Мисс Мэгги Стюарт. Трилогия

Глава 14

«– Лёлик, но это же неэстетично!

– Зато дёшево, надёжно и практично!»

© «Бриллиантовая рука»

Всё время, оставшееся до обеденного перерыва, я потратила на то, чтобы хотя бы в общих чертах разобраться с бумагами, которые оставили мне члены организационного комитета. Сказать, что я впечатлилась – это ничего не сказать. Там были черновики и чистовики смет, списки участников мероприятий, заявки на участие в конкурсах и смотрах, наброски программы и ещё пара миллионов бумаг различной степени важности. Кто сказал, что страшны бандиты и мафиози? Нет, господа! Гораздо страшнее бюрократы и инициативные граждане. Последние – это вообще оружие массового поражения, потому как спасения от них нет нигде и никому. Теперь я это могу утверждать с полным правом, так как имела сомнительное удовольствие с ними сотрудничать. Нет, так‑то я с огромным уважением и нежной симпатией отношусь и к мисс Патридж, и к мисс Агате, не говоря уже об очаровательной миссис Доршер. Да чего уж там: меня даже мистер Колгрив уже почти не раздражает. Но как же их много! Не в плане количества, а в плане излишков энергии...

Поняв, что так я запутаюсь напрочь, я вздохнула и для начала разложила все бумаги по нескольким стопкам: мероприятия, финансы, заявки, списки жюри и так далее. Потом буду по очереди брать и просматривать уже целенаправленно. А сейчас мне нужен перерыв, потому как иначе можно рехнуться. Я и так на мистера Престона, который пришёл сдать книгу и взять новую, посмотрела с некоторым удивлением: мол, а вы что тут делаете? Но вовремя опомнилась и сообразила, что тут, вообще‑то, библиотека.

Потом позвонил Алекс и, сто раз извинившись, сказал, что на обед прийти не сможет, так как вынужден ждать звонка от делового партнёра. Да уж, вот когда оценишь всю прелесть мобильной связи, хотя я, к немалому собственному удивлению, практически безболезненно пережила исчезновение из жизни и ноутбука, и смартфона. Наверное, мне и без них информации и событий хватало.

Когда я пришла в кафе, Саймон уже был там и приветственно помахал мне рукой из‑за нашего любимого дальнего столика. Я заказала чай и сэндвич с овощами и тунцом, а Саймон взял салат и какое‑то мясо. Атмосфера в кафе была привычно‑уютной: негромкий гул голосов, звон посуды и запах свежей выпечки. Трудно было поверить, что всего в нескольких шагах от этого спокойствия разворачивается настоящая шпионская драма.

Джастин опоздал на пять минут, что было на него не похоже. Он ворвался в кафе, на ходу стряхивая капли дождя с куртки, и плюхнулся на стул.

– Ну? – нетерпеливо спросил Саймон, даже не донеся вилку до рта. – Что‑нибудь нарыл?

Джастин огляделся по сторонам, убедился, что за соседними столиками никто не прислушивается к нашему разговору, и только потом достал свой блокнот.

– Я навёл справки по своим каналам. И знаете что? – он сделал драматическую паузу. – Кристофер Эшворт существует. Он не выдумка.

– Вообще‑то Мэгги и Гилмер его видели, – фыркнул Саймон, – ясное дело, что он существует.

– И? – поторопила я его, стараясь не задумываться над тем, откуда Саймон узнал о том, что Алекс видел Эшворта. – Кто он?

– Он очень непростой молодой человек. Эшворт – фамилия его матери, которой он пользуется во время путешествий и в разных других ситуациях. Эшворты – это старая, очень богатая семья из Саунтгемптона. Финансовая компания «Ashworth Capital». Они не любят светиться в прессе, но их авторитет в финансовых кругах достаточно высок. Но дело не в этом. Мать нашего красавчика, Беатрис Эшворт, замужем за Хью Торнтоном. Да‑да, тем самым… Кристофер – единственный сын и наследник этих двух широко известных в узких кругах фамилий.

Саймон присвистнул.

– Ого. Значит, он не просто богатенький мальчик на байке. Он очень богатенький мальчик.

– Для тех, кто не в теме, – я подняла руку, как на уроке, – кто такой Хью Торнтон?

– Слушай, Мэгги, для тебя вот как‑то совсем неприлично не знать таких элементарных вещей, – Джастин посмотрел на меня чуть ли не с осуждением, – мы сейчас говорим об одном из наиболее влиятельных дельцов теневого мира Соединённого Королевства. Не позорь дядю и родителей!

– То есть он как Ласло? – осторожно уточнила я, проигнорировав упрёк в моей плохой осведомлённости о воротилах теневого бизнеса.

– Примерно, – кивнул Джастин, – только под его контролем находится южная часть страны.

– Ага… – глубокомысленно протянула я, судорожно соображая, не слишком ли много крупных представителей британского криминала собралось в одном скромном Блайзбери?

– Так что наш объект родился с целыми двумя серебряными ложками во рту, – кивнул Джастин. – Как только не подавился‑то, не знаю. Но мы не об этом сейчас. Так вот... Я попытался копнуть глубже, но наткнулся на глухую стену. Такое ощущение, что его как будто стёрли из всех открытых источников за последние пару лет. Никаких фото на светских раутах, никаких сплетен о личной жизни. Вроде он есть, а вроде как его и нет.

– Это не просто так, – мрачно резюмировал Саймон.

– А что у тебя? – я повернулась к звезде блайзберской журналистики. – Ты же собирался написать статью о путешественниках?

Саймон поморщился и отложил вилку.

– У меня всё ещё интереснее. Я связался с парой знакомых в крупных изданиях. Они тоже слышали об Эшвортах, но когда я начал спрашивать про Кристофера, они замолкали или переводили разговор на другую тему. Один так прямо и сказал: «Саймон, не лезь в это дело». Понимаете? Не «я не знаю», а «не лезь». Это значит, что информация о нём либо засекречена, либо за ним тянется какой‑то очень грязный след, который разумные люди предпочитают не ворошить.

Мы замолчали, переваривая услышанное. Картина вырисовывалась ещё более непонятная, чем мы предполагали.

– Осталось только понять, что этот «золотой мальчик» забыл в Блайзбери, – тихо проговорила я. – Тот вариант, в котором он появился здесь случайно, мы, полагаю, не рассматриваем как абсолютно нереальный. Появился мистер Эшворт почти одновременно с МакКиллианом. Следовательно, или он следит за МакКиллианом, или у него задание подружиться со мной, или он тоже рассчитывает добыть карту.

– Это надо как‑то выяснить, – бодро заявил Саймон, а мы с Джастином одновременно фыркнули, – чего?

– Выяснить – это прекрасно, но, может быть, ты ещё скажешь, как это сделать, – язвительности в голосе Джастина могло бы быть и поменьше, но Саймон и не подумал обижаться.