Страница 50 из 105
Марианна стиснула зубы. Внезапно она бросила поднос, и сыр полетел на пол. Герда стояла, растерянно переводя взгляд с беспорядка на полу на Марианну. Затем, с трудом наклонившись, принялась собирать упаковки. Толстый живот мешал ей, и она тяжело и шумно отдувалась.
– Оставь себе, все равно его никто не купит, – бросила Марианна и направилась к выходу.
Дверь открылась и закрылась, два раза звякнули колокольчики. Герда пошла за ней. Наступила тишина.
Фредрик поднялся с кучи коробок в углу:
– Думаю, будет лучше, если мы пойдем домой. В таком настроении, как сейчас, они наверняка заставят нас работать.
– Не хочу. – Элин легла на коробки. Заложив руки за голову, наблюдала за крутящимися лопастями вентилятора на потолке и прислушивалась к монотонному гудению.
– Мы должны. – Фредрик ухватил ее за руку и потянул, принуждая встать.
– С какой стати? Мы всего лишь дети, и у нас сейчас летние каникулы. Что случится, если мы откажемся работать?
– Сама знаешь, зачем спрашиваешь?
Дверь снова открылась. Вернулись Марианна с Гердой. Судя по всему, Марианна плакала – на ее мокрых щеках виднелись следы от грязи. Герда обнимала ее за плечи. Фредрик выглянул было наружу, но тут же отпрянул. Уселся рядом с Элин и предостерегающе приложил палец к губам. Марианна с Гердой прошли мимо них и скрылись в кабинете, который отделяла от подсобки лишь тонкая стена.
– Посиди немного. Я сейчас приготовлю кофе, – услышали они слова Герды.
– Нам нужны деньги, – прозвучал голос Марианны и тут же сломался, словно у нее не хватило сил сказать то, что она хотела.
– Ну, если для тебя это действительно так важно, то тогда, конечно, я куплю у тебя сыр. Но как же наследство Айны? Ведь оно было немаленьким.
– Знала бы ты, как дорого содержать ферму.
– Ты что, отдала все свои деньги Мике?
– Мы вместе владеем фермой. Она наша, мы – одна семья.
– У тебя есть бумаги на собственность?
Марианна молчала. Было слышно, как она нервно крутит на пальце ключи от машины.
– Айна бы… – Герда заколебалась, и за стенкой снова стало тихо.
–
В гробу перевернулась,
– прошептал Фредрик Элин на ухо, и она одними губами ответила:
–
Призрак
.
Оба прыснули.
Послышался звук отодвигаемого стула. Видимо, Марианна встала.
– Что ты хочешь сказать? Что – Айна? В гробу бы пере вернулась? Знаешь что? У Айны даже нет никакого чертового гроба, чтобы в нем можно было переворачиваться. Она всего лишь горстка пепла в урне. И вообще, позволь мне, пожалуйста, самой устраивать свою жизнь. А ты устраивай свою. Договорились? Черт, как же мне надоело, что ты постоянно суешь нос в чужие дела. Во все вмешиваешься. До стало просто!
Марианна пулей вылетела из кабинета, но, заметив в подсобке детей, остановилась. Элин с Фредриком одновременно поднялись и встали перед ней, храбро глядя ей прямо в глаза. Она приблизилась к ним на шаг и остановилась, широко расставив ноги в рабочих брюках:
– Марш домой! Вы, оба! Сколько вам еще говорить, чтобы духу вашего здесь не было!
– Мы как раз туда и шли.
Герда попыталась защитить их:
– Не шуми на ребят. Они мне помогают. И я не имею ничего против их присутствия здесь.
Марианна грубо ухватила Элин за руку и потащила ее за собой:
– Дома полно дел, пусть там и помогает. – И, обернувшись к Герде, прошипела: – Как же меня бесит, что ты всегда во все вмешиваешься!