Резонанс

Хизер усмехается и вскакивает с дивана, направляясь к ним, уже засыпая Рэйфа вопросами, пока он разворачивает ноутбук, чтобы она могла видеть экран. Их возбуждённые голоса сливаются после этого, пока я остаюсь на месте, откидываясь на подушки. Камин под телевизором тихо потрескивает, пламя медленно колышется оранжевыми волнами за стеклом. Я смотрю на них некоторое время, позволяя теплу коснуться лица, пытаясь оставаться в моменте, в котором, кажется, живут все остальные.

Но мои мысли всё равно уносятся.

— Воспоминание ~

Мы с Джудом развалились на маленьком столике у окна в нашем отеле, деля последнее пиво из мини-бара, пока Лос-Анджелес сияет снаружи. По соседству я всё ещё слышу смех Финника сквозь стену, наверное, он всё ещё отходит после того, как вытащил Ками из бара, прежде чем она ударила вышибалу. Она была так пьяна, что попыталась наехать на парня, будто реально думала, что победит. Финник просто перекинул её через плечо и вышел, будто это был обычный вторник. Бедный ублюдок. Она такая заноза в заднице.

Я качаю головой, усмехаясь воспоминанию, затем смотрю на Джуда. — Так что там с той девушкой сегодня вечером? Брюнетка. Она буквально лезла на тебя, как на дерево.

Джуд фыркает, запрокидывая бутылку. — Не имело значения.

— По виду не скажешь.

Он тихо смеётся, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Даже если бы я хотел, не мог бы. Адриана владеет моей задницей. Писал ей половину ночи. Она с Ноланом на какой-то встрече завтра, и она уже в плохом настроении.

Я закатываю глаза. — Меня бы это не остановило. Адри — злобная сучка.

Он усмехается. — Ага. Правда.

Что-то мелькает на его лице сразу после этих слов, но исчезает, прежде чем я успеваю понять.

Я делаю ещё глоток, наблюдая за ним поверх горлышка бутылки. — Что?

Он сначала пожимает плечами, будто это ничего, откидываясь на стул, взгляд устремляется в потолок. — Просто… много думал об Эмме сегодня вечером, чувак.

Я слегка хмурюсь. Я знаю это имя. Знаю историю. Девушка, которую он оставил четыре года назад, потому что Нолан решил его шантажировать. Он ушёл, чтобы уберечь её от всего этого дерьма и опасности.

Джуд смотрит на бутылку в руках секунду, медленно перекатывая её между ладонями. — Не знаю, — тихо говорит он. — Ночью я думаю, что наконец пережил её, а затем что-то случайное ударяет, и она просто… снова здесь.

Он выдыхает, качая головой раз, почти смущаясь признания.

— Если у меня когда-нибудь будет шанс быть с ней снова, — бормочет он, больше себе, чем мне, — я никогда её не отпущу.

Я тихо фыркаю, касаясь его ноги своей.

Мы допиваем пиво, веки тяжелеют с каждой секундой. Когда мы наконец падаем, хотя в отеле дали две кровати, Джуд падает на ту, что ближе к стене, а я оказываюсь рядом с ним. Мы слишком уставшие, чтобы заботиться.

Какое-то время слышен только звук кондиционера и далёкий шум машин снаружи. Я переворачиваюсь на бок, уже наполовину спящий, когда замечаю слабое свечение экрана телефона Джуда в темноте. Он лежит на спине, бумажник открыт в одной руке, глядя на что-то внутри. Мне не нужно видеть, чтобы знать, что это.

Это её фото.

Через мгновение он тихо выдыхает, убирает фото обратно и закрывает бумажник. Свет исчезает. Он усаживается на матрас, глядя в потолок, будто всё ещё где-то в другом месте. Я закрываю глаза, притворяясь, что не заметил, но я всегда замечаю.

~*~

Тогда я не придал значения той ночи. Не осознавал, насколько тот момент был важен. Усталость внезапно накрывает меня, и я поднимаюсь с дивана.

— Эй, — шепчу я Хизер, касаясь пальцами её руки. — Я, наверное, пойду спать. Идёшь?

Она сразу кивает, уже скользя рукой в мою. — Ага. Я тоже устала.

Мы желаем всем спокойной ночи — Эмма едва отрывается от экранов ноутбуков, Адела лениво поднимает бокал с вином в салюте, а затем мы с Хизер поднимаемся в спальню. Как только мы входим, она снимает носки и сразу забирается в кровать, натягивая одеяло с мягким вздохом.

Она смотрит, как я выключаю свет, снимаю футболку и отбрасываю её в сторону. — Как ты себя чувствуешь? — мягко спрашивает она. — На субоксоне?

Я закатываю глаза, усмехаясь, заползая в кровать рядом с ней. — Ты имеешь в виду, как твой пациент, медсестра Хардин?

Она толкает меня коленом. — Я серьёзно, Мика.

Моё сердце теплеет от её дурацкого прозвища. — Я знаю. — Я устраиваюсь на подушке, поворачиваясь к ней. — Я чувствую себя хорошо. Правда хорошо. Лучше, чем за долгое время. — Я замолкаю, затем добавляю тише: — Это первое, что заставляет меня чувствовать, что у меня действительно есть шанс остаться чистым. Слезть с игл — это... редкость. Но это лекарство даёт мне надежду на себя. И на Джуда.

Её выражение смягчается, та красивая маленькая улыбка, которую я хочу обожать вечно. Она тянется, проводя пальцами по моей челюсти. — Я очень горжусь тобой.

— Спасибо.

Мы лежим так минуту, просто глядя друг на друга, дом тих вокруг.

Она колеблется, покусывая губу. — Я всё ещё нервничаю из-за плана Рэйфа. На балу.

— Ага, — признаюсь я. — Я тоже. — Я медленно выдыхаю. — Но, если кто-то знает, что делает, так это он.

Она кивает, хотя я вижу, что нервы всё ещё там. — Я очень благодарна, что встретила тебя.

Я проглатываю внезапный ком в горле, тепло разливается в груди. Такое, от которого все эмоции бегут внутри. — Я люблю тебя, Хизер. — Слова срываются с губ прежде, чем я успеваю их обдумать.

Она замирает. И сразу у меня падает желудок от осознания того, что я только что сказал. Впервые, без возможности отступить, без шутливого тона, чтобы смягчить. Я открываю рот, наполовину готовый пробормотать неловкое продолжение, но прежде чем я успеваю, она тянется и обхватывает моё лицо обеими руками.

— Я тоже тебя люблю, Майк, — мягко говорит она. — Думаю, я люблю тебя уже некоторое время.

Облегчение накатывает так быстро, что я почти смеюсь. — Да? Хорошо. Потому что… ага. То же самое. Я знаю, это не самый романтичный момент. Но я никогда не чувствовал ничего подобного ни к кому. Ты невероятная женщина.

Она качает головой, улыбаясь. — Нет. Это идеально. Обещаю.