Страница 59 из 129
Амир улыбнулся и вышел. Джаннет убралась после завтрака. Затем ей захотелось что-нибудь испечь. Она испекла пирог и подготовила продукты к приготовлению обеда, а после принялась прибираться в особняке. Аниса следовала за матерью и выполняла все, что ей поручала мама по ее возрасту. Девочки дружно прибрались, затем Джаннет принялась за приготовление обеда. К этому времени к дому подъехал Амир, вместе с ним и еще какая-то машина. Предположительно, это была машина мастера, про которого говорил парень. Он вошел в дом за Джаннет, чтобы сказать, что им придется войти внутрь домика, на что Джанет согласилась. Мастер провозился часа два, и котел заработал. Он запустил его и предупредил, что котел ненадежный и может в любое и скорее ближайшее время дать сбой. Также он сказал про то, что трубы и радиаторы очень ветхие и их нужно менять, могут не протянуть до конца зимы. Амир согласился, сказав, что займется этим позже, и мастер уехал.
Парень вошел в особняк и сообщил, что котел заработал. Джаннет поблагодарила его и предложила обед. Девушка накрыла ему стол и, ссылаясь на то, что пора молиться, вышла, чтобы не оставаться с ним наедине. Через минут пятнадцать Джаннет вернулась на кухню и застала Амира за распитием чая.
– Ам-м-м. Я пирог испекла. Хотите?
– Пирог? Хочу. Тем более домашний. – Амир призадумавшись задержал взгляд на Джаннет, с легкой улыбкой на лице. Джаннет поставила пирог на стол, нарезала на кусочки и снова хотела выйти, но Амир ее остановил вопросом:
– Можно спросить?
– Ам-м. Что? Спросить?
– Да. Вопрос задать можно? А то ты постоянно убегаешь, и у меня не получается задать наплывающие вопросы.
– Спрашивайте.
– Ну, во-первых, не спрашивайТЕ, а спрашивай. Мы с тобой на «ты». Договорились? – Джаннет пожала плечами, но потом кивнула головой, соглашаясь.
– И мне стало интересно знать: ты давно молишься? Я про твою пятикратную молитву, что совершаешь каждый день. С какого возраста ты начала молиться? Извини за любопытство, это просто интерес. Сам как-то в подростковом возрасте молился и даже Коран читал, меня дед учил, но потом учеба, работа, и я как-то оставил это. Не получается.
Джаннет улыбнулась и немного была удивлена то ли от вопроса, то ли от его аргументов о недостатке времени на такое важное дело.
– Я не помню, с какого возраста начала, но помню, что училась тогда еще в начальной школе и с тех пор не оставляла.
– Что – вообще?
– Вообще. Ни разу. Ни на один день.
– Мне кажется, это сложновато в повседневной рутине.
– Если сопоставлять нашу обязательную, предписанную нам Всевышним пятикратную молитву на одном уровне важности с повседневной рутиной, то, конечно, мы можем не найти времени на нее, все время находя себе оправдания. Но если все наши дела (работа, дом, учеба, люди и т. д.) подстраивать под наши обязательства перед Господом, то мы всегда найдем время на молитву и время для поклонения Всевышнему Аллаху.
Амир молча смотрел на девушку, не находя нужных слов. Еще никто так доходчиво и в то же время ненавязчиво не доводил до него понятие об этом важнейшем в жизни мусульманина вопросе. Он слушал как завороженный, словно боялся перебить девушку, желая продолжения. Но Джаннет, легко улыбнувшись, вышла из кухни.
– Если ничего не нужно, я пойду в домик.
Амир вышел следом за ней и спокойно сказал:
– Джаннет, ты не должна спрашивать разрешения, когда и где тебе быть. Если тебе хочется, ты можешь находиться здесь сколько тебе угодно. Если хочешь, иди в пристройку. Ты же гость в нашем доме, а не прислуга. – Джаннет кивнула и вышла.
Весь день девочки проводили вместе. Джаннет развлекала дочку как могла, и ничто не давало им скучать. Только Амир не чувствовал себя спокойно в этот вечер. Он стоял у окна своей комнаты, выходящей во двор, в сторону пристройки, и смотрел сквозь прозрачные занавески. Что-то тревожило его. Может, это была и вовсе не тревога, а что-то другое. В доме дни проходили без всяких особых отличий друг от друга. Амиру периодически удавалось завязать с Джаннет разговоры. И многое он уже узнал о ней и ее семье, кроме того, что она скрывала, не желая поднимать тему. Но однажды он заметил девушку сидящей в одиночестве в холле на диване. Она смотрела в одну точку с сильной грустью на лице. Слезы, текущие по ее щекам, говорили о том, как тяжко ей было на душе. Парень подошел достаточно шумно, но девушка этого не заметила.
– Джаннет, – тихо обратился он к ней. Джаннет резко вскочила и вытерла слезы со своего лица. – Я тебя напугал? – Девушка отрицательно покачала головой. – Могу я присесть? – спросил он, показывая на кресло, стоящее напротив дивана, где сидела Джаннет, на что она согласилась. – Ты тоже сядь. Ничего не хочешь мне рассказать? Может, уже настало время, открыть душу? Поверь, что бы я ни услышал, это все останется только между нами. Я обещаю. Откройся. Возможно, тебе полегчает.
Джаннет посмотрела на него, и в глазах снова появились слезы. Она покачала головой и, прикрыв лицо руками, сказала, что все уже не важно. Не важно, что у нее в душе и что она чувствует.
– Джаннет. Джаннет. Подожди. Эй. Не нужно. Не плачь. Что не важно? Все важно. Все, что касается тебя, – все важно. Джаннет, не стоит. Что случилось? Расскажи.
– Она… Она… – Джаннет разрыдалась. Амир молча смотрел, показывая, насколько он внимательно ее слушает. Немного подождав, Джаннет продолжила: – Та девушка, на которой женился Мурат, беременна. Как быстро может то, что принадлежит тебе, начать принадлежать другому. Это касается даже твоей судьбы. И в этом я убедилась на личном примере. – Амир молча слушал. – До этого случая моя жизнь шла своим чередом, как почти у каждой обычной девушки с наших краев. Я вышла замуж, занималась своим домом, слушалась своего мужа, делала все, что от меня требовалось. Потом родилась Аниса, в доме появился новый человечек, все полюбили ее, стало намного веселее, но все продолжалось, как прежде. Я занималась своими повседневными делами, смотрела за свекровью, воспитывала дочь. Мурат работал и обеспечивал нас, и мы ни в чем не нуждались. Все были всем довольны, и все шло гладко, пока… – Джаннет замолчала, словно ее язык онемел и не мог шевельнуться.
– Джаннет, все хорошо. Продолжай. Если хочешь, конечно. – Джаннет посмотрела на него каким-то изучающим взглядом, словно пыталась понять для себя, можно ли доверять этому человеку, не совершает ли она ошибку, раскрывая ему все свои душевные тайны, но потом продолжила: