Страница 111 из 129
Джаннет осталась наедине с собой. Время и причины задуматься о жизни теперь у нее достаточно. Те вещи, что до сих пор она недооценивала и не воспринимала как подарок судьбы, теперь ей казались чем-то большим и ценным. Теперь она в целом понимала, что не просто так оказалась здесь, в совершенно чужом для нее месте, и не просто так на ее пути оказались все те люди, которые сегодня стали ее родней, семьей и друзьями. Теперь она хорошо понимала, что Амир неспроста появился в ее жизни. И если на тот момент ей казалась потеря той жизни чем-то невыносимым, с чем она не хотела мириться, то теперь она осознала и приняла, что все те испытания, что были наложены на ее хрупкие плечи, были посланы для лучшей жизни среди людей, которые любили ее и ценили так, как она этого заслуживала. Она оказалась там, где должна была быть. Это ее вторая судьба, судьба, которая станет теперь ее жизнью.
Амир получил разрешение от доктора на выписку с условием дальнейшего лечения в домашних условиях с обязательными процедурами, такими как: массаж, физические упражнения, физиотерапия и плавание; на что парень дал слово, что все будет соблюдать по его рекомендациям и через месяц привезет Джаннет на осмотр. На этих условиях ее отпустили, и чуть более чем через час они были дома.
– Как хорошо дома! – воскликнула она, появившись в прихожей их квартиры. – Хвала Аллаху!
Аниса, ликуя, побежала к своим игрушкам. Джаннет, подкатив коляску, захотела приготовить чай, но Амир аккуратно и легко перехватил у нее чайник, который она собиралась наполнить из кулера.
– Чай я буду готовить сам, Джаннет, и все остальное тоже буду делать сам, а твое задание – заниматься своим здоровьем и скорее выздороветь. Завтра с утра мы отправимся в клинику и запишемся на физиотерапию, массажиста я приглашу на дом, а на плавание буду отвозить тебя вечером. Договорились? Так что тебе предстоит выполнить много работы в ближайший месяц и времени явно не будет хватать на какой-то чай или домашние дела. А к тому же, кто бы тебе позволил это делать? – не жалея присущей ему улыбки, дополнил он. Девушка улыбнулась, ничего не говоря.
Месяц активных занятий и физиотерапии прошел незаметно. Джаннет уже вторую неделю обходилась даже без костылей. Коляску она давно отставила, которая ждала своего возвращения в больницу. Результаты лечения доктору очень понравились, и как он сказал, что ожидал гораздо меньшего прогресса, а состояние здоровья Джаннет его очень порадовало. В следующую пару недель ей было рекомендованы небольшие физические упражнения и регулярные прогулки на свежем воздухе.
– Почему ты смеешься? – спросила его Джаннет по дороге домой из больницы. Амир улыбался сам себе, смотря на дорогу сквозь лобовое стекло машины.
– Да так, ничего, – харизматично ответил он, продолжая улыбаться.
– Нет, скажи. В чем дело?
– Я не смеюсь, а радуюсь. Я вдруг понял одну вещь.
– Какую?
– Некоторые желаемые вещи случаются сами собой, нужно только немного подождать, и все само собой встанет на свои места.
– Например?
– Например, даже возьмем те же самые регулярные прогулки на свежем воздухе, которые в обязательном порядке тебе рекомендовал доктор. До сих пор ведь я не мог тебя уговорить погулять со мной, ты сторонилась меня, а сейчас не отвертишься. Не избавиться теперь от меня, одним словом.
– А кто сказал, что я этого хочу? Кто сказал, что я хочу избавиться от тебя, Амир? До сих пор было все по-другому, до сих пор я была другой, а сейчас все изменилось. Меня всегда что-то останавливало. Всегда казалось, что я этого не должна, того не должна, что мне многого не дозволено; всегда думала, что обо мне скажут или что-то подобное. Сейчас я смотрю по-другому на все. Теперь я смотрю на вещи, на людей, на отношения мои и отношения ко мне совершенно по-другому. Я смотрю на это как оно есть и принимаю это как оно есть, не позволяя каким-либо предрассудкам или чьим-то амбициям мешать поступать так, как мне хочется. И я еще кое-что скажу тебе, Амир. Сейчас я даже жалею о тех упущенных минутах, которые могла провести счастливо, не думая ни о чем. Поэтому сейчас будет все по-другому, – ее слова звучали искренне и убедительно, и ему нечего было добавить к ним, он просто положил свою руку на ее и молча продолжил путь.
– Что ж, предлагаю пойти что-нибудь перекусить на обед. А когда вечером заберем Анису, пойдем еще в какой-нибудь ресторанчик поужинать. Ты согласна?
– Согласна. Я очень голодна, – не возражала Джаннет.
Пока они ждали заказ, Амир преподнес ей небольшой подарок.
– Что это? – с удивлением спросила она.
– А ты открой сначала, – сказал он ей и протянул небольшую коробочку, по размерам похожую на коробку из-под телефона.
– Телефон? Ты же мне новый подарил пару недель назад, – продолжая распечатывать, комментировала она. – О, шоколадная коробочка. Спасибо. Такая миниатюрная. Красота. Дома попьем чаю с ними. Спасибо большое, Амир. Мне очень понравилось.
– Что тебе понравилось? Ты же еще ничего не видела. Понравилась картинка шоколадных конфет на коробке?
– Ну видно же, что конфеты и что очень красивые.
– Открой, – тихо повторил он. Девушка аккуратно сняла пленку и открыла коробочку. Ее удивленный взгляд говорил одновременно и об удивлении, и о восхищении увиденным. В коробочке лежали золотые кольцо и изящный тонкий браслет. Все они были усыпаны драгоценными камнями, и было видно по сверканию и бликам, что это бриллианты. По углам коробочки лежали несколько шоколадных конфет, обернутых в золотистую фольгу.
– Зачем, Амир? Зачем ты это делаешь? Снова скажешь, что потому, что так тебе хочется, что просто сам так этого захотел? Я ведь подумала, что это конфеты, и то была очень рада.
– Да, я просто захотел, захотел сделать подарок своей жене. И буду еще хотеть и делать подарки. У меня же есть на это право? – посмотрев на нее вопросительно, сказал он. Джаннет кивнула головой. – Во всяком случае, насчет конфет тебя не обманули. Они там есть. А-ха-ха, – рассмеялся он. – Надень. Я хочу посмотреть, как твои нежные руки украшают эти побрякушки. – Услышав это, девушка не сдержала смеха.
– Ты умеешь тонко делать комплименты. Посмотри, Амир, какая красота. Они же прекрасны, – восхищаясь, говорила она.
– Да, они неописуемо прекрасны, – согласился он.
– Правда ведь? Я ничего не видела более красивого.
– Я тоже. Хочется смотреть на них, не отрывая глаз, и, прислонив к губам, вечно целовать.