Страница 31 из 129
Зайдя в кухню, Джаннет была восхищена такой светлой и уютной обстановкой комнаты. Белоснежная мебель была расположена по всей длине стены напротив входа в комнату, а слева стоял двухметровый овальный стол, вокруг него – белые, с некоторыми золотыми элементами на спинках и ножках стулья. На стене справа висели картина с пейзажем и белые часы. Нежно-голубые шторы свисали поверх белоснежного тюля. На стульях лежали нежно-голубые сидушки, которые очень гармонично сочетались с занавесками. Также на полочке, висящей на стене, стояла небольшая ваза с голубыми и белыми искусственными цветами. Интерьер комнаты был построен с хорошим вкусом. Только полностью невольно осмотрев комнату, Джаннет заметила детей, сидящих за столом, уплетающих разнообразные блюда, которые Манана сама поставила им на стол.
– У меня обычно работает домработница. Очень порядочная и чистоплотная женщина, но она сегодня попросила выходной, и поэтому сегодня на кухне командую я, – с улыбкой сказала г. Манана. – Присаживайся, – показав на стулья, сказала она. Джаннет смущенно посмотрела на Бадри, затем ответила:
– Я, наверное, потом. Пусть сначала господи… пусть сначала Бадри поест.
– Только не говори мне, деточка, что у вас и с мужчинами за стол садиться не положено. А ну-ка давай садись. Бадри же не может уйти из собственного дома. Поэтому ужинать, обедать будем вместе.
Джаннет очень смущала эта ситуация, ведь, по обычаям, в ее краях действительно не положено было садиться за один стол с мужчинами, а тем более – с посторонними мужчинами. И она не знала, как поступить в этой ситуации.
– Я как раз собирался отъехать ненадолго. Поэтому не буду смущать нашего нового гостя. По-видимому, Джаннет пока просто непривычно с нами. Но ничего, привыкнет. Кстати, мама, ты не забыла, что за Тимуром должен заехать его дедушка? – Затем он посмотрел на Джаннет и продолжил: – Его дед по матери хочет забрать его на пару недель, – сказал Бадри и вышел из кухни.
– Да, сынок, я помню и уже подготовила его вещи. Ты готов ехать, мой золотой внучек? – обратилась она к внуку. Мальчик кивнул. Женщина ласково поцеловала его в лоб и велела пойти в комнату и взять рюкзак с вещами.
– Это я, наверное, вынудила его уйти, – почувствовала себя неловко Джаннет.
– Кого? А-а. Нет, конечно. Он действительно должен был выехать по кое-каким делам. Не переживай. Лучше садись. Ешь. – Джаннет присела и принялась есть, так как была очень голодна.
Пока жизнь Джаннет налаживалась день за днем, незаметно прошло три недели и отпуск Мурата подошел к концу.
День на работе у Мурата прошел, как всегда, загруженным, но помимо операций в отделении хирургии его также иногда вызывали и в другие отделения на операции при экстренных случаях. Как и поступили сегодня. Сегодня его вызвали из-за внезапного открытого маточного кровотечения во время операции кесарева сечения в отделении гинекологии.
Мурат, послушав вкратце, что к чему, молча принялся за операцию и при большой вероятности удаления матки пациентке, удачно проведя операцию, сохранил молодой женщине репродуктивные органы. Чем не удивил персонал. Поэтому его и вызывали в особо сложных случаях, зная его опыт и ловкость рук.
– Поздравляю, сынок. Ты отлично справился, хотя я и не сомневалась в успешном завершении твоей операции. Вот что значит профессионал своего дела, – обратилась пожилая врач к парню. Та самая врач-гинеколог, что приняла преждевременные у Джаннет.
– Да что вы, Раиса Руслановна, я выполнял свое дело. Ничего сверхъестественного.
– Не-е-ет. Не скромничай, Мурат. Ты настоящий мастер своего дела и трудяга. Кстати, пусть Всевышний обрадует малыша раем. Очень жаль, что так вышло. Удивительно, я просмотрела историю беременности девушки, и все вроде протекало хорошо, но что могло пойти не так, что у бедной женщины так резко могло открыться кровотечение?.. Это либо резкое падение, удар, либо стресс. Хороший такой стресс, – глубоко уйдя в свою мысль, сказала женщина.
Поменяв лицо, поворачиваясь к женщине, одновременно вытирая руки полотенцем, Мурат вопросительно посмотрел на нее:
– Вы сейчас про пациентку?
– Не-е-ет. С пациенткой все понятно. Я про твою жену Джаннет. 14 недель или 16, точно уже не помню, абсолютно здоровой беременности. Мальчишка был, по моему докторскому опыту, здоров. Но пошла отслойка плаценты, да к тому же такое обильное кровотечение, что я даже опасалась за жизнь девушки. Бедняжка. Она не слышала вопросов, что я ей задавала. Слезы так и лились по ее лицу. Мы ее успокоить не могли. Когда ей показали малыша, она настояла показать, разрыдалась еще сильнее. Видно было, что очень хотела этого ребенка. Мальчик к тому же. У вас же девочка?
Мурат чувствовал, что недопонимает до конца, о чем вообще речь. Его мысли настолько помутнели, что он почувствовал то ощущение, что называется «земля уходит из-под ног». Да. Пол реально как будто куда-то плыл.
– Мурат, что с тобой? Ты как будто впервые слышишь. Или ты не знал?
– Я… я… я… Знал, конечно. Да как мне не знать. Все нормально, Раиса Руслановна. Переживем, – сказал он, выходя из операционной. Женщина пожала плечами.
Пробегая по коридору, Мурат скинул с себя халат и направился вниз по лестнице. Прямо из отделения гинекологии он вышел из здания и побежал к автомобилю. Сев в машину, он кинул халат и колпак на заднее сиденье. Теперь его руки были свободными, чтоб, сжав кулаки, можно было постучать по рулю изо всех сил, так, что непроизвольно зазвучал сигнал. Стиснув зубы, сжав кулаки и зажмурив глаза, Мурат задрожал. Причем эта дрожь продолжалась несколько минут, пока в окно машины не постучались. Повернув голову в направлении стука, он увидел улыбающуюся Самиру. Немного успокоив себя, чтобы не показать, насколько он не хотел бы ее сейчас видеть, он вышел из машины.
– Я увидела, как ты выбежал и быстро сел в машину, испугалась. Подумала, может, что-то случилось. Все в порядке у тебя?
– Все хорошо. Самира, я не хочу сейчас ни с кем разговаривать. Не обижайся, ладно?
– Разумеется, нет. Просто хотела удостовериться, что ничего страшного не произошло. Ладно, я пойду. – Мило улыбаясь, она ушла.