Страница 31 из 160
Слово «Тачдаун» было нашим кодовым словом на корабле, означавшим «задача выполнена». Если бы что-то пошло не так, мы бы сказали «потеря мяча».
— Это Бледный всадник, тачдаун подтверждаю. Имейте в виду, нас здесь сильно швыряет. Возможно, мы не сможем поднять вас на борт. У вас есть топливо для запасного маршрута?
За ночь волны выросли, и команда корабля сомневалась, что сможет забрать нас в целости и сохранности. Запасной маршрут означал долгий, холодный, мучительный переход вдоль побережья до лодочной станции Дель-Мар в Кэмп-Пендлтон. Моя шерстяная вахтенная шапочка, пропитанная соленой водой, все время сползала на глаза. Я отодвинул ее, чтобы посмотреть на капитана Уитмера.
Он щурился от брызг. Я представил себе, как он слушает песнь сирен о тепле и отдыхе для своих солдат на корабле и удовлетворение от выполнения задания в соответствии с инструкциями. Но это была тренировка, и капитан Уитмер делал все, чтобы бросить роте самый сложный вызов, заставляя ее импровизировать, приспосабливаться и преодолевать трудности.
— Идем по запасному маршруту, — приказал он.
Переход занял два часа. Ледяные брызги жалили мою кожу, словно иголки, пока мы неслись вниз по волнам. В каждой впадине мне казалось, что нас вот-вот захлестнет следующий вал. Слева от нас по шоссе I-5 ползли фары. Я представлял себе водителей, которые едут на работу рано утром, греются, слушают радио, потягивают кофе. В носовой части лодки один из морпехов погрузился в гипотермию. Он перестал дрожать, а его губы стали бледными с синеватыми краями. Мы обхватили его, чтобы поделиться теплом и укрыть от ледяных брызг. Капитан Уитмер все это время сидел на планшире, его поза не выдавала ни дискомфорта, ни беспокойства, ни спешки, возвращаясь назад.
Когда вскоре после восхода Солнца мы причалили в Дель-Маре, я встретился с Уитмером; его рассуждения для меня были все еще непонятны.
— Сэр, почему вы хотя бы не попытались подняться на борт корабля? Зачем заставлять морпехов страдать? Мы все равно никогда не используем эти лодки.
Капитан Уитмер долго смотрел на меня, словно удивляясь, что я не понимаю.
— Нейт, дело не в снаряжении. И даже не в боевой задаче. Дело в людях. — Он оглядел морских пехотинцев, которые теперь смеялись и чистили лодки в лучах утреннего Солнца. — Когда страдает вся рота, мы не теряем зря времени и ни с кем не обращаемся жестоко. Морпехи учатся держаться вместе, когда дела идут плохо, и это вернется к нам сполна сторицей. Если когда-нибудь перед батальоном встанет настоящая задача, призовут роту «Браво», и мы будем готовы.
Незадолго до нашего развертывания на боевую службу я пришел в кабинет и обнаружил, что за моим столом сидит Джим Бил, мой друг из Куантико. Мы не виделись с момента окончания ШОСП. Я бросил свой вещевой мешок и схватил его за руку. Джим объяснил, что его направили в 1/1-й батальон в качестве передового артиллерийского наблюдателя. Этот человек в ЭБМП работает рука об руку с командиром взвода оружия, чтобы управлять огневой поддержкой роты. Я не мог поверить в свою удачу и спросил Джима, как он оказался в роте «Браво».
— Я спросил, кто из командиров взводов оружия самый отмороженный, и они отправили меня к тебе.
— А, неважно. Они, наверное, подбирают говняного артиллерийского корректировщика к говняному взводному.
Но мое счастье было недолгим. В служебной записке на моем столе сообщалось, что в конце недели во взвод прибудет новый комендор-сержант[33]. Я знал, что это означает. Мне придется перевести штаб-сержанта Марина с должности взводного сержанта на командира минометного отделения. Я ворвался в кабинет капитана Уитмера, но он только покачал головой — это было вне его компетенции. Я попробовал обратиться к первому сержанту, отвечающему за кадровые перестановки в роте, но натолкнулся на ту же реакцию. Бюрократия посчитала, что в роте «Браво» не хватает одного ганни, и на этом все закончилось. Эти более опытные морпехи знали, что не стоит тратить много времени и эмоций на борьбу с машиной.
Это было больно. Зачем было портить жизнь хорошему взводу перед самой отправкой? Почему командир взвода и даже командир роты не имеют права голоса? Мы с Марином сблизились, и хорошо сработались. Когда я вызвал его в кабинет, чтобы сообщить новость, я был готов к бою.
Но мне стóило бы знать его лучше. Штаб-сержант Марин в конце концов утешил меня, сказав, что новый ганни — хороший морской пехотинец, а ему самому понравится работать с минометами, даже если у них низкий показатель ТЭН.
Я заглотил наживку.
— Что такое ТЭН?
— Это значит «тёлкам это нравится», сэр. Футбольная команда: высокий показатель ТЭН. Шахматный клуб: низкий показатель ТЭН. Взводный сержант: высокий показатель ТЭН. Минометное отделение: низкий показатель ТЭН. И неважно, что у минометчиков вся огневая мощь. Жизнь несправедлива. Разве вас не учили этому в колледже?