Страница 25 из 160
Человек на носилках выглядел так, словно был сделан из воска. Входное отверстие окружали пороховые ожоги — выстрел в упор. Пуля была небольшого калибра, возможно, 22-го, и выходного отверстия не было. Пуля просто проскочила внутрь черепа, превратив мозг в кашицу. Это был первый мертвец, которого я видел, и, как и обещал доктор Смерть, это был шок.
В следующий понедельник мы отправились на крупные полевые учения. Я сидел на своем рюкзаке на краю посадочной площадкив ожидании вертолета, когда появился капитан Новак, отозвав меня и еще троих. Мы бросились к нему, и он повел нас за деревья, за пределы видимости и слышимости остального класса.
— Джентльмены, когда вернетесь, скажите классу, что я был вынужден проконсультировать вас за провал последнего письменного теста.
Должно быть, я выглядел удивленным.
— Но на самом деле нет. У меня есть для каждого из вас секретное задание. На этой неделе ваши отделения будут действовать независимо друг от друга. Начиная с завтрашнего дня, каждый из вас будет постепенно становиться все более замкнутым. Вы будете постоянно проявлять отсутствие вовлеченности, становиться незаинтересованными и, в конце концов, откажетесь от сотрудничества. Полевой выход завершается в четверг ночной атакой, чертовски сложной. К этому времени вы должны полностью навлечь на себя возмущение своих товарищей.
Один из лейтенантов спросил Новака, зачем нам это нужно.
— Чтобы симулировать психологические травмы. Дать своим товарищам почувствовать, что такое хаос, возникающий, когда одному из своих нельзя доверять. Они решат, что вы придурок, но мы обсудим это в пятницу днем с доктором Смертью, и они поймут, что вы просто играли свою роль. — Он посмотрел на приближающиеся вертолеты. — А вот и «птички»!
*****
Я сидел возле двери, наслаждаясь прохладным потоком и с ужасом думая о том, что мы снова погрузимся в душный лес. Наш исполняющий обязанности командира отделения, Ви-Джей Джордж, дал двухминутное предупреждение, и я вставил магазин в свою М-16.
Впервые я встретил Ви-Джея на турнике у Грейвс-Холла во время ШОСП. Он был без рубашки и крутил руками, словно гидравлическими поршнями. Лейтенант, стоявший рядом со мной, повернулся и прошептал:
— Этот парень — лучший спортсмен в роте «Альфа».
Большая похвала в Корпусе. Ви-Джей был маловероятным морским пехотинцем. Его родители, индийские иммигранты, хотели, чтобы он поступил в медицинский институт, а его брат работал программистом в Кремниевой долине. Его главными интересами были классическая музыка и либертарианская экономика. Ви-Джей учился в Военно-морской академии, где выступал в соревнованиях по пауэрлифтингу и проникся отвращением к армейским порядкам, таким как короткие волосы и обращение к людям по званию. После КПО мы собирались служить в одном пехотном батальоне в Калифорнии и планировали стать соседями по комнате.
Ви-Джей вывел нас с посадочной площадки и провел через первые два дня в патрулировании. Я старался потихоньку отстраняться от работы в отделении: меньше таскал на себе наш общий груз — батареи для радиостанций, боеприпасы и воду; лишь наполовину участвовал в рытье оборонительных позиций, когда мы останавливались; стал воздерживаться от разговоров и принятия решений. В среду, перед самым закатом, мы остановились на склоне холма над гравийной дорогой. Это была плохая позиция, заметная с дороги и находящаяся во власти возвышающегося над ней хребта. Голос внутри меня кричал, что нужно переместиться выше по склону, и занять оборонительную позицию, где мы будем менее заметны и сможем контролировать окружающую нас местность.
— Итак, Нейт, я планирую остановиться здесь на несколько часов. Что скажешь? — Ви-Джей присел рядом со мной, его глаза скрывались под тропической панамой.
Я пожал плечами.
— Парень, я спрашиваю твое мнение.
Он проверял меня. Позиция была отстойной. Он знал это. Я знал это. Он знал, что я это знаю.
— Неважно. Тебе решать.
Ви-Джей выругался под нос и отошел к остальным военнослужащим отделения, оставив меня сидеть в одиночестве возле поваленного дерева. Я слышал, как они негромко переговаривались между собой — обо мне; о том, каким я стал ненадежным и эгоцентричным засранцем. Мертвый груз… Ви-Джей перевел отделение на лучшую позицию, и я молча последовал за ним.
К рассвету, в день финальной атаки, дистанция между мной и остальными военнослужащими отделения стало личной. Я мог сказать, что они задаются вопросом, как они могли ошибиться во мне, обеспокоенные тем, что у нас был общий приказ, распределявший нас в один и тот же батальон флота. Отделение остановилось на привал, тихо опустившись на землю на пятнадцать минут, чтобы убедиться, что за нами не следят, и я отказался идти дальше. Другие морпехи встали, чтобы продолжить движение, но я остался лежать на животе.
— Эй, Нейт. — Потертый ботинок легонько пнул меня в бедро.
Я поднял глаза, но ничего не ответил.
— Давай, парень. Мы двигаемся.
Я молчал. Ви-Джей вернулся ко мне, полусогнувшись под тяжелым рюкзаком.
— Какого черта, Нейт? Ты заболел? — Я покачал головой. — Тогда почему ты ведешь себя как последняя сука? Я думал, что ты гребаный морпех, гребаный пехотный офицер!
Меня больше не волновали ни капитан Новак, ни тренировки. Ви-Джей затронул струны моей души, взывая к моему долгу и моей гордости. Я не мог подвести своих друзей, не мог показаться слабым звеном, даже зная, что все выяснится в пятницу днем. Моя воля рухнула.
— Это уловка. Притворство. Доктор Смерть подстроил так, чтобы я стал психологической жертвой. Я должен был замкнуться в себе, дать вам, ребята, шанс справиться с тем, кто потерял голову. Но я больше не могу этого выносить.
Они выглядели так, словно не верили мне.
— Черт побери, я говорю правду! Дай мне запасные батареи и воду! Нам предстоит еще долгий путь. — Я открыл свой рюкзак, чтобы наполнить его снаряжением. — И, Ви-Джей, вчерашняя позиция была просто отстойной.
На грязном, выкрашенном в черный цвет лице Ви-Джея засияла улыбка.
— Рад, что ты вернулся, парень!