Страница 32 из 128
– Я не очень люблю зажатых скромняжек, – честно признался жених. – Не понимаю всей этой возни с девственностью. Лили же как раз была невинной девой, но… Она была очень миленькая. И эти глаза… Откуда у неё лиловые глаза? Очень редкий цвет. Когда она смотрела на меня, я словно вновь становился котёнком. Ну то есть… понимаешь, рядом с ней я был лучше, чем я есть. Я не знаю, любил ли я Лили. Но почему ты говоришь, что она умерла из-за меня?
Ярость иссякла так же внезапно, как началась. Ирис устало посмотрела на принца:
– Я думаю, она узнала про ваших любовниц и истаяла от огорчения.
– Как? – удивился Кьяр. – Я ей не говорил ничего. Клянусь, она не могла узнать. Я же не идиот, чтобы обо всём этом рассказывать такой нежной девочке.
– Значит, ей рассказал кто-то другой.
– И она поэтому… Но как? Разве можно умереть от огорчения? И потом… она бы разорвала помолвку… Я же видел её за три месяца до…
Его голос пресекся. Ирис смотрела на него и думала, что всё это так странно. Так бесконечно странно. Кьярваль любил Лили? По-своему, конечно, но… Кто бы мог подумать, что ирбис относился к невесте по-человечески? Ну почти?
«Всё же в нём есть что-то хорошее. Хоть немного, но есть».
– Идите к своим любовницам, Кьяр, – выдохнула она. – Всё равно прошлое не изменишь.
Прошла в спальню, стянула платье. Однако принц зашёл за ней.
– Давай помогу, – предложил как-то нерадостно. – И заодно расскажи, что там с Шираном? Что у тебя за план?
Кьяр принялся развязывать шнуровку её корсета, и надо было бы запретить, но Ирис слишком вымоталась и слишком устала. Она покорно вытерпела прикосновения его рук, хоть они и не были ей приятны.
– Я встретилась с человеком Ширана. Он передал герцогу от меня просьбу встретиться со мной на Варговом озере. Там находится летняя резиденция нашей семьи.
– Знаю.
– Дворец Белой Волчицы. Его построил мой прапрадед, который был очень подозрительным и любвеобильным. Он так часто менял подрядчиков и строителей, что никто не знает расположение всех тайных ходов. А их во дворце немало: моя прабабка была очень ревнива.
– Но вы знаете?
Ирис, оставшаяся в одной сорочке с длинными рукавами, обернулась к жениху, серьёзно заглянула в его лицо:
– Знаю. Не все, но часть из них мы с Эйвом отыскали. Достаточно для того, чтобы разместить там вооружённых людей.
Кьярваль рассмеялся:
– Да, вы точно не похожи на свою сестру.
– Я знаю, – Ирис нахмурилась. – Мне всё детство об этом говорят. Вот только Лили умерла, узнав правду о том, кого любила. А я выжила, несмотря ни на что. И я выживу, что бы ни случилось. Я не знаю, согласится ли герцог. Но я возьму с него клятву прибыть одному. И пообещаю, что и я буду одна.
– И нарушите?
Она серьёзно посмотрела в его насмешливые глаза. Кивнула:
– Да. Если понадобится, я дам самую тяжёлую и страшную клятву. И солгу. Вот только… он может мне не поверить. Поэтому вы должны направить во дворец людей заранее, чтобы они спрятались до того, как герцог пришлёт своих шпионов проверить дворец.
– А потом?
– А потом, когда я приеду и мы встретимся, вы его убьёте.
Глаза Кьярваля блеснули. Принц склонился в шутовском поклоне:
– Вы прелесть, Ирис. Мне нравится ваша подлость и целеустремлённость. Вы станете прекрасной королевой! Но почему вы думаете, что герцог согласится попасть в такую глупую ловушку? Зачем ему подвергать себя такой опасности?
Губы Ирис скривились, уголки дёрнулись.
– Потому что он меня любит, – дрожа, процедила она. – Ну, в его понимании это именно любовь.
ПРИМЕЧАНИЯ
драконическом — стиль, похожий на нашу готику чем-то, такой же колючий, был распространён пятьсот лет назад, во времена демонов
псевдодраконика — подражание драконическому стилю, но с использованием новых технологий