Переселенки

Глава 9. «Магический» — просто другое слово для обозначения психического. Карл Густав Юнг. Соломою своею Я думать не умею. Хотел бы попросить я У Гудвина ума. Мультфильм «Волшебник Изумрудного города»

Есть такие особенные люди, не волшебники, нет, в разы хуже — экстрасенсы, причем с самого рождения: лишь только взглянут на человека и мгновенно всю правду узнают, даже ту, о которой несчастный никогда и не подозревал. Мне на моем жизненном пути такие зловещие персоны, слава всем богам, встретились только дважды, но эти встречи можно по праву считать роковыми, так как данные персоны были матерью и мужем. Как, по каким невероятно жутким признакам, каким необычайным образом и той, и другому каждый раз удавалось собирать нужную информацию, было для Моего Сиятельства тайной за семью печатями, но факт оставался фактом: буквально вывалившись в мою временную спальню, великий и ужасный черный маг одним взглядом, словно тот фантастический робокоп, просканировал комнату и практически мгновенно вынес обвинительный вердикт:

— Вы оба были в курсе.

Дворецкий резко побледнел, но слуге-то по должности положено, я же, давно привыкшая к таким разоблачениям и ничуть не впечатленная, вопросительно подняла брови; девчонки в руках герцога тем временем съежились, видимо, от холодного тона.

— Может, кто-нибудь объяснит МНЕ, что ЭТО делало в моей постели???

«Это», судя по всему, относилось к дурехам. Теперь понятно, куда они подевались: наняли карету и стремглав бросились в столицу, спеша покорить якобы «отсушенного» по всем правилам аристократа. Вот уж точно: ума нет — считай, калеки.

Рассказывал Мир. Я молча наблюдала за незваными гостями. Ненаглядный супруг с каждым произнесенным словом хмурился все больше, у «ворожей» постоянно менялся цвет лица, словно лампы у взбесившегося светофора.

Небрежный взмах руками, по очереди, сперва правой, затем и левой, следом — пара пассов, и вот обе «охотницы» истуканами сидят неподалеку от своей госпожи, на ее же кровати.

— Кто научил вас заговору?

— Ведунья, господин.

Голоса ровные, спокойные, безэмоциональные.

— Кто дал лягушачью лапку?

— Ведунья, господин.

— Кто подал вам эту идею?

— Ведунья, господин.

Роботы, как есть роботы.

— Где живет ведунья?

Я традиционно ожидала ответ: «В лесу, господин», но жертвы собственной тупости порадовали разнообразием:

— В деревне, господин.

Какая неправильная ведунья попалась..

— Как найти ее дом?

— Он самый высокий, господин. Возле дома старосты.

Оп-па.. Что-то я уже не удивлюсь, если та самая ведунья обязательно окажется дамой солидной, предприимчивой и состоятельной. Интересно, завещание несчастная женщина успела составить?

Узнав все, что было необходимо, супруг вернул служанок в прежнее состояние, отправил их порталом в императорскую тюрьму (что заставило меня насторожиться: обычно Варт с приговорами не задерживался), отпустил Мира и с недоброй улыбочкой повернулся ко мне:

— Не хочешь прогуляться?

Судя по прищуру глаз, отказа этот мучитель не примет.

Минут через пять я испытала стойкое дежавю, стоя в стороне и наблюдая, как тот же самый конюх повторно проворно взнуздывает Дирка. Великий и могучий черный маг уселся на буланого Рода, и мы отправились пообщаться с местной ведьмой.

Ехали молча, да и слава всем богам: поддерживать беседу я была совершенно не расположена. Вдоволь утром насладившись и ездой, и природой, больше всего Мое Сиятельство прямо сейчас мечтало о горячей ванне с травами и сытном обеде, с хорошо прожаренным мясом в качестве основного блюда и фруктовым пирогом на десерт. Но Варт, похоже, желал взять реванш. Понять бы еще, над кем..

Поля, поля, поля, небольшая речушка невдалеке, за речушкой — заливной луг, с другой стороны — густой лес с зайцами, волками и оленями. Красота. Дикая природа во всем ее величии. Ну ладно, пусть и не совсем дикая. Но все же..

— Почему ты не сообщила мне?

Вы ж посмотрите, кто проснулся!

— Во-первых, как? Во-вторых, смысл?

Густые черные брови взмыли вверх, выражая крайнюю степень изумления.

— Что значит «как»? Во всех имениях обязательно существуют переговорные кольца, настроенные лично на меня. Раз в год я заново напитываю их магией. Только не говори, что не знала! Ты живешь здесь уже девять лет!

Да без проблем, промолчу.

— Ира.. Как можно быть настолько безалаберной? Почему ты никак не поймешь, что жизнь здесь не сказка, что все, происходящее с тобой, может нанести вред..

Запнулся, замолчал, отвернулся. Что-то мне совершенно не нравится эта лекция, да еще и настолько бурно высказанная.. Последний раз нечто подобное было.. Варт, я тебя самолично придушу!

— Кому? Продолжай. Кому может нанести вред? Варт! Если это то, о чем я подумала..

— To что? Попытаешься избавиться от ребенка?

Сволочь! Я еще после Ивонны не отошла!

— Ира..

— Я тебя убью. Самолично. После родов.

Облегченно выдохнул. Дурак. Ребенок точно не виноват в отсутствии у его отца мозгов.

Остаток пути вновь молчали. Погода уже не радовала. Знать срок не хотелось: вряд ли больше месяца, иначе фигушки меня из дома выпустили бы.

Долгожданная деревня появились на горизонте минут через десять- пятнадцать. Еще через некоторое время мы доехали до высокого частокола, окружавшего поселения. Дома как дома. Практически все построены из дерева. Возможно, если бы один черномагичный гад не проговорился, я с огромным удовольствием крутила бы головой вправо-влево, с интересом рассматривая снаружи жилища крестьян. Но теперь.. Настроение стремительно скатилось до минусовой отметки, так что я просто следовала за мужем, с надменным видом неспешно проезжавшим по единственной мощеной улочке и не удостаивавшим перепуганных подданных даже косого взгляда. Герцог, чтоб его об колоду и через пень раз этак десять. Хозяин, блин. Аристократ фигов.

— Дырку в спине прожжешь, — негромко заметил скотинистый супружец.

— Я тебя всего поджарить готова, — угрюмо фыркнуло Мое Сиятельство, но голову отвернуло. Потом разберемся, когда людей вокруг не будет. Без лишних глаз.

Дом злосчастной ведуньи был заметен издалека, причем с любой точки деревни: двухэтажный, сложенный из камня, он возвышался и над деревянными избами остальных жителей, и над саманной хижиной старосты, находившейся неподалеку.

Не успели кони подойти к каменному же, относительно высокому забору, как ворота перед их мордами приветливо распахнулись (хорошо хоть внутрь, а то, каюсь, если бы Дирку заехали по носу, я сорвалась бы на всех прямо здесь), и гостям в пояс приветливо поклонилась женщина лет шестидесяти, невысокая и седая, не сказать, чтобы дородная, но уж с формами, так точно.