Страница 68 из 124
- Твою мать! - выругался Вик.
Вывернув до упора руль, он рванул в сторону Внуково. Джет из Дубая должен был приземлиться через сорок минут. И он увидит её. Свою дочь. Сердце колотилось всю дорогу. Он очень надеялся, что Ольга не наделает глупостей. Хотя, ёб твою мать, куда уж больше. Он прекрасно понял, что она затеяла. Дело о теракте. Она хочет его посадить за убийство Тагира, прекрасно зная, что если его возьмут, он всю вину возьмёт на себя, чтобы никто из его ребят не был не то что привлечён, но даже не попал под подозрение. А значит, Татарский будет молчать.
- Сука!
Руки со всей силы шарахнули по рулю, кровь заливала мягкую кожу, отчего она становилась скользкой. На лобовое стекло посыпались хлопья мокрого снега, размытыми разводами стекающего вниз. Дворники работали на пределе. Но пелена становилась всё гуще. Он сбросил скорость. Поток машин едва двигался. Виктор нервно поглядывал на часы. Пятнадцать минут.
Телефон зазвонил внезапно, резкой дрелью. Включив громкую связь, Вик выругался. Звонил один из его людей, который ещё с утра дежурил во Внуково.
- Виктор, Ольга уже здесь. Представители соцслужбы тоже. Ты где?
- Буду с минуты на минуту. - рыкнул он, выкручивая руль, съезжая на обочину.
- Давай. Приземление задерживается в связи с плохими лётными условиями. Сильный боковой ветер.
- Просто прекрасно! Находись рядом с нею. Имей в виду, она может быть вооружена.
- Догадываюсь. Она прошла через VIP-зону. Ты знаешь, как там с личным досмотром.
- Чёрт!
Очередной удар по рулю. Боль резанула от ладони вверх. Кровь полилась яркой пульсирующей струёй.
- Да ну на хуй!
Увидев возможность перестроиться, он резко дал руля влево и включил поворотник. Светофор горел мигающим жёлтым. Время сжималось, закручивалось в спираль, отключая все чувства. Вырубая мозг. Он был на пределе. Бросив взгляд на встречку, Виктор вжал педаль газа в пол и рванул на поворот. Колодки засвистели, ремень врезался в грудь, перехватив дыхание. Руки заскользили по рулю. Он увидел, как тёмная тень несётся на него, потеряв управление, всё слишком быстро, слишком неправильно, слишком не так. Ещё горят мосты. И она там. Они обе там.
Удар был такой силы, что тяжёлую машину подбросило и развернуло. Скрежет металла вскрывал мозг, как нож консервную банку. Осколки стекла рванули в салон, разрезая кожу, впиваясь в шею. Хлопок подушек безопасности, и его сжимает со всех сторон. Боль разливается по телу пульсирующей волной. Красная пелена застилает глаза. Ни черта не видно. Ни черта. Сознание угасает, и его погружает в липкий чёрный туман, где на самой границе между реальностью и нереальностью он слышит приглушённый голос:
- Виктор! Виктор! Виктор Владимирович! Что случилось! Виктор, сука! Виктор, тебя не слышно!