Раны на двоих

Глава 7

Флирт

— Я сейчас не поняла, что это было? — остановившись и грозно посмотрев на меня, спросила Джини, а я не мог ответить.

Сейчас во мне бурлила одна злость и ревность, и даже Джини не способна была потушить эти чувства. Я никогда такого не испытывал даже по отношению к ней. Это всегда был трепет и благодарность, что она спасла меня тогда, и ничего больше. Теперь я понимаю, что я не стал бы хорошей парой для нее, а Тру более, чем подходил на эту роль.

— А где Тру? Почему ты одна? — с легкостью перевел я тему, продолжая смотреть на дом, в котором осталась Ариана. Мы отошли не так далеко, поэтому я с легкостью видел его и непременно заметил бы если бы она вышла на улицу.

— Он вышел ненадолго и мне удалось ускользнуть — с улыбкой ответила Джини — Но не надо переводить тему. Вначале я хотела обсудить с тобой кое-что, но вижу, что сейчас ты не настроен говорить ни о ком, кроме своей Арианы.

— Она не моя! — тут же вырвалось у меня, и я встретился с недовольным взглядом Джини.

— Ты хочешь убедить в этом меня или себя? — покачала она головой — Я не знаю, что между вами произошло, но убегать это не выход. Поверь мне. Если бы мы с Тру не поговорили и не выяснили всё напрямую, то я бы сейчас не стояла здесь. Ты ведь знаешь Флирт.

— Знаю. Но с Арианой всё сложно. Я даже не знаю, что предпринять, чтобы она хотя бы стала рассматривать меня в качестве своей пары.

— Просто скажи ей, что чувствуешь.

— Вряд ли это сработает — покачал я головой и услышал вдалеке взволнованный голос Триши и напрягся.

— Что случилось? — заметив мою реакцию, спросила Джини.

— Кажется, это Триша… Она едет сюда… Что-то с Арианой! — последнее я выкрикнул уже мчась со всех ног в дом и буквально снес входную дверь.

Ариану я заметил не сразу. Она сидела в дальнем углу возле дивана на полу, обхватив себя руками, и что-то бормотала.

— Милая, что случилось? — подлетев к ней и присев на корточки, спросил я. Я было потянулся к ней, чтобы успокоить, но вовремя себя остановил. Нельзя прикасаться.

— Флирт, что с ней? — через минуту на пороге показалась запыхавшаяся Джини и подошла к нам, но Ариана никак не отреагировала на ее появление.

— Я не знаю.

— Кажется, это паническая атака. У иллюзионистов это не редкость. Просто говори с ней, успокой. Погладь.

— Погладить? — я вскинул голову, чтобы посмотреть на Джини, и та мне кивнула.

Но я боялся. В прошлый раз, да еще полчаса назад прикосновения вызывали у Арианы только боль. Но может быть хоть это смогло бы выдернуть ее из этого состояния.

— Милая, это я — Флирт. Тебе плохо? Скажи мне, что сделать? Ариана? Прости меня. Я больше не уйду и не буду злиться. Только приди в себя.

Я нёс еще какую-то чушь, но кажется мой голос помогал ей, и она подняла на меня взгляд и тихо прошептала: «Трудно дышать». Наверное, Джини была права, и я сделал то, что хотел с самого начала нашего с Арианой знакомства — прикоснулся к ней.

Я медленно и нежно провел кончиком пальца по ее руке, и она вздрогнула, но я не знал от боли или от неожиданности. Я тут же убрал руку, но через мгновение провел по другой руке, а после положил свои руки на ее колени, чтобы она сама смогла прикоснуться ко мне.

И когда приехала Триша, хотя я не знал каким образом она узнала о том, что Ариане плохо, то моя пара уже взяла меня за руку и так крепко держалась за нее, словно от этого зависела ее жизнь.

— Что с ней? — через час в медцентре я задал тот же вопрос Трише, что и несколько дней назад, когда принес Ариану сюда.

— Паническая атака, как и сказала Джини. Но удивляет меня не это, Флирт, а то, что она прикасалась к тебе. Сама!

— Я знаю, это странно, но Ариана говорит, что прикасаясь сама не чувствует боли. Она прикасалась ко мне и ранее.

— Интересно! — о чем-то задумалась Триша.

— Триша, о чем ты думаешь? Ты что-то еще выяснила из ее анализов?

— Нет Флирт. Прости меня, но я солгала вам тогда — призналась она — Ее анализы абсолютно чисты и я подозревала кое-что другое, поэтому и схитрила — я выгнул бровь в ожидании продолжения — Мне конечно сложно об этом говорить, я врач другого профиля, но, мне кажется, что Ариане лишь кажется, что она испытывает боль. Нет, я не хочу сказать, что это нереально для нее, наоборот, даже очень реально. Но это не последствия каких-то препаратов, это последствия того, что с ней делали на том складе.

— О чем ты? Я не понимаю.

— Дело в том, что боль от прикосновений у нее лишь в голове. Это психосоматика или защитный механизм, если хочешь. Это ее защита от того, чтобы не страдать. Возможно, это как-то связано с ее редкой способностью не чувствовать боль, я не берусь это утверждать, конечно. Но ей необходима консультация психолога.

— Мозгокопателя?! Ни за что! Они сделают лишь хуже!

— Флирт.

— Я сказал нет! Если ты говоришь, что ей это лишь кажется, то мы попробуем справиться сами, а уж если не выйдет, то…

— Хорошо. Только не торопи ее и дай мне сперва поговорить с ней самой.