Страница 60 из 89
– Значит будем находиться вместе. Побуду с тобой, – сказал он и взяв пакеты с мусором, вышел.
– Оставь, я сама вынесу. Увидят, начнут смеяться над тобой, дразнить.
– Я не стану с тобой мыть посуду и пол, не поймут, но если меня и за вынос мусора осудят, то мне чихать.
За два часа Аниса закончила уборку и принялась мыть пол в кухне и прихожей. Стоять сил уже не оставалось, но начатое нужно было закончить. Утром, так или иначе, нужно встать рано и приняться за новые обязательства. В пять утра молодожены разошлись; Алихан ушел в комнату брата, а Аниса, в комнату, куда изначально завела ее золовка. Едва она успела положить голову на подушку и уснуть, как прозвенел будильник, и ей пришлось встать вопреки усталости. Переборов сон, девушка умылась и привела себя в порядок. На часах почти семь. Она вышла из своего домика, и направилась на кухню, к которой уже подходила свекровь с ведром молока. Аниса подбежала и выхватила у нее ведро.
– Доброе утро, мама.
– Живи долго. И тебе доброе.
– У вас… хм, у нас корова есть? – удивленно спросила девушка.
– Есть, и корова и теленок. Дважды в день доится. – Женщина принялась процеживать молоко, а Аниса встала рядом, чтоб придержать сито. – Корову доить умеешь? – внезапно спросила свекровь. Девушка отрицательно покачала головой. – Ничего, все когда-то бывает впервые. Я тебя научу, – настоятельно продолжала она. В кухню вошел Алихан. Увидев мужа, девушка принялась накрывать на стол.
– Батыр и Люда еще не встали? – спросила мать.
– Батыр спит, на счет Люды не знаю. Она у нас соня, будет спать до обеда, как обычно, – подначил Алихан.
– А ты что, сестру пытаешься кольнуть, да еще и в ее отсутствие?! Пусть спит, набегалась за неделю, пока готовилась к свадьбе брата.
– Да что ты мама, я же шучу?! Встала на оборону, как наседка, будто перед тобой ее злейший враг. Ничего, я расплачусь, – рассмеялся он, – на ее свадьбе тоже побегаю.
– Иди лучше, коровник убери, чем болтать здесь впустую. Женитьба тебя от обязанностей не освобождала.
– А я и не пытаюсь уклониться от своих обязанностей; как раз, собираюсь на работу, чтоб выполнять свою прямую обязанность, вас содержать. А коровник – дело младшего. На нем много не лежит.
– А ты не думай, что я вас, белоручек освобожу от дел сарайных. Все одинаково будут работать. Кто сарай чистить, кто огород сажать, а кто корову доить, – добавила женщина, мельком взглянув на невестку. Девушка продолжала молча наливать чай.
– Ладно, я пошел, – сказал он, и встал со стола.
– А доедать не будешь? – вдогонку спросила мать.
– Что-то не хочется, – он вышел во двор, Захрат последовала за ним. – Мама, ты быть хоть немного потерпела, выдавать себя.
– А ты, неужто в защитники выступить решил?! – возмутилась женщина.
– Да причем тут это? Ставишь меня в неловкое положение. Она девушка воспитанная, все, что на нее возложено будет выполнять добросовестно, но не нужно с первых дней ее пугать такими нападками.
– А что ты мне в дом белоручку привел? Что мне теперь, подыгрывать ее капризам? Пусть привыкает. Она замуж вышла, а не на прогулку.
– Она это знает, и будет все делать, только постепенно. Все мы сначала всему учимся, прежде чем стать мастерами своего дела.
– Боюсь, с этой стамбульской принцессы, мастер нескоро получится. Не в восторге я была от твоего выбора, и ты знаешь. Не подходит она нам, сынок, не подходит. Сельскую надо было брать! Отсюда. Нашу. Вот, с ней я бы легко договорилась.
– Ты еще ничего о ней не знаешь, вчера только свадьба была. Она не легла, пока не убрала все. Что ты на нее нападаешь в первый же день?
– А ты что защищаешь, бесстыжий? Как тебе не стыдно? Хоть бы денек воздержался. Подкаблучник.
– Аха-ха, мама! Пытаешься задеть мою гордость?
– Ты видел ее пальцы. Тонюсенькие! Что с ними сделаешь? Разве что, бисером вышивать? Чувствую я, чувствую! Снохи с нее не получится, – не уступала женщина.
– Ну так значит, жену с нее будем делать, мама. Для того, ведь и привели, – не растерявшись добавил он и сильно рассмеялся, за что услышал немало брани. Алихан уехал, оставив мать с кучей поводов для ревности. Оставшись со снохой наедине, свекровь начала с ней разговор. Она расспрашивала обо всем, чтобы узнать о жизни снохи в девичестве, всячески пытаясь дать понять, что здесь все будет по-иному. Анису это ничуть не смутило, она непоколебимо отвечала на все поступающие вопросы, показывая, что не боится сложностей. Возможно, свекровь таким образом, хотела проверить ее на стойкость характера, но девушка держалась уверенно.
День на новом месте для Анисы прошел, как для каждой невесты: возня на кухне, обслуживание гостей, которые неустанно чередуясь навещали их, уборка дома. У каждого было свое дело. Вечер настал незаметно, Алихан подъехал к девяти. Аниса обслуживала гостей; на кухне сидели несколько соседских женщин, и две девушки. Не терпелось скорей снова увидеть свою молодую жену, но он не стал заходить, решив переждать. Гости ушли, и Аниса принялась прибираться. Алихан вошел незаметно и тихо сел за стол. Обернувшись, она вздрогнула, увидев мужа, от чего вызвала у него смех.
– Ты что такая пугливая? Или я такой страшный?
– Ни то, ни другое. Просто, увлеклась делом и не услышала, как ты вошел.
– Как прошел день? Устала?
– Нормально. Были гости целый день, но я не устала.
– А я вот вижу, что устала. Где остальные?
– В комнатах своих, наверное. Мама только что вышла. Все поужинали.
– Вот и отлично. Значит вдвоем с тобой поедим. Ты ела?
– Нет, но я не хочу.
– Ты вообще сегодня не ела?
– Мне и вправду не хочется.
– Так. Давай быстренько накрой нам на стол, и мы с тобой поедим.
– Я накрою, но вот только не сяду.
– Почему? Я тебе мешаю?
– Нет.
– Тогда, почему?
– Не правильно это. А тем более, в самом начале.
– Откуда ты все это знаешь?! – удивленно спросил он. – У меня складывается впечатление, словно, это ты выросла в селе, а не я. Ты знаешь наши традиции даже лучше, чем я.
– Мы должны знать свои обычаи, где бы ни находились. Чему-то мама меня учила, а что-то брала сама из жизненных ситуаций, но многому еще предстоит научиться, – ответила она, наливая картофельный соус в пиалу. Алихан задумчиво посмотрел на нее, подперев рукой подбородок. – О чем ты думаешь? – улыбнувшись спросила она.