Страница 42 из 81
Глава 7.2
Шурш мгновенно запрыгнул ко мне на плечо и прикрылся растрёпанными волосами, словно занавеской:
— Что-то он тебе не рад.
Я глубоко вздохнула, готовясь держать удар: не могу же я сейчас спустить все эти его мужицкие нападки! Нашёлся пластилин! Пусть своими подданными командует! Хотя, что-то там его братец такое говорил, про сюзерена..
— Может, прекратите ломать деревья? Как варвар, честное слово! — крикнула я. — В конце концов, я падать не планировала! И вообще, у меня нога вывихнута, опухла и болит!
Я задрала юбку повыше и показала опухшую голень. Дракон заинтересовано её осмотрел и вертикальные зрачки его глаз засверкали. Это я зря! Быстро одёрнула юбку вниз.
— А ты продуманная, — шепнул мне на ухо Шурш, — надо мне с тобой осторожней быть!
— Мне перевязка нужна и холод! Где ваш замок, в конце концов? — продолжила наступление я. — К тому же, я есть хочу и спать!
Выкрикивала свои претензии, а у самой поджилки тряслись: это только кажется, что стоять напротив огромной драконьей морды нестрашно, подумаешь ящерица из сказки. На самом деле, сейчас от Шаарама исходила такая сильная подавляющая волю энергия, что весь мой запал держался на чистой вредности.
Герцог тихонько рыкнул, над деревьями пронёсся шквальный порыв ветра и вокруг него завертелся золотистый вихрь. О нет! Он же сейчас обратно в шикарного мужика превратиться! Почему-то Шаарама-мужика я опасалась гораздо больше, чем дракона..
На плече трусливо подрагивал шуран:
— Ох, беда, беда. Жить рядом с драконом! О Шеана, за что? — причитал он.
— А ну, цыц! — шикнула я на него
Герцог, тем временем, окончательно преобразившись, уверенно пошёл в нашу сторону:
— Баронесса, от вас пахнет волшебными бобами! — оказавшись прямо передо мной, прорычал он. — Вы что увлекаетесь запретной магией?
Божечки! Точно как мама после моего прихода в пять утра после вечеринки в честь Дня студента. Я тогда знатно покуралесила в силу неопытности.
— Это меня угостили шураны, — заикаясь, пролепетала я. — Шурш, покажись, — попросила я.
— Смерти моей хочешь? — недовольно пробурчал кругляш.
— Тебя всё равно рано или поздно увидят.
— Лучше поздно, — выныривая из своего укрытия, проворчал он.
Шаарам наблюдал нашу перепалку с нескрываемым интересом.
— Это мой.. питомец.. ой, нет, мой фамильяр! Вот! Его зовут Шурш и он..
— Шуран, — восхищённо воскликнул Шаарам. — Впервые вижу, чтобы это существо так тесно общалось с кем-то из людей. Вы ведь его понимаете, а он вас! Невероятно.
Герцог протянул руку, пытаясь погладить Шурша, но тот ощетинился и показал свои острые зубки. Вместо того чтобы рассвирепеть, Шаарам расхохотался таким искренним, почти детским смехом, что я даже засмотрелась. Красивый он мужчина. И очень опасный, Эля!
— Можете приберечь свои восторги? У меня очень болит нога, — напомнила я.
Он прекратил смеяться и прошил меня суровым взглядом:
— Вам не кажется, что это малое наказание за то, что вы сделали? — жёстко спросил он.
— А что я сделала? Упала с дракона?
— Вы меня щекотали! Это высшая степень неуважения! — рявкнул он.
Ой, мамочки! Как-то я упустила ещё и такой вариант.
— Никого я не оскорбляла, я просто ответила за ваш шлепок! Или здесь любой хвостатый может дать даме по жопе? — выдала я и прикусила язык.
Лицо Шаарама вытянулось, моё последнее слово точно не вписывалось в образ нежной фаворитки короля.
— Кто ещё кого унижает с первой секунды! Вы только и делаете, что всем видом показываете, какая я пыльная пыль у ваших ног! — прокричала я.
— Да ты — смертница, — с ужасом пролепетал шуран и спрятался в моих волосах.
Да, наезжать на дракона было рискованно, но я так испугалась, что он зацепится за нехарактерное для статуса баронессы слово. Мужик он явно не глупый, хоть и воспитан сеять вокруг мрак и деспотизм, судя по выражению красивой физиономии. Такой раскусит меня быстро, очень быстро. Как бы от него свалить?
Я с силой стиснула свой костыль, ожидая реакции герцога, и он смог меня удивить:
— Знаете, баронесса, а вы не похожи на тех девушек, которые обычно нравятся моему брату. Я думал, что вы — очередная безвольная овца. Ошибся. Вы — скорее необъезженная норовистая кобыла, неудивительно, что Лад возжелал вернуть вас ко двору, — прищурив чёрные глаза, сказал он.
— Возжелал вернуть? — выглянув из укрытия, воскликнул Шурш.
— Кобыла? — возмутилась я. — Вам не кажется, что вы только что меня оскорбили?
Шаарам скрестил руки на груди и усмехнулся:
— Вы только это услышали? В моём замке вас ждёт посыльный от короля с портальным кольцом и полным прощением. Вы вернётесь под тёплое крылышко Ладура, чем не радостная весть для нас обоих? — спросил он.
О, нет! Я туда точно не вернусь!
— Я могу отказаться?
— От постели моего брата? Вряд ли.
Меня аж передёрнуло. Ладур, конечно, мужчина видный, но только внешне. Внутри там похоже всё давно прогнило.
— И никаких вариантов?
Шаарам с каждым моим вопросом всё больше мрачнел. Он-то рассчитывал по-быстрому избавиться от обузы в моём лице, а обуза что-то заупрямилась.
— Варианты всегда есть, только я не совсем понимаю причин. И если вы их немедленно не озвучите, я поведаю брату о вашей реакции на его щедроты, — прожигая меня взглядом, потребовал он. — Я жду!
Снова врать и выкручиваться? Или признаться в том, кто я такая на самом деле? Как отреагирует герцог, если узнает, что я никакая ни баронесса, а попаданка Эля из Москвы?
— Меня там отравили, герцог, — сказала я. — Я практически умерла, если бы не моя верная служанка, мы бы с вами сейчас не говорили. И всё это под носом у Его Величества.
Герцог бех особого доверия всматривался в моё лицо:
— Допустим. Только этой причины недостаточно, баронесса.
— Но я, в конце концов, не вещь! Выбросили, вернули.. Если завтра во дворце появится очередная красавица, меня опять отправят к вам? Я вижу, что вы мне не рады. Я вас раздражаю и это нормально. Вы мне тоже не нравитесь, — начала свой монолог я.
— Ты напрочь пустоголовая, — выдал мне в ухо Шурш, но я отмахнулась от него как от назойливой мухи.
— Но это совершенно не помеха для сотрудничества. Позвольте мне остаться. Я буду тихо жить, лечить ваших подданных и не высовываться без необходимости. Вы же сказали, что всегда есть варианты. Помогите мне, — взмолилась я.
Шаарам слушал меня с таким непроницаемым лицом, что я на мгновение решила, что он оглох. Примерно после слов о том, что он мне не нравится.