Страница 4 из 14
Из-за ближайшего скального выступа на тропу вылетела стража. Всадников было пятеро. Они двигались единым слаженным клином, уверенно чеканя шаг. Но страшнее всего были их верховые звери. Эти чудовища отличались от целестов Рейздана и были гораздо больше похожи на диких адских тварей. Поджарые, с мощными лапами и лоснящейся угольно-черной шкурой, они глухо рычали, обнажая длинные клыки. В их глазницах бешено полыхало то самое чернильно-фиолетовое пламя, от которого по коже мгновенно покатился липкий страх.
Ноги словно намертво приросли к обледенелой плите, а пальцы под плащом сжали рукоять ножа. Пятеро вооруженных иверийцев на адских конях неслись прямо наперерез. Бежать назад в туман было бессмысленно — хищные звери догнали бы человека в два прыжка и разорвали на части.
Земля мелко подрагивала от тяжелого бега тварей. Я заставила себя сделать вдох, изо всех сил успокаивая бешеное биение сердца.
Кони-хищники рассредоточились, беря меня в плотное кольцо. Фиолетовое пламя в их глазницах полыхало в полуметре от моего лица, обдавая кожу сырым звериным жаром. Из клыкастых пастей вырывалось тяжелое рычание.
Иверийцы в тяжелых доспехах Стигии сидели в седлах монолитными скалами. Командир патруля, чей темный взгляд сканировал мою фигуру, удивленно усмехнулся:
— Гляди-ка, она даже не бежит. Смертная, ты потеряла страх или твой Высший хозяин караулит где-то в скалах?
Я открыла рот, собираясь твердо ответить и потребовать встречи с Лордом Ночи, но второй всадник резко перебил меня, обращаясь к командиру:
— Проверь её! А я осмотрю ущелье. Надо понять, прячется ли кто рядом, или эта девка — обычная беглянка.
Всё произошло слишком быстро. Тот, что сидел ближе всех, рывком соскочил с седла. Его тяжелый доспех грозно звякнул. Не успела я отпрянуть, как его ладонь мертвой хваткой вцепилась в мое плечо. Другой рукой он грубо рванул воротник моего плаща в сторону, обнажая кожу.
Взгляд солдата намертво замер чуть ниже уха, где уродливым светом пульсировало сапфировое клеймо созвездия.
— Рабыня Звездопада! — громом разнесся его голос над обрывом. — Она беглая вещь из Целестии!
— Послушайте, я всё объясню! — крикнула я, пытаясь вырваться из его стального захвата, но пальцы иверийца впились в мое плечо еще сильнее, до хруста в костях.
— Заткнись, мразь, — ледяным тоном оборвал он, и в его глазах вспыхнуло презрение. — Ты нарушила закон рабов и переступила границу Свода без позволения. Беглых собак здесь ждет только одно.
Прежде чем я успела вымолвить хотя бы слово, его тяжелый кулак врезался мне прямо в челюсть. Вспышка дикой боли ослепила меня. В глазах мгновенно потемнело, мир вокруг покачнулся, а ноги бессильно подкосились. Фиолетовые огни Стигии слились в одну смазанную полосу, и я замертво рухнула на холодные камни, окончательно теряя сознание.
Тьма отступала неохотно, утягивая за собой вязкие, тяжелые образы. Сознание возвращалось медленно, по капле, и первым делом я почувствовала грубые толчки. Меня кто-то настойчиво и сильно дергал за одежду.
Сквозь давящий гул в ушах пробивались мерзкие голоса, которые скалились и переговаривались совсем рядом. Челюсть отчаянно заныла от недавнего удара.
Я открыла глаза и вдохнула сырой, пахнущий плесенью воздух. Вокруг смыкалась темнота подземной тюрьмы. Мы находились глубоко под землей, в огромных казематах, которые напоминали закопанный в скалу склеп, разбавляемый лишь тусклыми фиолетовыми факелами на стенах.
Прямо надо мной склонились три женщины в грязном рабском тряпье. Их лица были покрыты копотью, а пальцы с обломанными ногтями уже лихорадочно стягивали с моих плеч дорогой походный плащ, пытаясь то ли обыскать меня, то ли раздеть.
Дикая ярость мгновенно вымела остатки слабости. Рука сработала на чистых инстинктах — я резко выхватила нож из потайного кармана и полоснула воздух прямо перед их носами.
Они с визгом отшатнулись назад. Пользуясь заминкой, я рывком поднялась на ноги, отступая на несколько шагов, пока спина не уперлась в холодные железные прутья. Колени подкашивались, но я упрямо держала лезвие перед собой. Походный плащ всё еще висел на моих плечах, надежно укрывая тело.
Три грязные рабыни быстро оправились от испуга. Они издевательски поржали, глядя на мой кухонный клинок, и самая крупная из них сделала шаг вперед.
— Гляньте на эту дикарку, — прохрипела она, упирая руки в бока. — Ты думаешь, с этой зубочисткой справишься со всеми нами?
— Что вы, чёрт побери, от меня хотите?! — выплюнула я сквозь зубы.
— Твои шмотки, милочка, — оскалилась вторая, жадно разглядывая мой походный плащ.
— Пошли вон! — выкрикнула я, покрепче перехватывая рукоять ножа.
И тут же, прямо за моей спиной, раздался издевательский мужской свист и сальные смешки. Я резко повернулась на звук и увидела, что через узкий проход высится точно такая же железная клетка, где сидели десятки оборванных, грязных мужиков. Их голодные взгляды намертво впились в мою фигуру, они громко улюлюкали, подзадоривая девок в моем загоне.
Но хуже всего было то, что в самом коридоре, прислонившись к каменным стенам закопанной тюрьмы, стояли надзиратели Стигии. Они лениво переговаривались, ухмылялись и даже не думали вмешиваться. Было очевидно, что они просто хотели посмотреть на драку рабов ради собственного развлечения.
Крупная баба в клетке снова ухмыльнулась, делая знак своим подругам окружать меня.
— Давай без глупостей, — сужая глаза, сказала она. — Или ты сама добровольно отдаешь нам шмотки, или мы прямо сейчас навалимся втроем, изломаем тебе кости и разденем силой. Выбирай.
— Я ничего вам не отдам, — процедила я, превозмогая дрожь и поднимая нож на уровень груди.
Три рабыни переглянулись, и крупная баба с глухим рыком бросилась на меня.
В тесной клетке негде было развернуться. Я успела полоснуть клинком по воздуху, заставив одну из нападавших отпрянуть, но две другие навалились сбоку. Чьи-то грязные пальцы намертво вцепились в мои волосы, дергая назад. Из горла вырвался крик боли. Я попыталась ударить наотмашь локтем, но в этот момент тяжелый удар кулаком пришелся мне прямо в запястье. Нож с глухим звоном вылетел из онемевших пальцев и отлетел куда-то за прутья клетки.
— Попалась, тварь! — прохрипела вожачка, хватая меня за ворот и с силой швыряя на каменный пол.