Страница 72 из 129
Рустам не сразу понял, что за конверты ему вручил почтальон. На налоговые уведомления это не было похоже. Вскрыв их, он заметно побледнел. Осознав, что у него в руках, парень присел. В комнате никого не было. Ему нужно было время, чтобы перекрутить в голове и внимательно прочитать содержимое. Сначала он взял телефон в руки и захотел набрать Джаннет, потом передумал из-за стыда перед ней. Кто бы ни организовал проверку тестов на ДНК, он сделал то, что не смог сделать он сам. «Все просто взяли и смирились с тем, что произошло с ней, – подумал он. – Закидали ее унижениями и упреками, отвернулись и продолжили жить как ни в чем не бывало. А если бы Рахим тогда успел что-то с ней сделать, если бы убил ее или оставил инвалидом? Мы все оказались бы причастны к этому. Все были бы виноваты перед Джаннет, Анисой, а главное, перед Всевышним. О Аллах, прости нас, за несправедливость!» – думал он, перелистывая листы один за другим, пересматривая каждый внимательно по несколько раз, рассматривая источники по печатям. В конверте были бумаги с результатами анализов еще из двух клиник. Бадри хоть и с задержкой, но все сделал безупречно. Немного подождав, он позвал жену. Увидев бумаги, Амина не смогла сдержать слез.
– Я же ни на секундочку не усомнилась в ней. Джаннет же сама доброта и скромность. Сколько она пережила из-за этой клеветы. Потеряла ребенка, лишилась дома, семьи. Нужно срочно показать остальным, а в первую очередь Рахиму. Джаннет заслуживает того, чтобы все, кто виноват перед ней, хотя бы извинились.
Рустам сидел на кровати и долго думал, что делать. Он позвонил братьям и созвал их к ужину, не говоря больше ничего, но подчеркнул, что визит обязателен. Но Рустама больше тревожило не то, что скажут домашние, а откуда вообще появились эти тесты и почему именно в той клинике показали отрицательные результаты. Теперь ему предстояло это выяснить до мельчайших деталей. Кто и почему решил провести тесты без каких-либо оснований и предположений? В наших краях такое делают в единичных случаях, да он вообще никогда не слышал о подобном здесь. Теперь он думал, как лучше поступить: сначала предъявить Мурату бумаги и разобраться с ним или все же посоветоваться с отцом и остальными и показать результаты тестов им. «Нет, все же сначала поговорю с отцом», – подумал он.
– Сейчас пойду поговорю с отцом, посмотрю, что он скажет. Но маме пока ни слова. Боюсь, что она тяжело это перенесет.
– Да, я тоже за нее волнуюсь. Она и так с тех пор потеряла покой. Не дождется, когда Джаннет сможет вернуться.
– Я и сам этого хочу больше всего. Но нужно чуть-чуть подождать. Что бы отец ни сказал, с Муратом у меня однозначно будет отдельный разговор.
– Только без лишнего, Рустам, прошу тебя. Держи себя в руках. Нам и так проблем хватает, не добавляй еще больше. Старики сами разберутся в этом деле и все сделают, как правильно. Не волнуйся, с них мы спросим, а тебе ни к чему устраивать самосуд.
– Никто не может просто так опорочить имя моей сестры и семьи, а потом жить как ни в чем не бывало. Если он просто хотел жениться на той… да пожалуйста, никто бы ему не запретил, да и не смог бы. Ничего, и две, и три жены пусть имеет. Но не таким образом. Просто взять и избавиться от человека. Рахим ведь чуть не убил ее. Как бы мы ответили перед Аллахом, если бы с ней что-то случилось?
– Я не думаю, что Мурат это сделал с какими-либо целями. Только подумай. Если бы он просто хотел избавиться от Джаннет, он обвинил бы ее в чем-либо и выгнал, но не делал бы этого с собственным ребенком. Неужели ему собственное дитя – обуза? Неужели он мог назвать собственную дочь не своей ради своих каких-либо интересов? Не думаю. Если это кто-то и сделал преднамеренно, то это сделал тот, кто хотел избавиться и от Джаннет, и от Анисы.
Рустам посмотрел на Амину и согласился с ней взглядом.
– Да, ты права. Скорее всего, это так и было. Но это не снимает ответственности с него. Он должен был выяснить правду и защитить свою семью. А что он сделал? Он элементарно даже не поехал в ту лабораторию и не проверил лично достоверность этих тестов. Хотя что говорить о нем? Я поехал, посмотрел, но что я сделал, чтобы очистить свою сестру от подлой и грязной клеветы? Я сам смирился, основываясь на бумагах. А может, клиника недостаточно квалифицированная, может, спутали материал, неопытный лаборант, кто их знает. Судьба человека сломана, разрушена вдребезги. Очернили ее безупречную репутацию. А что мы сделали? Я лично что сделал? Мурата винить тоже не могу полностью. Мы все виноваты перед Джаннет. Все.
– Мы не можем изменить то, что было семь месяцев назад, но мы можем сейчас что-то сделать. Поэтому, чтобы не наломать дров, поговори с отцом, он скажет, что делать.
– Ладно, пойду поговорю с отцом. А там посмотрим.
Амина вызвала свекровь попить чай, чтобы оставить их наедине. Асият была женщина добросердечная и ранимая, поэтому ей нужно такое говорить осторожно.
Махмуд был подавлен, но он человек сдержанный и, взяв себя в руки, сказал Рустаму позвать остальных братьев.
Перед ужином все собрались в комнате отца. Больше всех возмущался Рахим. Он особо не придавал значения этим бумажкам, возможно, не хотел признавать, что был не прав.
– Мне нужно связаться с Халидом, – сказал Махмуд.
– Кто такой Халид? – нервно спросил Рахим.
– Ты не знаешь, кто такой Халид? Что ты вообще знаешь? – сорвался отец.
– Старейшина рода Мурата, – ответил тихо Хасан.
– Мы должны очистить свою честь и честь Джаннет. Я поговорю с Халидом и предъявлю им. Он самый справедливый и благоразумный среди их старейшин и разумно решит, что делать. Они все обсуждают нас за нашими спинами, я уже и в мечеть идти не решаюсь.
– Я начну с Мурата, – сказал Рустам.
– После драки кулаками не машут, – заявил Рахим. – Какой смысл сейчас поднимать этот вопрос? Уже и так все нас обсуждают. Лучше пусть пройдет время и все забудется.
– Ты вообще имеешь достоинство? Тебе все равно, что твою сестру, семью очернили, что о тебе люди говорят? – возмутился отец. – Я соберу всех старейшин со всех тейпов и очищу имя своей дочери. А тем предъявлю соответствующие требования.