Страница 60 из 73
Сержа уже хорошенько мутузил наш недавний знакомый, не выговаривающий букву «с». Через минут пять неравного боя Эми притащила ко мне в кусты изрядно помятого волчару и Грустяшку. Последняя была без сознания или крепко спала, понять было невозможно. Пока влюбленные выясняли, как бы справился Серж без помощи чёрно-бурой, я пыталась привести Грустяшку в чувства: массировала маленькие ручки и гладила мягкий животик, прислушиваясь к едва заметному дыханию малышки.
Тут меня осенило, и я, быстро нашарив в рюкзаке фляги с Мертвой и Живой водой, сделала, как меня учила дракоша. Сначала прыснула несколько капель Мертвой воды на лоб, животик и конечности Грустяшки, а потом капнула пару капель Живой воды ей в рот.
Эффект был мгновенным! Малышка потянулась и открыла глазки, увидев меня, она что-то пробурчала и, шустро запрыгнув ко мне на плечо, обняла за шею.
— Никогда больше меня так не пугай! — строго сказала я малявке и поцеловала в пушистый лобик.
Мы всё дальше уходили от болота, на небе сияла жемчужная луна, а со стороны приближающегося озера тянулся туман. Мы шли, не останавливаясь, до портала, со слов Сержа, было рукой подать. Местность вокруг оставалась такой же однообразной: слева густой лес справа озеро в тумане. От шорохов, скрипов и блуждающих в лесу огоньков ноги сами собой периодически переходили на бег.
— Вот и портал, — без особой радости сообщил Серж и показал на старенький полуразвалившийся деревянный домик.
Сразу было видно, что тут никто не живёт: крыша покосилась и местами просто отсутствовала, в окнах не было стёкол, а у входа — двери. Это не замысловатое строение было похоже на череп с провалами глазниц. По крайней мере, именно такая ассоциация промелькнула в моём сознании.
Я сняла Грустяшку с плеча, пора обратиться к ней с просьбой. А что если она не захочет помочь? Или просто не поймет, о чем я её прошу?
— Грусть-Тоска, миленькая, помоги! — я заглянула в озорные глазки малышки. — Отыщи для меня Разрыв-траву! — мои опасения тут же развеялись: Грустяшка быстро покивала и, спрыгнув с моей ладони, исчезла в темноте.