Страница 1757 из 2266
Камень ударил туда, где я был секунду назад. Взрывной волной меня всё равно подбросило, песком засыпало, но костей не сломало. Я прокатился по склону, вскочил, снова побежал.
Пламя внутри сжалось, конденсируя силы.
Я чувствовал, как резерв уходит, но это было пока далеко от критического уровня. Я мог позволить себе ещё один фокус.
Надо только вырваться из прямой линии.
Я влетел между скалами, оставив стража позади, и резко сместился в сторону, так, чтобы он потерял меня из виду на пару секунд.
Эти секунды мне и были нужны.
Я подпрыгнул на ближайший уступ, сел на корточки, упёрся спиной в камень и закрыл глаза ровно на один удар сердца.
Собрать силу.
Сжать огонь.
Успокоить дыхание.
Огонь легко поднялся, не споря. Сейчас он был не собеседником, а инструментом, частью меня. Я чувствовал, как магия собирается в районе груди, стягивается к плечам, к предплечьям. Смерть и тьма спокойно отступили чуть в сторону, уступая место — пока они были не нужны.
— Диск, — сказал я.
Я поднял руки, разводя их по дуге.
Пламя, сжатое внутри, послушно вытекло в ладони и начало расширяться. Не в длину, как копьё, а в ширину. Сначала это был круглый огненный след, как обод. Потом — плотный, плоский диск.
Я «раскрутил» его мысленно.
Огонь послушно начал вращаться сам по себе, увеличивая скорость. Края становились всё более чёткими. Тонкими. Режущими.
Диск вырос до метра в диаметре.
Цвет — не просто оранжевый. Бело-золотой, как раскалённый металл в горне. Внутри пробегали тёмные переливы — не потому что там была смерть или тьма, а потому что жар закручивал пространство.
Я чувствовал его как продолжение руки. Если хотеть — он отрежет всё, что пересечёт.
Гул шагов приближался.
Страж выходил к пролому между скалами.
— Сюда, — шепнул я, хотя он меня всё равно не слышал.
Он появился, как вываливающаяся на свет гора.
Первым показалось чудовищное колено, упакованное в костяные пластины.
Затем — голень, широкая, как башня.
Потом — часть корпуса.
Он шёл вперёд, не ожидая ловушек. Его, кажется, вообще никогда всерьёз не атаковали мелкие существа. Не так. Не с такой силой.
Хорошо.
Я вскочил на ноги, вышел из-за камня и бросил диск.
Он ушёл гораздо тише копья. Никакого рёва, никакого взрыва воздуха. Просто вспышка — и тонкая линия, режущая горизонт.
Я целился в сустав.
Огромная нога стража была не просто колонной — она сгибалась. Там, где кость встречается с костью, где массивные пластины вынуждены подстраиваться под движение, броня всегда тоньше. Логика тела — даже у таких монстров она никуда не девается.
Диск врезался точно в намеченную точку.
Я увидел, как огонь провёл идеальную горизонтальную линию по костяной броне. Вспышка. Треск.
Секунду ничего не происходило.
Потом страж попытался сделать следующий шаг.
Нога не нашла опоры.
Вся эта многотонная конструкция по инерции пошла вперёд. Сустав, лишённый удерживающей костной связки, подломился, как изъеденный червями столб. Верхняя часть туловища начала заваливаться.
Я на всякий случай активировал усиление и отскочил в сторону.
Страж падал долго.
Мир вокруг вдруг стал тише — или так показалось. Только низкий гул сопровождал то, как его тело разворачивалось в воздухе. Затем последовал удар — такой, что у меня в ушах зазвенело. Скалы задрожали, песок взлетел столбом. На какое-то время всё вокруг заполнилось только пылью.
Я стоял, отстранившись от камня, и ждал, пока всё это осядет.
— Получилось, — сказал я вслух, когда пыль начала проседать.
Передо мной на боку лежало тело стража.
Огромное, всё ещё пугающее, но уже лишённое той тяжёлой неизбежности, которая была, когда он стоял на ногах. Нога ниже колена была отделена почти полностью, держась на нескольких обугленных перегородках. Там, где прошёл диск, костяная броня расплавилась по краям.
Теперь главное — не дать ему подняться.
Я рванул вперёд, пока страж пытался собрать своё тело в адекватное положение.
Он уже шевелился. Пытался упереться руками, поднять корпус, ложиться на другую сторону. Рана в груди, которую я оставил копьём, дымиться перестала — но дырка всё ещё зияла. В зоне колена тлели огненные язвы.
Я подпрыгнул на ближайший выступ его тела. С расстояния это было похоже на взобраться на рухнувшую башню. Пластины под ногами были горячими, шершавыми.
— Лежать, — сказал я и направил клинок огня в стык бронеплит на уровне «шейных позвонков».
Удар.
Второй.
Третий.
Каждый — с усилением. Огонь резал кость, мясо, магию. Страж пытался ударить меня рукой, но промахивался — не хватало подвижности. Ему явно не понравилось, что маленький огонёк скачет по его телу, как раздражающий паразит.
Я спрыгнул ниже, ударил по суставам другой руки. Затем — по зоне, где как раз проходили магические «жилы», соединяющие верх и низ тела. Там энергия была особенно плотной.
Пламя работало безотказно.
Тело стража дёргалось всё реже. Его движения становились всё более некоординированными. В какой-то момент он попытался издать звук — рёв или что-то вроде. Получился только хрип, отдающийся в камне.
— Ничего личного, — сказал я. — Ты просто слишком большой.
Я сделал последний рывок к его груди.
Там, чуть выше центра, под толстыми пластинами, пульсировало ядро. Я ощущал его через броню — тяжёлый, глубокий магический шар. Разрушать его огнём в упор не хотелось. Но без этого страж мог продолжать существовать на каких-то своих полумеханических остатках жизни.
Я сделал глубокий вдох, поднял руку и сформировал короткий, но максимально уплотнённый клинок. Белый. Тонкий. Заточенный под один удар.
— Спокойной ночи, — произнёс я и вогнал клинок в корпус стража, точно в точку максимальной концентрации силы.
Мир снова содрогнулся — но не так, как от его падения.
На мгновение всё вокруг ослепительно вспыхнуло. Белый свет прорвал броню изнутри, трещины побежали по пластинам, как сети молний. Затем свет схлопнулся, словно его втянули обратно, и тело стража начало… рассыпаться.
Не взрываясь, как я боялся, а именно рассыпаясь — в пыль, куски камня, фрагменты кости. Вся та структура, которая так грозно шла по миру, теперь превращалась в груду грубого материала.