Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 1772 из 2266

Он кивнул — и впервые за всё время лицо у него стало каким-то… спокойным. Будто он принял, что я теперь его сопровождающий.

— Ты… хороший… — перевёл прибор.

Я фыркнул:

— Не льсти. Я просто прагматичный. А прагматичные живут дольше.

Он усмехнулся — уже искренне, но на секунду.

Когда песок сменился скальными плитками, он снова заговорил:

— Ты… не похож… на других… ты… сильный…

— Да, — просто ответил я. — Я сильный.

Он удивился честности.

Но я не собирался скрывать очевидное.

— Ты… маг… — перевёл прибор.

— Адепт-универсал, — сказал я. — Но это тебе ничего не скажет.

Пауза.

Он сказал что-то.

Перевод:

— Универсал… это… тот, кто владеет многими силами?

— Почти, — сказал я.

Я посмотрел на свои ладони — огонь в них уже не нужно было вызывать. Он был там почти постоянно, готовый разгореться в любой момент.

— Я использую несколько стихий. Но в этом круге мне доступны только три — огонь, смерть и тьма. Остальное заблокировано.

Он нахмурился.

— Кто… блокирует?..

— Сам мир, а может местные архимаги— сказал я. — Они тут любят порядок. И чтобы никто не гулял, где попало.

— Архимаги… — повторил он.

— Сильнее вас, — пояснил я. — Намного сильнее. Но слабее меня.

Переводчик странно пискнул, будто не знал, как перевести такую наглость.

Через пару минут он начал рассказывать что-то про свой мир. Не по просьбе — сам. Слова были сбивчивые, голос — слабый, но прибор переводил:

— У нас… большие города… люди… работают с машинами…

— Есть… император… армия… корпорации… много разных групп…

— Технологии заменили магию… мы создаём… всё из железа… и проводов…

Я слушал, не перебивая.

Мне уже было интересно.

— Ты сказал… машины, — произнёс я.

Он кивнул.

— Есть… устройства… которые ездят… сами… и стреляют… и двигают… большие вещи…

— Големы без рун, — заключил я.

Он попытался объяснить разницу — но прибор сдался, выдав просто:

— Нет… другое…

— Не важно, — сказал я. — Главное — вы пытаетесь использовать магические ядра, чтобы кормить свои железные штуки.

Он кивнул.

— Наш мир… требует энергии… много… очень много…

— И вы решили её украсть, — подвёл я итог.

Он не стал отрицать — просто опустил взгляд.

— Люди… хотят жить…

Я пожал плечами:

— Хорошо. Ты хочешь жить — тогда надо дойти до вашего портала.

Он кивнул медленно, как будто каждая мысль весила тонну.

Пока мы шли, Янов замолчал — видно было, что силы заканчиваются. Я поддерживал его всё больше, огонь под ладонью поддерживал тепло, чтобы кровь не сворачивалась слишком быстро.

В какой-то момент он сказал тихо:

— Ты… не обязан…

Переводчик:

— Ты не обязан помогать. Почему ты… делаешь это?

Я остановился.

Посмотрел на него.

— Потому что это интересно, — ответил я.

Он моргнул.

— Интересно?..

— Да. Миры взаимосвязаны. Люди… странные существа… маги тоже. Ты пришёл сюда за ядрами. Я — прохожу испытание. Наши задачи пересеклись. А теперь есть возможность получить доступ к вашему миру. Вот почему.

Он промолчал.

А я добавил:

— И ещё. Потому что ты живой. А я не люблю, когда живые умирают просто так — особенно если в этом нет смысла.

Янов отвернулся — будто ему было неловко.

Переводчик тихо выдавал его дыхание, словно пытаясь перевести даже это.

Мы вышли к небольшому подъёму, покрытому трещинами.

Я поднял голову — воздух впереди начал дрожать.

Совсем чуть-чуть, едва заметно, но уже знакомо.

Янов, увидев, замедлил шаг.

— Это… — начал он.

Переводчик:

— Там… начнёт открываться… портал…

Я кивнул.

И впервые за всё это время почувствовал, как во мне начинает собираться новый интерес — плотный, острый, как предвкушение боя со стражем, но глубже.

— Отлично, — сказал я. — Значит, мы успеваем.

Я посмотрел на Янова.

— А теперь — не умирай, пока идёшь. Мне ещё нужно, чтобы ты рассказал своему императору, что Кирилл Львов хочет вести переговоры.

Он попытался улыбнуться. На этот раз — чуть теплее.

Мы двинулись дальше.

И мир вокруг стал дрожать сильнее.

Дорога к точке эвакуации лежала по узкой полосе среди обвалов, будто сама пустошь не хотела отпускать никого, кто посмел по ней пройти. Склоны с обеих сторон напоминали застывшие волны — стекловидные гребни, обожжённые и острые. Мы шли меж ними, и звук каждого шага отдавался странным эхом, словно под землёй кто-то слушал, как мы идём.

Янов тяжело опирался на мою руку. Его броня была изранена, гель уже подсох на коже и местами потрескался. Но, как ни странно, он держался лучше, чем мог бы любой маг из этого мира после стольких ран. Удивительно живучие эти люди из мира технологий.

Воздух впереди дрожал, нитями расходился по сторонам, будто кто-то тянул его пальцами. И чем ближе мы подходили, тем сильнее становилась эта дрожь.

— Это… оно… — выдохнул Янов.

Переводчик, висевший у него на груди, подтвердил металлическим голосом:

— Активность… растёт… фаза… приближается…

Я слегка приподнял его, чтобы он не упал, и посмотрел вперёд.

Впервые за долгое время я видел, как пространство трескается не из-за магии стихий, не из-за давления тьмы, не из-за силы смерти — а из-за чего-то иного. Чужого. Не нашего.

Это было как смотреть на бумагу, которую сминают.

Мир сминался складками.

Прямые линии сбивались, а потом вновь выпрямлялись.

И именно в этой неправильности было что-то жутко интригующее.

Когда мы приблизились к гряде, дрожь стала плотнее. Я чувствовал её не кожей — костями. Будто что-то вибрировало внутри черепа.

Янов начал ускоряться, хоть и с трудом.

— Нам… туда… — пробормотал он.

Переводчик добавил:

— Пространственный… узел…

Я посмотрел вперёд.

На расстоянии примерно пятидесяти шагов воздух начал светиться. Не огнём — нет, это не был свет стихий. Он был белым, даже серебристым, и лился словно из разрыва, растущего в самой ткани мира.

Появились края — ровные, чёткие, прямые.

Я усмехнулся.

— И правда линейкой измеряют.