Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 1824 из 2266

Но нужно было поймать момент, когда он «плотный».

Монстр зарычал.

Тысячи голосов.

Тысячи шёпотов.

Тысячи стонов.

Он рванулся вперёд.

Я прыгнул ему под лапу, размазываясь тенью.

Он попытался придавить меня грудной клеткой — я проскользнул между рёбер тени.

Повёл клинком вверх — встретил сопротивление.

Вот оно!

Я вбухал в клинок тьмы больше силы, чем казалось разумным.

Разрезал часть грудной клетки.

Монстр взвыл — я упал, едва увернувшись от удара лапы.

— Попался… — прошипел я.

Я видел: на секунду, только на секунду его тёмная плоть стала плотной, как уголь.

Это момент материализации.

И вот эту секунду нужно поймать.

Монстр прыгнул.

Я прыгнул ему навстречу.

Всё тело вспыхнуло огнём, тьма сжалась в руке, создавая искажение.

Я врезал ему в грудь

Сила удара вошла глубоко, тьма взорвалась синей вспышкой, и всё тело монстра треснуло, словно стекло при перепаде температуры.

Тварь развалилась надвое.

Её плоть превратилась в труху.

Остатки теневых щупалец рассыпались на камни.

А в центре… осталось ядро.

Тёмное, как ночь.

И в нём — едва видимая искра огня, тонкая, как волос.

Я поднял ядро.

Оно было холодным.

И будто живым.

— Ну что ж, приятного мне аппетита, — сказал я.

И поглотил.

Впитал до последней капли.

Тело выгнуло.

Пальцы задрожали.

Огонь внутри вспыхнул так ярко, что на секунду я ослеп.

Тьма вокруг будто отступила, уступая место новому рывку в развитии.

Я выдохнул.

— Вот это уже еда… — прошептал я, чувствуя, как голод стихает, а сила нарастает волной. — Наконец-то.

Но стоило мне сделать шаг, как тени вокруг шевельнулись.

И я понял:

Это — только начало ночи.

А впереди…

Похоже, будет ещё веселее.

Ночь, похоже, не спешила стихать. После битвы с тем теневым чудовищем я чувствовал себя почти нормально — если не считать того, что ядро внутри гудело, как кузнечные меха. Усиление, как обычно, не выключалось: пульс бил в висках, мышцы не расслаблялись, каждый нерв натянут, будто я до сих пор в бою. Но бой уже закончился.

И всё же… что-то шло сюда.

Я замер, прислушался.

Сначала — лёгкое дрожание воздуха.

Потом — еле слышные шаги, много шагов, ритмичных, слаженных.

Не звери. Звери не идут строем.

Не иные — те обычно гремят своими железками.

А… люди.

Я чуть приподнял голову, глянул на миникарту в шлеме — десятки тепловых пятен двигались быстро, цепью, аккуратно расходясь полукругом. Ловят след.

— Быстро, — пробормотал я. — А я-то думал, успею чай попить.

На открытой площадке я был бы лёгкой целью. Потому лучше забраться вверх.

Я нашёл скальный выступ метрах в десяти над землёй, подтащил себя, затащил рюкзак и лёг, распластавшись, будто бесформенная тень.

Купол тьмы лёг сверху сам собой — мягкий, плотный, будто я накинул на себя одеяло из пепла. Визор я приглушил, ядро заставил дышать ровнее. Спрятался. Теперь я был просто тёплым камнем среди сотен таких же.

Через пару минут они подошли.

Сначала я услышал голоса. Глухие, усталые. Голоса людей, которые привыкли убивать, а не болтать.

— Вспышка была здесь, — сказал кто-то хрипло, и в воздухе звякнул металл. — Я чувствую остатки огня.

— Опять эти огневики распоясались, — отозвался другой, моложе. — Ночь — наше время. Пусть днём играются в свои пожары, но ночью всё принадлежит нам.

— Нужно найти их норы, — тихо добавил третий. — Добить остатки этих психов, пока рассвет не вернулся.

— Меньше болтайте, — оборвал первый. — Огневики где-то рядом.

Я закатил глаза.

Огневики, психи, норы. Приятно, когда тебя уже включают в местный фольклор.

Снизу мелькали силуэты — человек двадцать, не меньше. Они двигались быстро, уверенно. Двое шли впереди, вели поиск, трое — прикрытие. Остальные шли полукругом, формируя растянутый клин. Каждый знал, что делает. Это не бродяги — это бойцы.

Я прислушался глубже, к магии.

Сначала думал — мастера. Потом понял, что ошибся.

Нет, эти пахли совсем иначе. Их ядра звучали громко, мощно, в унисон.

Магистры.

Почти все.

Я невольно присвистнул — мысленно, конечно.

— Недурно вас тут кормят, господа, — шепнул я себе. — И, видимо, не грифами. Ну что ж, значит, придётся подкачаться, чтобы не разочаровать их при встрече.

На всякий случай я замер и стал наблюдать.

Их мантии едва виднелись под звёздным светом. Тёмные, в плотных капюшонах, с серебристыми узорами, которые словно шевелились сами. В руках — копья и клинки, но не металлические: магия тьмы сгустилась до твёрдого состояния. На некоторых — кольца с рунами, что тускло пульсировали при каждом вдохе.