну и замечательно… А то недолго и без помощника остаться. Это ж всё самому делать придётся, так что пусть себе сержант трудится, кем бы он ни был».
– Именно так, – согласился со мной приятель, – а теперь у меня есть вопрос, Мэгги. Заметь, всего один, но зато очень важный. И я не уйду, пока не получу на него ответ, даже если мне придётся здесь поселиться.
– У меня есть гостевая комната, – тут же ответила я, – в ней, правда, нет кровати, но, полагаю, что-нибудь можно придумать.
– Может, проще ответить на вопрос?
– Не знаю, я же пока его не слышала, – пожала я плечами, – может, я банально не знаю ответа.
– Мэгги, – взгляд Саймона стал очень серьёзным, – во что ты впуталась?
– Это вопрос? – уточнила я на всякий случай.
– Нет, это риторическое восклицание, – буркнул Саймон, – а вопрос следующий: каким образом связаны твой дядя Кевин, очень непростой хоуптонский юрист мистер Трондайк и липовый помощник старшего констебля. И ведь, насколько я понимаю, это лишь верхушка айсберга. Ты точно ничего не хочешь мне рассказать, Маргарет?
– Дело не в том, что я хочу, а в том, что могу, – честно ответила я, почти смиряясь с неизбежным: что-то рассказать придётся, иначе Саймон просто не отстанет и может нечаянно навредить и себе, и мне. К тому же, если я уйду от ответа, он может прекратить расследование, а сама я ничего не смогу. Или наоборот: полезет в такие дебри, что ну его на фиг, лучше отделаться частью правды.
– Вот даже как… – приятель взлохматил и без того растрёпанную шевелюру. – Как мне убедить тебя, что ты можешь мне довериться?
– А я могу? Пойми, Саймон, это не только моя тайна. Даже не так – это в основном не моя тайна. А тебе наверняка захочется получить какую-то свою, чисто журналистскую, выгоду. Спрашивается – мне это зачем?
– Мэгги, я хочу помочь, честно. И могу дать слово, что использую только ту информацию, которую ты разрешишь.
– Там такой нет, – буркнула я, – но имей в виду, Саймон, если что – я ото всего отопрусь и буду до последнего отстаивать светлый образ мистера Кевина Стюарта. Обращусь к тому же Трондайку и засужу любого, кто бросит тень на светлое имя моего родственника. Понимаю, звучит не слишком симпатично, но ставки слишком высоки, в частности, для меня.
– Я тебя услышал, Мэгги, – очень серьёзно кивнул приятель, – с Трондайком мне не бодаться, это ты права, не та у меня весовая категория. Да и не собираюсь я слово нарушать, у меня есть свои, может, не всем понятные, принципы. И среди них есть один важный: я всегда держу данные обещания. Поэтому очень редко их даю…
– Тогда пойдём в гостиную, там у меня было что-то покрепче чая, – вздохнула я, – боюсь, для того, что я собираюсь тебе рассказать, безалкогольных напитков недостаточно.
Надо отдать Саймону должное: он не стал ничего восклицать и благоразумно воздержался от каких-либо комментариев. Молча встав из-за стола, он направился в гостиную и устроился в одном из кресел.
Я же прихватила два бокала, тоник и, добравшись до небольшого бара, обнаруженного мной в угловом шкафчике, извлекла оттуда бутылку с джином.
– Мне две трети тоника и треть джина, – попросила я Саймона, – а себе как хочешь.
Он подумал и плеснул себе неразбавленного джина на пару пальцев, но потом бросил на меня задумчивый взгляд и добавил ещё.
– В общем, Саймон, я больше не буду ничего говорить о том, что эта информация сугубо личного характера, так как мы вроде как всё выяснили. Дядя Кевин оставил мне письмо, в котором сообщал очень важные новости. Причём письмо я могла и не найти, потому что оно было надёжно спрятано, я его обнаружила совершенно случайно, в общем-то.
Приятель ничего не ответил, лишь кивнул и сделал небольшой глоток, всем видом демонстрирую готовность слушать.
– Дело в том, что мой дядя Кевин был не совсем таким, каким его привыкли видеть жители Блайзбери, – вздохнув и тоже приложившись к бокалу, начала я, – а если откровенно, то совсем не таким. Он занимался тем, что находил и пристраивал в правильные руки… сокровища.
Тут Саймон чуть не подавился джином, но махнул рукой, мол, продолжай, Мэгги, жги.
– И эти… ммм… ценности попадали к нему не всегда законным путём, – я с трудом подыскивала наиболее обтекаемые и нейтральные выражения, – поэтому среди его знакомых было достаточно много людей, находящихся в сложных отношениях с законом, понимаешь?
– Короче говоря, твой дядя занимался сбытом краденных ценностей, – перевёл на нормальный язык моё невнятное блеяние Саймон, – ничего себе новости! А мне мистер Стюарт всегда казался идеалом, к которому нужно стремиться, понимая, что достичь его нереально. Тогда понятно, откуда он знает Герберта Трондайка. Но всё равно я пока не очень понимаю, как это связано с Джастином Холмсом.
– Дядя Кевин знал, что умирает, – продолжила я, решив умолчать о том, что и мои родители были по самые уши заляпаны в этих аферах с сокровищами из гробниц и прочих странных мест: это к делу отношения не имело, так что семейный тайны пусть ими и остаются, – и попросил своего друга, некого мистера Конрада, присмотреть за мной на всякий случай. Негласно, просто приставив ко мне человека, который оберегал бы меня от всякого рода возможных проблем.