Страница 110 из 120
Под закопченными стрельчатыми сводами пахло ладаном и дымом свечей. По обе стороны от прохода выстроились приближенные. Именно для них — дворян — и разыгрывается заключительная часть лицедейства под названием «законный брак».
Манчини со свидетелем уже стояли возле алтаря. Виолу передернуло при виде его неказистой фигуры. Отец крепко, до боли, стиснул ее локоть, давая понять, что не потерпит выходок с ее стороны. Но сил на выходки у нее больше не было. Виола едва стояла на ногах, голова кружилась, а перед глазами все двоилось и рябило от набежавших слез.
Остальное происходило словно в тумане. Священник бубнил пустые речи о нерушимых узах брака, а у Виолы в ушах его слова отзывались лязганьем кандалов. Ее приносят в жертву, отдают на заклание, вверяют человеку, который ей противен. Которого она не любит и никогда не полюбит, потому что ее сердце навеки занято другим.
Бормотание пастора сливалось в сплошную кашу. Виола ощущала пустоту. Ей казалось, будто она провалилась в вязкую серую трясину, и с каждой секундой ее засасывает все глубже и глубже, сдавливая грудь и не давая дышать.
— Если кто-либо из присутствующих знает причины, по которым брак не может состояться — пусть скажет сейчас или вечно хранит молчание, — гулко разнеслось под высокими сводами церкви.
Повисла напряженная тишина.