Страница 1817 из 2266
Я развернулся к выходу, поднимая руку — на ладони уже собирался огонь. Усиление разогревало мышцы, доспех ощутимо утяжелился, переходя в режим «боевой псих». На душе стало приятно.
Но вместо ожидаемого входа в мою пещерку раздался твёрдый голос того самого местного:
— Некогда отлавливать остальных! — крикнул он. — Скоро день. Все в крепость. Пленных вести с собой. Остальных доберём позже.
Шаги у скалы остановились. Потом развернулись и побежали прочь.
Я ещё пару вдохов постоял в полутени, прислушиваясь к удаляющемуся топоту.
Потом осторожно высунулся.
На плато быстро пустело. Строй бывших некромантов уходил в сторону чёрных стен, что виднелись вдалеке. Местные шли рядом, иногда толкая пленников. Пыль тянулась шлейфом. Голоса затихали.
— Эх вы, — сказал я, вылезая обратно из пещеры. — Даже не дали развлечься.
Толпа стремительно превращалась в далёкую цепочку фигур.
Я вздохнул и пожал плечами.
— Ладно, — сказал я себе. — Никуда вы от меня не денетесь. Крепость, говорите? Зайду в гости чуть позже. С подарками.
Повернулся к тёмному провалу в скале, откуда веяло чем-то нехорошим и манящим.
— А пока… — я усмехнулся. — Посмотрим, что за веселье приготовлено под землёй.
И шагнул вниз.
Я спускался всё ниже, и воздух вокруг становился гуще — как будто кто-то плавил камень где-то неподалёку и пар от расплавленного камня заполнял тоннель.
Стены сияли тусклым тёмным светом: минералы, прожилки, какие-то редкие металлические включения. Под ногами — гладкая, обкатанная порода, как будто сотни лет по ней ползали твари помельче и натирали её брюхами.
Чем глубже, тем громче становился звук:
шорох, скрежет, ритмичный глухой удар, словно огромную цепь волокли по камню.
Я остановился и тихо сказал:
— Так… кажется, кто-то уже приготовил для меня объятия. Очень широкие объятия.
Усиление дрогнуло внутри, поднимая меня на ступеньку осторожности. Доспех тоже ощутимо напряжён — будто ждёт удара.
Я сделал ещё три шага вперёд.
И в следующий миг мир рванулся на меня.
Я даже не успел удивиться: гигантская тень рванулась из-за поворота, разрывая коридор. В первый миг я решил, что это волна камня, но нет — это была морда, размером с огромную дверь. Чешуя толщиной с ладонь, глаза — тёмные, как деготь, и пасть, что сожрёт меня целиком даже без приправ.
Огромная змея.
Метров двадцать длиной, но с туловищем диаметром с два меня.
Она неслась так быстро, что камень под ней шипел.
Я только успел выставить вперед ладонь.
Огненный щит вспыхнул ровным полукругом — и сразу же рванулся назад от удара. Меня откинуло к стене, но доспех подхватил, смягчая удар, а усиление дернуло мышцы так, чтобы я не раздавил себе лёгкие.
— Приятная встреча, — выдохнул я, когда огненный купол погас.
Ответом стал новый удар.
Сражение в стеснённых пространствах — это всегда весело. Особенно когда против тебя не человек, а двадцатиметровый мясной поезд, у которого единственная цель — вписать тебя в камень.
Змея рванулась во второй раз, и теперь я видел её полностью:
корпус толщиной в два моих роста,
зубы — как черные серпы,
дыхание — горячее, будто она жила в лавовых озёрах.
Я успел только уйти перекатом. Змея врезалась в стену — и стена лопнула. Камень разлетелся во все стороны.
— Вот это я понимаю — демонтаж помещения, — прокомментировал я.
Она развернулась, ломая хвостом другой участок стены.
Пыль поднялась такой стеной, что казалось — здесь взорвали заряд.
Я отскочил за выступ, и змея ударила вслед — выбив кусок потолка, который рухнул на её собственную голову. Она взревела так, что потолок осыпался ещё больше.
Пещера расширялась с каждым её движением.
Чудовище само создавало себе простор для манёвров.
А я всего лишь аккуратно подставлял под удары подходящие стены.
Но долго такая игра продолжаться не могла.
Змеи — они умные, если достаточно большие.
Она отступила на долю секунды, выгнула шею серпом — и ударила снизу, резко, как молния. Движение было настолько быстрым, что я понял: уклониться не успеваю.
— Ну привет, — сказал я.
И выставил руку.
Огненный клинок вспыхнул так, как не вспыхивал ещё ни разу — пламя выбросило всю мощь, что была внутри, раскаляясь вплоть до белого свечения.
Больно даже смотреть.
Змея врезалась в клинок.
Разрез… прошёл как по мокрой ткани.
Тело разделилось надвое, чешуя плавилась по краям, прижигаясь мгновенно.
Две половины тела рухнули на камень, дёрнулись, и с характерным вжух огонь прожёг остатки, не дав им шанса на долгую агонию.
Пещера стихла.
Наконец-то.
Я подошёл к туше и пнул её носком сапога.
— Поделом тебе, длинная колбаса.
Чешуя обгоревшая, пар идёт из разреза… и среди всего этого — ядро.
Размером с два кулака. Черное, с золотыми прожилками, будто внутри него течёт расплавленное золото.
Я поднял его осторожно — и тут же почувствовал, как оно пульсирует в ладони.
— Красавец.
Я втянул энергию.
Ядро треснуло.
Золотые линии вспыхнули.
Пошёл густой, тягучий холодок по пальцам, поднимаясь к плечу.
На мгновение всё вокруг стало бесцветным.
А потом — вспышка.
Словно внутри меня что-то взорвалось — не боль, нет… как жёсткий толчок, будто кто-то ударил меня в грудь изнутри раскалённой ладонью.
Мир вокруг обострился.
Каждый звук стал отчётливым.
Каждый камень — ярким.
Каждый поток воздуха — ощутимым.
Огонь внутри перестал метаться.
Он стал… глубже. Понятнее.
Я застыл.
— Эй… — тихо сказал я самому себе. — Это что, прорыв?
Энергия развернулась внутри, как огромный пылающий цветок, и я почувствовал, что моё ядро… стало другим. Более объёмным. Более плотным.
Я слышал о таком.
Когда адепт переходит в следующий ранг.
Когда магия перестаёт быть инструментом — и становится частью тела.
— Так… — я поднял руку, на ладони вспыхнул крошечный огонёк, но он был плотным, как металл. — Я что, теперь… маг?
В ответ огонёк выгнулся, будто улыбнулся.
Я улыбнулся в ответ.
— Ну наконец-то.
Теперь повеселимся по-настоящему.