Страница 36 из 120
В следующий момент хлопнула дверь, раздались шаги, под тяжестью тела прогнулась кровать. Теплая ладонь легла на озябшее голое плечо.
— Как ты? — голос Бьорна прозвучал глухо, с надломом.
Виола дернулась, рывком сбрасывая его руку. Бьорн встал и отошел, а, вернувшись, накрыл ее одеялом.
— Прости меня, — сказал он.
Она судорожно вздохнула. Саднящая боль между ног не шла ни в какое сравнение с тем, что творилось в ее душе.
— Вино будешь?
Она нехотя повернулась на бок. Бьорн, понурившись, сидел на кровати и протягивал ей бутылку.
— Я тебя ненавижу, — сквозь зубы процедила Виола.
— Я сам себя ненавижу, — хрипло ответил он и отхлебнул.
Виола села, завернувшись в плед, отняла у него бутылку и сделала добрый глоток. В нос шибануло спиртным. Ее передернуло.
— Зачем ты это сделал? — хмуро спросила она.
— Не знаю.. Не хотел, чтобы он избил тебя, если бы ты стала ему противиться.
— Но ведь ты обещал, что меня не тронут!
Бьорн взял бутылку и приложился к горлышку.
— Пойми, он мой ярл. Я должен служить ему, ведь я присягал на верность.
— Ты — лживый кусок дерьма, — горько бросила Виола.
В глазах защипало так, будто в них насыпали песка.
— Согласен. — С тяжелым вздохом Бьорн протянул ей бутылку. — Будешь допивать?
— Не хочу.
— Как знаешь, — он допил последние капли и с размаху швырнул бутылку о стену. Осколки со звоном посыпались на пол.
— Ну и зачем? — зло усмехнулась Виола. — А если ты наступишь на стекло и распорешь себе ногу?
— Так мне и надо.
— Все равно надо убрать. — Она попыталась подняться с кровати.
— Ложись спать, я сам уберу.
Добрую половину ночи Виола провалялась без сна. Она чувствовала себя грязной, униженной, использованной. Тело стало словно чужим, и было до тошноты противно к нему прикасаться.
От вина мысли стали тягучими как смола, и мучительно таскались по кругу, словно кляча, вращающая мельничный жернов.
«Все пропало! Я — порченый товар. Надо бежать отсюда, пока ярл меня не обрюхатил. А вдруг это уже произошло? Говорят, достаточно и одного раза..
Бьорн мерзавец и негодяй, но я сама хороша — как лихо раздвинула перед ним ноги! Эти два ублюдка меня просто-напросто одурачили. Боже, какой позор!
Конечно, если бы не Бьорн, ярл бы взял меня силой.. Но я тогда по крайней мере сопротивлялась бы и не чувствовала бы себя сейчас идиоткой и шлюхой».
Сквозь потрескивание очага было слышно, как вздыхает и ворочается Бьорн на своем тюфяке. «Больше ему и пальцем не позволю себя коснуться! — Кулаки невольно стиснулись, судорожно сжимая жесткую медвежью шерсть. — Предатель! Сволочь! Ненавижу его!»