Vic. Если ты простишь.

Глава 49

Я ходила из угла в угол в ожидании такси. Ехать в клуб на своей машине было чистым безумием. Я понимала, стоит ему только увидеть мой «Стингер», он сразу исчезнет, и гонка начнётся по новой. Я и так еле дождалась этого вечера. Черный топ, черная юбка в пол с боковым разрезом от бедра, черная бархатная полумаска — необходимый дресс-код для желающих попасть на закрытую вечеринку в закрытый клуб, приглашение в который с большим трудом достал частный детектив.

Я до сих пор помню его удивлённый взгляд и приподнятые брови, когда сегодня в шесть утра я позвонила ему и сказала, что мне нужно.

— Ольга, вы понимаете, куда вы едете? — глухой голос врезался в мой мозг. — Это закрытый клуб для тех, кто ищет партнёра на одну ночь, без обязательств, без имен, без лиц.

— Мне всё равно, Андрей Юрьевич. — резко отбрила я. — Если он будет там, значит, и я там буду. Ваша задача — обеспечить наружное наблюдение, чтобы выяснить, где он живёт, и понять, на чём он приедет.

И вот сейчас я чувствую, как всё внутри начинает закручиваться в тугие канаты, опутывая меня, мешая дышать. Ледяные пальцы сводит от напряжения. Скоро! Скоро! Скоро! С каждым сокращением сердца это слово разносится по сосудам, бьёт в голову. Я даже не понимаю, что такси уже стоит напротив дома, освещая фарами дорогу. Не понимаю до тех пор, пока несколько раз мигнув, водитель нажал на клаксон. И тогда я вздрагиваю, отмираю, делаю резкий вдох и выдох, беру дрожащей рукой маску, клатч и, развернувшись, вылетаю из кабинета. Остановившись на самом верху лестницы, замираю и, скользя ладонью по перилам, медленно спускаюсь на первый этаж. Ноги трясутся, но я иду вперед. Открываю дверь, вдыхаю морозный воздух. Поднимаю голову, закусываю губу и тихо говорю себе:

— Ты должна! Ты не имеешь права сейчас сделать шаг назад. Давай, Мята!

И я иду. Сажусь в такси и глухим голосом говорю:

— Клуб «Гарибальди».

Таксист хмыкает, и машина трогается с места, разрезая снежную пелену, которая внезапно обрушивается на землю.

Вся дорога до клуба, как вязкий туман. Меня бросает то в жар, то в холод. Сердце колотится так, что закладывает уши. Голова неимоверно чешется и потеет под париком. Два часа! Целых два часа мастер укладывала мои волосы, натягивала на них фиксирующую сетку и крепила парик. Я смотрела в зеркало и не узнавала себя. Яркая красная помада. Голубые линзы. Длинные чёрные волосы, уложенные волной. Даже я себя не узнавала.

Машина остановилась. Я сидела и невидящими глазами смотрела в окно. Минута, другая, пять.

— Спасибо. — выдавив из себя, толкнула дверь и спустила ногу на тротуар.

— Маска. — бросил водитель.

Вздрогнув, обернулась. Бархатная маска висела на спинке пассажирского сидения. Наклонившись, сняла её и отпустила такси.

Тёмный переулок. Ни одного фонаря. Простая чёрная железная дверь с маленьким окошком. Вокруг ни души. Вытащив пригласительный билет, ещё раз сверилась с адресом. Всё точно. Выдохнула и, надев на глаза маску, закрывающую половину лица, стукнула в окошко, которое тут же открылось.

— И будет эта ночь нежна. — услышала приятный мужской баритон.

— И все исполнятся желанья. — тихо ответила я, протягивая черный прямоугольный бархатный конверт.

Дверь бесшумно открылась, и я вошла в тёмное помещение. Невидимые руки легли на мои плечи и легко скользнули вниз, снимая с меня шубку.

— Вам вниз. — тот же голос.

Я осторожно делаю шаг. И снизу, прямо под ногами, загорается красная дорожка, освещая ступеньки, уходящие куда-то в бесконечность. Выдохнув, спускаюсь по ступенькам и замираю перед закрытой дверью. Я уже знаю. Я чувствую, что он там. Готова ли я увидеть его? Готова ли к тому, что я увижу? Да. Я слишком долго шла к этому, умирая каждый день, подыхая каждую ночь, и сейчас я, как путник, который, наконец, нашёл в бесконечной пустыне свой оазис, для того, чтобы подойти к живительному источнику и опять наполниться жизнью.

Толкнув дверь, я делаю шаг, погружаясь в мир красного цвета, которым наполнено, которым окрашено всё. Тихая музыка, легкий смех, запах пряностей и секса, смешанный в забивающий легкие коктейль. Приглушённый мягкий свет и тени мужчин и женщин, бесшумно двигающихся, сплетающихся в объятиях, пьющих алкоголь из высоких бокалов. Блеск глаз из прорезей масок, влажность губ и желание. Желание, пронизывающее всё: воздух, звуки, людей.

— Прошу вас.

Тихий голос звучит выстрелом, я чувствую, что глаза всех присутствующих в огромном зале обращены на меня. Они скользят по моему телу, раздевая, оценивая, выбирая меня. И в этом море похоти я ощущаю его взгляд. Мне не нужно даже искать его в этой толпе, мои глаза находят его сразу, безошибочно. Он сидит в расслабленной позе на широком диване, обтянутом красной кожей. Черная, расстёгнутая на груди рубаха, чёрные брюки и такая же чёрная маска. Люцифер в своём царстве разврата. В его руках перекатывается бокал с неизменным виски. Белокурая девушка, сидящая рядом с ним, что-то шепчет ему на ухо, поглаживая ладонью его грудь, опуская её ниже, сжимая пах.

— Вы должны выбрать себе пару.

Тот же голос около моего уха.

— Да, — хрипло говорю я, — конечно.

И делаю шаг. Медленно прохожу по залу, обхожу диван, на котором он сидит, чуть касаясь тёплой кожи пальцами. Его голова поворачивается, ноздри втягивают мой запах. Рука вытягивается по спинке дивана, касаясь моих дрожащих пальцев. На миг пространство и время замирают. Но я иду дальше, выскальзывая, не останавливаясь, чувствуя эти нити, которые невидимыми тросами начинают нас снова связывать. Его взгляд прожигает мою спину.

Двигаясь по залу, ловлю призывные взгляды как мужчин, так и женщин. Мир запретных удовольствий, в котором свои правила и законы. Мир взглядов и жестов, в котором нет места словам. Сажусь на диван в самом углу и беру в руки бокал кроваво-красного вина с подноса официанта, который мгновенно оказывается рядом.

- Приятного вечера. - тихо говорит он.

Я киваю, окидывая присутствующих взглядом, скользнув по нему, даже не задерживаясь, откидываюсь на спинку дивана и закрываю глаза, отпивая терпко-сладкий напиток, который тут же ударяет в голову и несётся по венам. Легкая улыбка касается моих губ, когда я чувствую его раздевающий меня взгляд. Он не узнал, но это не мешает ему хотеть меня.