Страница 2146 из 2266
Дорога заняла пару часов. Чем дальше мы отъезжали от города, тем меньше становилось людей. Лес редел, потом снова сгущался, но уже не такой живой, как раньше. Иногда попадались следы старых костров, разрушенные столбы с рунами, обугленные камни.
В какой-то момент гвардейцы начали ехать медленнее. Впереди показался Разлом.
Сначала я увидел только чёрные пятна на земле, потом — растрескавшиеся камни, а потом и сам вход.
Место выглядело так, будто здесь что-то пытались взорвать и передумали на середине активного процесса. Камни были оплавлены, земля покрыта глубокими трещинами, воздух казался тяжёлым, словно перед грозой. Оттуда тянуло сразу несколькими стихиями, и ни одна из них не была в порядке.
Гвардейцы остановились на безопасном расстоянии. Их командир подъехал ближе.
— Дальше вы сами, — сказал он. — Мы ждём здесь. Двое суток. Потом уходим.
Я кивнул, спрыгнул с коня и проверил ремни на доспехе.
Обернулся к Анастасии.
— Останешься с ними?
Она даже не подумала.
— Нет.
— Там может быть неприятно.
— Здесь тоже, — спокойно ответила она, глядя на гвардейцев. — Мне их общество не нравится.
Я хмыкнул.
— Ладно. Тогда идём.
Пётр только тяжело вздохнул.
— А ведь я хотел дожить до старости.
Мы втроём подошли к границе Разлома и шагнули внутрь.
С первых же шагов стало понятно, что он нестабильный.
Земля под ногами была то сухая и растрескавшаяся, то покрытая водой, которая в одном месте замерзала тонкой коркой, а в другом начинала пузыриться, словно кипела. Порывы ветра появлялись из ниоткуда, поднимая пыль и мелкие камни, а чуть дальше вспыхивали языки огня, хотя вокруг не было ничего, что могло бы гореть.
И при этом — тишина.
Никто на нас не нападал.
От этого становилось только неприятнее.
Будто Разлом просто смотрел и ждал.
Пётр шёл чуть впереди, постоянно оглядывался и явно чувствовал себя здесь неуютно.
Я поравнялся с ним.
— Слушай, Пётр… ты ведь универсал?
Он посмотрел на меня с раздражением.
— Ну да. Сейчас смеяться будешь? Над магическим калекой?
— Даже не думал, — ответил я. — Я сам универсал.
Он остановился и посмотрел внимательнее.
— Серьёзно?
— Таких как мы не часто встретишь, — сказал я. — А тех, кто ещё и по Разломам ходит, и подавно.
Он хмыкнул.
— С голодухи и не на такое пойдёшь.
Мы прошли ещё несколько шагов, обходя участок, где земля вдруг начала медленно осыпаться в сторону трещины.
Я сказал:
— Ладно. Давай думать, как найти ядро.
Пётр покачал головой.
— А смысл?
— Поясни?
— Мы здесь и останемся, — спокойно ответил он. — Зря вы влезли в это. Сам бы я как-нибудь выкрутился. А теперь ещё и вы под раздачу попали.
Он помолчал и добавил:
— Даже если выберемся… мне нечего вам дать. Ни денег, ни услуг. Ничего.
Я усмехнулся.
— Когда-то мне сказали одну вещь.
Он посмотрел на меня.
— Какую?
— Иногда не стоит искать оплату. Если можешь помочь — помоги.
Пётр ничего не ответил.
Мы шли всё глубже в Разлом, и чем дальше заходили, тем меньше он напоминал обычное место. Земля под ногами менялась каждые несколько шагов. То сухая и растрескавшаяся, то покрытая водой, то вдруг начинала дымиться, словно под ней кто-то развёл костёр. Ветер появлялся из ниоткуда, иногда сбивая с шага, иногда наоборот подталкивая вперёд, будто подгоняя.
В одном месте я едва не провалился по колено, потому что твёрдая на вид поверхность внезапно превратилась в вязкую грязь. Пётр, перепрыгивая через трещину, приземлился в лужу, которой секунду назад не было, и долго ругался, вытряхивая воду из сапога.
Анастасия остановилась и посмотрела в сторону, потом на нас.
— Вы это видели?
— Что? — спросил я.
— Искра… пролетела. А потом стала снежинкой.
Я посмотрел туда, куда она показывала, но там уже ничего не было.
— Отлично, — вздохнул я. — Значит, мы точно идём куда надо.
Пётр сначала молчал, но постепенно начал приходить в себя. Видимо, понял, что мы не собираемся бросать его посреди Разлома.
Через какое-то время он сам заговорил:
— Вообще… я бы и сам его закрыл.
Я посмотрел на него.
— Ага. Конечно.
— Серьёзно, — обиделся он. — Всё нормально шло. Я почти до ядра добрался.
Анастасия сразу повернулась к нему.
— Тогда что случилось?