Страница 2013 из 2266
Тень сразу дала о себе знать.
Стоило мне замереть — пустота под рёбрами углубилась. Появилось ощущение, будто кто-то аккуратно приоткрыл кран и дал стечь тому, что должно было остаться внутри.
Я пошёл дальше.
И утечка стала меньше.
Я ускорился — и стало легче дышать.
Остановился — снова провал.
Картина сложилась неприятно быстро.
Тень не пыталась меня убить. Она держала меня в движении. Пока я бегу, пока трачу силы, пока думаю, что ещё один круг — и всё станет ясно.
И чем дольше я здесь, тем больше отдаю.
Феникс тоже сначала тянул энергию, а потом слой за слоем срезал ядро, пока я не понял, что стал адептом..
Здесь ощущение другое. Мягче. Тише. Но направление то же.
Если продолжать — я выйду отсюда слабее, чем вошёл.
Быть может стоит просто отступить?
Разлом без ядра нельзя «победить», потому что в нём нет точки, куда бить. А враг, который пьёт твою энергию, пока ты стараешься, выигрывает именно тогда, когда ты упрям.
Я перестал бить.
Мне стало ясно: каждый мой удар делает ровно то, что от меня ждут.
Я опустил клинок. Усиление свернул до минимума. Дал свету стечь, как воде из ладоней.
Тень сразу стала ближе, плотнее, как тёплый воздух у стены. И — что важно — не добивала. Ни удара, ни всплеска, ни попытки закончить.
Будто и не должна.
Я сделал шаг. Медленный. Проверочный.
Тень осталась на месте. Утечка стала слабее.
Ещё шаг — и снова то же самое. Она не атаковала. Она сопровождала.
Картина окончательно сложилась.
Если это ловушка разлома — её нельзя утащить наружу. Она живёт здесь, питается здесь и закончится вместе с этим местом.
Если это сущность — выход с ней на хвосте станет подарком для всех, кто окажется по ту сторону.
Оба варианта мне не нравились.
Тем не менее вариантов не много.
Я развернулся и пошёл. Держа ритм таким, чтобы не кормить её лишний раз.
Я нашёл выход не сразу. Дважды прошёл мимо, не останавливаясь, потому что стоять здесь — худшее решение. На третьем круге тень снова попыталась подтолкнуть, но я просто продолжил идти, игнорируя её, как игнорируют боль, которая не убивает.
Когда граница наконец зацепилась за восприятие, я сделал шаг — и мир исчез.
Я вывалился из разлома, как мешок.
Воздух ударил в лицо слишком резко, земля под ногами поехала, и я едва успел выставить вторую ногу, чтобы не растянуться. Дыхание рвалось, будто я только что бежал на износ, хотя последние минуты просто шёл. Рука не слушалась, висела мёртвым грузом, в плече пульсировало тупо и настойчиво.
Я сделал ещё шаг. Потом остановился. Мир плыл.
— О, вот ты где! — сверху раздалось знакомое, слишком бодрое. — Я тебя по всей округе ищу!
Попугай спикировал почти в лицо, хлопая крыльями, как будто хотел компенсировать мой недобор шума. Я даже не повернул голову. Слишком много сил уходило на то, чтобы просто стоять.
— Нормально тебя потрепало, — продолжил он, делая круг. — Вот видишь, что бывает, когда ты ходишь в разломы без меня!
Я открыл рот, чтобы ответить — и не успел.
За спиной что-то дрогнуло. Воздух вдруг стал гуще, тяжелее. Я обернулся медленно, через боль, и увидел, как пространство, где секунду назад был вход, пошло мелкой рябью. Будто по стеклу провели ногтем.
Разлом сжался, и начал исчезать, втягиваясь в себя, с характерным скрежещущим звуком, от которого сводило зубы. Воздух уплотнился ещё сильнее, давя на грудь, потом — щелчок, короткий и сухой.
И всё.
Там, где был другой мир, осталась обычная земля. Ни следа, ни остаточного фона, ни даже неприятного ощущения. Будто кто-то аккуратно вытер ошибку.
Я смотрел туда несколько секунд, не моргая.
Разлом тьмы.
Без ядра.
Без финального удара.
Без объяснений.
— Я же говорил, — не унимался он. — Я всегда говорю! А ты не слушаешь! Вот результат!
Я медленно повернул к нему голову.
— Ещё слово, — сказал я тихо, — и я тебе клюв заклею. Аккуратно. Надолго. Возможно — навечно.
Он замолчал. Ровно на вдох. Потом фыркнул, но отлетел ещё дальше.
— Неблагодарный двуногий, — пробормотал он уже с воздуха, — никакого уважения к тем, кто заботится…
Я не слушал.
Мысль мелькнула — короткая, холодная: сжечь. Это было бы просто. Быстро. Один импульс — и раздражитель исчезает. Никаких комментариев, никаких “я же говорил”.
Я выдохнул.
Не сейчас.
У меня есть задачи, и лишний мусор в голове сейчас ни к чему. Убивать всё, что бесит, — плохая стратегия. Я это уже проходил.