Две души

Сказать бы ему всё, что думаю, но я прекрасно понимаю, что он здесь в полном своем праве. Феодал, твою ж мать. Рабовладелец хренов. Ненавижу таких самовлюбленных умников.

— Виски дай. - Блин, что ж так голос хрипит-то? Каркаю, как больная ворона.

Варт как-то странно на меня покосился, но драгоценный напиток все же оказался на столе. Ну что ж, будем лечиться..

Ирма:

Рабов при мне никогда не убивали. В моей семье публичная казнь провинившейся челяди считалась дурным тоном, но об этой процедуре я слышала часто. Поэтому действия своего супруга понимала, хоть и не одобряла. А вот реакция Иры меня удивила. Подруга, похоже, была в полном шоке и уж точно не ожидала подобного исхода дела. И даже пара глотков виски из уже знакомого мне бокала делу не помогла. Наверное, она выпила бы и больше, не знаю. Меня от тяжелого похмелья спас, видимо, ее сработавший будильник.

Я чуть прикрыла глаза, стараясь справиться с сильным головокружением, накатившим сразу же после исчезновения моего альтер эго.

И тут же муж:

— Она ушла?

Как он это почувствовал?

— Да, Ваше Сиятельство..

Раздраженно:

— Вартариус. У меня есть не только титул, но и имя, Ирма. Почему ты, даже узнав его, все так же продолжаешь обращаться ко мне исключительно по титулу?

— Я не знаю.. Наверное, из-за привычки.. Простите..

Муж недовольно скрипнул зубами.

— Я сейчас перенесу тебя в твою спальню и пришлю горничных. Ложись спать.

Ира, нахмуренная, сидела у волшебного монитора, с помощью которого она связывалась со всем миром. 'Компьютер', вспомнила я мудреное слово.

— Ирина Николаевна, на второй линии Осип Федорович.

— Соедини.

Резкое и отрывистое. У нее с утра плохое настроение? Что-то случилось?

— Осип Федорович, доброе утро. Что у нас с финансами? Что? Нет, так точно не пойдет. Отчет должен быть у меня на столе сегодня, сразу после обеда. Возможно, Осип Федорович, более чем возможно. Вы уж постарайтесь. Жду.

'У тебя что-то случилось?'

Фыркает с досадой:

'Скажи, то, что он сделал, - это нормально?'

Кто? Что сделал?

'Ты о чем?'

И изумивший меня ответ:

'Об убийстве этих несчастных!'

Убийстве?..

'Ты об утилизации рабынь?'

Отборная громкая ругань.

'Ирма, дитя другой эпохи, они были людьми! Их нельзя просто так взять и утилизовать!'

Не понимаю..

'Ира, но они же рабы, это же как личные вещи. А с вещами можно делать все, что захочешь..'

Долгое молчание. Потом раздосадованное:

'А ты себя никогда на их место не пыталась поставить? Чем они хуже тебя или твоего ненаглядного супруга? Только тем, что родились не у тех людей?'

Я? На место рабов? Зачем? Абсурд какой-то.

'Ира, я тебе не пониманию и не хочу что-то выяснять и ругаться.. Знаешь, а мне вкус артана понравился..'

Ворчливое:

'Меняешь тему? Ладно, пусть будет по-твоему.. Артан - это вы виски называете так? Ты дожила до тридцати годов и ни разу не пила спиртное?'

'Нет. Не предлагали..'

Смешок:

'Вот даже и не сомневалась в подобном ответе'.

В коридоре внезапно послышался непонятный шум, кто-то разговаривал на повышенных тонах, потом входная дверь вдруг резко распахнулась, и на пороге появился Славик, угрюмый, раздраженный, чем-то недовольный. Из-за его спины выглядывала с виноватым видом секретарь Иры, полненькая Аннушка:

— Ирина Николаевна, простите, пожалуйста. Я правда пыталась его не пустить.

Подруга поморщилась, словно от сильной головной боли:

— Все нормально, Аннушка. Иди работай.

Дверь аккуратно закрылась. Мужчина решительно подошел к столу, выдвинул стул, сел напротив. Я почувствовала, что Ире такое поведение ее бывшего возлюбленного неприятно, и она может взорваться в любую минуту.

'Пусти меня. Ты сейчас не в том состоянии. Наговоришь гадостей, потом будешь жалеть'.

Секундное колебание, и вот я снова руковожу чужим, но уже знакомым мне телом.

На то, чтобы откинуться в кресле, чуть прикрыть глаза и вытянуть ноги, придав таким образом телу самое возможное расслабленное состояние, ушло еще некоторое время.

— Ты не слушаешь меня! - ворвался в сознание резкий обвинительный мужской голос.

Я неохотно открыла глаза и с любопытством взглянула на навязчивого собеседника:

— А должна? Простите, Вячеслав, но наша с вами непродолжительная физическая близость несколько лет назад еще не дает вам права сейчас сидеть здесь с подобным нахальным видом.

Внутри меня поперхнулась воздухом и закашлялась, стараясь скрыть рвущийся наружу смех, Ира, Славик же, впав в ступор, с нескрываемым изумлением разглядывал меня, словно редкое животное, непонятно как оказавшееся в этой комнате.

'Пять баллов. Оригинальный способ отшивания неугодных кавалеров. Возьму на заметку'.

Похвала подруги мне, сказать откровенно, очень польстила, хоть я и уловила лишь общую суть.

Между тем мой собеседник наконец-то вышел из ступора, покачал головой и заметил:

— Ты очень изменилась, Ира. Никогда не думал, что ты можешь быть такой жестокой.

Недосказанное 'по отношению ко мне' повисло в воздухе. Я плавно повела плечами, словно пытаясь сбросить с них груз былых лет:

— Все мы меняемся. Это неизбежно. Так что вы хотели?

— Поговорить.

— Вы уже разговариваете.

— Но ты меня не слушаешь!

— И не должна. Извините, но у меня сегодня мало времени и много работы.

Мужчина, начав ерзать на стуле, вдруг перехватил мой скучающий взгляд:

— У тебя изменился цвет глаз. С каких пор ты носишь линзы? Раньше у тебя от них болели глаза.

Внимательный какой..

— С каких пор вас это интересует?

С вызовом:

— Меня интересует все, что связано с тобой!

Как банально.

— Неужели? А где вы были все эти годы?

Теперь поперхнулся он. Ира же тихонько фыркнула.

Ирина: