Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 1795 из 2266

Глава 21

Его пустые глаза на секунду стали глубже.

Как будто тьма внутри них ушла чуть дальше.

— Хорошо, — сказал он. — Ты хочешь знание — получи. Всё равно ты уже зашёл слишком далеко.

Он закрыл то, что у него было вместо глаз, и заговорил таким тоном, будто вещает с кафедры.

— Иные — существа из мира, где нет магии. Совсем. Ни огня, ни смерти, ни тьмы. Там, где они живут, сила идёт по другим путям. По линиям, по схемам. Они прячут её в металл и кристаллы, заставляя служить.

Я кивнул.

В целом совпадает с тем, что я уже успел увидеть на практике. Их «жезлы» и доспехи работали не как артефакты, к которым я привык. Там не было живого отклика стихии — только чётко выверенные реакции.

— Но им этого мало, — продолжал архимаг. — Собственной силы им не хватает. Они нашли способ тянуть магическую энергию из других миров. Наши ядра, наши ресурсы, наши стражи — всё для них сырьё.

— Ядра они точно используют, — согласился я. — Я видел, как их снаряды фонят. Это не чистая техника.

— Они подчиняют магию, — архимаг будто сплюнул это слово. — Заковывают её в свои схемы, заставляют работать по их законам. Им не нужны маги. Им нужны батареи.

Он повернул голову, посмотрел на одного из мёртвых иных, распластанного неподалёку.

— Не знаю, как они открыли первый портал сюда, — сказал он. — Но это не должно было случиться. Кольцо Испытаний — не место для их игр. Здесь три стихии. Здесь нет жизни, света, воды, воздуха. Здесь — огонь, смерть и тьма. И наши правила.

— И тем не менее, они пришли, — заметил я. — Значит, кто-то им помог.

Архимаг хмыкнул.

— Кто-то всегда помогает, — согласился он. — Жадность магов — не новость. Они любят обещания силы… даже если не понимают, чем платят.

Он сделал паузу, продолжая регенерировать. С каждой фразой его голос становился стабильнее. Не громче, но менее рваным.

— Изначально здесь было три стража, — заговорил он снова. — Три каменных гиганта, связанных с самим кругом. Их задача — не пускать сюда тех, кто не должен входить. Иные много лет пытались их уничтожить. Безуспешно.

— А потом появился огневик, — подсказал я. — Тот самый, о котором вы тут все шепчетесь.

Тень почти-улыбки скользнула по его ломаному лицу.

— Да, — сказал он. — Сначала один огневик. Потом неприятный универсал. Ты.

Он произнёс это без насмешки. Скорее с лёгким интересом, как будто проверял, как слово ляжет.

— Без магии стражей не уничтожить, — продолжал архимаг. — Их броня сдерживает их же силу. Стихии обычных магов — для них как дождь. Они шли через века попыток, не замечая ударов, пока не нашёлся… кто-то, кто сумел их достать.

В этот момент он смотрел прямо на меня.

Я пожал плечами.

— Случается, — сказал я. — Удобный рельеф, удачное настроение, немножко везения…

Он прервал:

— И большое количество чужих ядер, — сухо добавил он. — Кто-то снабдил иных огромным числом магических источников монстров. Ты был рядом, универсал. Ты видел, чем они стреляли.

Я вспомнил, как Янов рассказывал о их потребности в ядрах; как их техника нуждается в подпитке силой, как метеоритные заряды разносили панцирь стража. Как мы с иными торговались, будто речь идёт о зерне, а не о концентрированной мощи этого мира.

— Видел, — подтвердил я. — Снаряды у них впечатляющие.

— Эти существа всегда ищут, кто продаст им ещё, — архимаг словно не обращал внимания на мой тон. — Каждый маг, каждый мир, каждый дурак, согласный обменять сердце стража на безделушки — делает их сильнее.

Чернота у него на груди сгустилась, будто что-то внутри отозвалось неприятно.

— Сейчас третий страж на последнем издыхании, — добавил он. — Я чувствую трещины в его связи с кругом. И это не наши удары. Это их технология, питающаяся ядрами.

Я кивнул, мне нечего было опровергать: это я видел собственными глазами. Страж, в которого они только что влили невозможное количество силы, двигался, как раненый зверь, но всё ещё шёл. Просто теперь я знал, что до этого его били уже не первый раз.

— Ладно, — произнёс я, — допустим. Они опасны. Это я и без тебя понял. Но что будет, если они всё-таки добьют стража? Кроме того, что вам, местным владыкам смерти, станет грустнее жить.

Он снова посмотрел на меня.

На этот раз — внимательно, почти трезво.

— Если они уничтожат всех трёх стражей, — сказал архимаг тихо, — сюда можно будет открыть постоянный портал. Не на минуту, не на час. На годы. Они построят опорный узел. С его помощью начнут открывать проходы в другие миры. В твой. В мой. В те, где ты ещё не был.

Я коротко фыркнул.

— Радостная перспектива.

— Они снабжают своих союзников маяками, — не остановился архимаг. — Специальными метками. Они цепляют их на цель — и по ним открывают портал куда угодно.

Он качнул головой, насколько позволяла ещё недособранная шея.

— Такой маяк оказался у одного из наших магов смерти. Тот соблазнился «высокими технологиями»… — тут в голосе прозвучало откровенное презрение, — и прикрепил маяк к стражу. Так иные смогли открыть портал прямо к нему. Ты сам видел результат.

Я вспомнил момент, когда горизонт разрезало прямоугольной раной.

Как оттуда вывалились танки, броня, отряд с тяжёлым вооружением.

Как они радостно поливали стража всем, что у них было.

— Видел, — повторил я. — Зрелище запоминающееся.

Я помолчал, потом добавил:

— Всё это очень интересно. Но звучит всё равно как сказки. Злые, мрачные, но сказки. «Вот придут иные, всё захватят, всех магов порежут». В чём именно для вас проблема? Конкуренции боитесь?

Чернота вокруг архимага сжалась плотнее, словно он пытался удержать себя от вспышки гнева. Или от кашля.

— Ты не понимаешь, универсал, — тихо сказал он. — Им не нужны маги. Совсем. Они не делят силу. Они строят мир так, чтобы сила принадлежала только им. Любой, кто владеет стихиями, для них — угроза. Они либо сломают его, заставят служить… либо уничтожат.

Я задумчиво почесал подбородок.

Честно говоря, это не звучало невероятно.

Учитывая, как иные обращались со своими… даже не людьми, а железом — от них можно было ожидать много неприятного. Но доверять архимагу на слово — тоже такое себе развлечение.

Я стоял над полуразвалившимся архимагом и обдумывал его слова.

С одной стороны — классика: «страшный внешний враг, который убьёт всех нас, если не будем держаться вместе».