Страница 1724 из 2266
Я вышел на середину коридора, отметив взглядом несколько потенциальных точек, откуда будет удобно атаковать или отступать. Уступ слева — метр высотой, можно использовать как трамплин. Справа — размазанный по стене след чего-то крупного, но давно сгоревшего. Запах тут ещё держался — горелая хитиновая шелуха, смерть и старая, въевшаяся магия.
Бум. Ближе.
Камень под подошвами лёгкой дрожью отозвался на очередной удар. Сразу за ним — второй, третий. Теперь ритм стал узнаваемым, почти родным. Я уже слышал похожее, когда через пустыню шёл страж. Только там каждый шаг был как отдельное событие, а здесь — как набирающий скорость барабанный бой. Гончие не шли — они бежали.
— Отлично, — тихо сказал я. — Им тоже не терпится.
«Отдай», — прошептал огонь. Не голосом — ощущением. Жажда битвы, выпуклая, честная. Никаких сложных идей, только простое: «они — враги, мы — пламя».
— Не торопись, — я усмехнулся. — Они тебя и без меня найдут.
Я свернул в сторону, проверил одну из ниш — неглубокая, максимум укрыться от прямого удара, не больше. Другая — тоже. Здесь всё было устроено для движения, а не для пряток. Тоннель не давал иллюзий: либо бежишь навстречу, либо тебя догоняют.
Бум-бум.
Шаги теперь различались по отдельности. Пятерной узор, чуть сбивающийся, но в целом удивительно слаженный. Одна гончая чуть опережала остальных, две держались бок о бок, одна — сзади, одна — с краю, скорее всего, прикрывая фланг. Я, конечно, не видел, но рисовал картинку в голове сам. Помогало не думать о том, что где-то там, над моим уровнем, бегут пятеро убийц, умеющих чуйкой искать чужую магию.
— Пятеро, — повторил я вслух их количество. — Не мало, однако.
Собственно, это и было лучшим комплиментом, который я когда-либо получал от этого круга. Не дешевый, не ленивый. Если бы я был для архимагов пустым местом, они бы послали одну-две гончие. Или вообще проигнорировали, пусть другие обороняют свои крепости. Но нет. Пятёрка. Значит, сердцем стража я их всё-таки задел.
«Гордиться будешь потом», — напомнил огонь. — «Сейчас — думать».
— Мы уже думаем, — сказал я и сам себе, и ему. — Мы уже молодцы.
Я шагнул вперёд, проверяя, не начинается ли за этим расширением очередное сужение. Нет. Коридор продолжал тянуться широким, уверенным ходом. Пол местами уходил вниз волнами, словно когда-то тут пыталась течь река, но воды тут нет и не будет. Только камень, тьма и всё, что по ним бегает.
Еще один удар. И ещё.
Я поймал себя на том, что считаю расстояние автоматически. Шаг гончей — условно пятнадцать-двадцать метров, интервалы между ударами — секунды полторы-две. С учётом того, что звук по камню доходит не мгновенно, у меня было… минут пять-семь, максимум десять, прежде чем они выйдут на нужный уровень глубины.
— Могло быть хуже, — проговорил я. — Могли вообще сразу сверху упасть.
Огонь явно не считал «хуже» проблемой. Он вёл себя, как ребёнок в преддверии салюта: перенапряжённый, довольный, чуть дрожащий. Каждое моё движение он подхватывал с готовностью, разгоняясь по нервам.
Я сел на корточки прямо посреди коридора, положил ладони на камень и на секунду прикрыл глаза. Не для медитации, а чтобы собрать остатки здравого смысла в одну кучку.
Прятаться дальше вглубь? Логично. Там, где коридор, может быть, снова сузится, у меня будет преимущество, как в расщелине. Но там, в глубине, могут ждать свои сюрпризы. В этом круге любая попытка сделать выбор «менее опасный» обычно заканчивалась только одним: «о, смотри, ты нашёл ещё одну смерть, обрадовался, молодец».
Встречать их здесь? Пространства много, развернуться могу и я, и они. Я — быстрее, гибче, с огнём и усилением. Они — тяжелее, вероятно, прочнее, и точно лучше приспособлены к местной тьме и смерти.
— Весёлая задачка, — подытожил я и поднялся.