За дверями Стамбула

– Из России. Точнее, из Казани – это столица республики Татарстан. А ты откуда?

– Я из Бурсы. Родился там и вырос.

«Черт побери, он точно окажется геем. Один мой знакомый шутил, что все геи живут в Бурсе», – подумала Анна.

– Кстати, про Казань. Ты знаешь, что недалеко от Анкары есть небольшой городок под названием Казан? – спросил Эндер.

– Правда? Как интересно. Надо будет про него почитать.

Анна невольно улыбнулась в ответ на его слова, и ее лицо буквально засияло: когда она удивлялась или радовалась, у нее была манера широко раскрывать глаза.

– А чем ты здесь занимаешься? – продолжал расспрашивать Эндер. – Ты ведь живешь в Стамбуле?

– Да, и живу, и работаю… Пока времени хватает только на это. Еще я много читаю. А ты чем занимаешься?

– Я тоже много работаю. Это ведь замечательно, когда работа приносит радость.

Он сидел, держа спину прямо, но при этом не казался напряженным, напротив, он выглядел абсолютно расслабленным, и был похож на одну из статуй древнегреческих богов, портреты которых, ломая глаза, студенты с архитектурного днями и ночами срисовывали с гипсовых статуй. Кисти его рук легко лежали на столешнице. Эндер взял для них кофе не в картонных стаканчиках, а в керамических чашках, и теперь они стояли рядышком, испуская пар; ни он, ни Анна за все время разговора к ним так и не притронулись.

– Да, я очень люблю свою работу, – сказала Анна. – А ты?

– И я. Хотя она требует к себе огромного внимания и забирает почти всю энергию и время. У меня даже нет возможности сходить вечером на прогулку с друзьями – я прихожу домой такой усталый, что сил хватает лишь на то, чтобы лечь спать. Слушай, сколько лет ты уже живешь в Турции? Ты действительно очень хорошо владеешь языком.

– Около двух лет, но я начала изучать турецкий еще до отъезда. – Она действительно начала учить турецкий примерно за полгода до переезда, вот только тогда она вовсе не была уверена, что переедет именно в Стамбул.

– А почему ты уехала из России? Я слышал, что там куда интереснее, потому что она намного больше культурно развита. Что там особое отношение к образованию и творчеству.

Анна задумалась и поняла, что не может сформулировать ответ. Мысли об этом притаились глубоко в ее подсознании, и порхали неуловимыми мотыльками, не желая складываться в цельную картину.

Она иногда сильно скучала по родине, по привычным сменам сезона, пейзажам и культуре. Хотя нет, по зиме она никогда не скучала. Вот летом – да, она действительно тосковала по теплым российским проливным дождям, огромным деревьям, аромату трав и листвы, шелестящей под слабыми дуновениями ветра, душистым елям, под которыми осенью так любили прятаться грибы и орешники. Скучала по вольготно раскинувшимся лугам, густо покрытым цветущими травами, по широким плодородным золотым полям – в детстве можно было запросто заблудиться в подсолнухах или кукурузе. Скучала по небольшой лужайке возле дома бабушки, по пению сверчков и птиц по вечерам, каплям вечерней росы на листьях и травах, бесконечному синему неба с плывущими по нему облаками…

Каким большим казался мир в детстве, и каким он сейчас стал маленьким! В детстве можно было, запросто заблудится в подсолнечных или кукурузных полях, подремать на небольшой лужайке перед домом бабушки.

А когда к концу жаркого летнего дня уже в 10 вечера только начинало вечереть, воздух наполнялся самым прекрасным ароматом природы, все вокруг покрывалось каплями вечерней расы, всюду слышалось пение сверчков и птиц. В своих воспоминаниях Алиса, взяв любимую книжку на веранду или на улицу, любила засиживаться до темна, погружаясь в другой, чужой, но не менее интересный мир. Так же ей нравилось лежать с друзьями детства на траве и наблюдать за облаками. Вот проплывали целые образы, бесконечные истории, мечты, которым не было предела. Они простирались от самого утреннего яркого восхода до чудесного розово-лилового заката. Каким большим был тот мир в ее голове, когда она была маленькой! Почему сейчас он так ограничился? Правда реальность стала просто колоссальной. Она как вирус заполняла все ее воображение. Пытаясь забыть неприятные жизненные переживания, она нечаянно стирала вместе с ними приятные моменты. Тоска созвучна с радостью своей энергией. Эмоции переплетались в разноцветную паутину воспоминаний, обдуваемые воздухом наполненным запахами и оттенками.

– Не знаю, что привело меня в этот город, – в конце концов сказала Анна. – Может быть, судьба? Мне было ужасно страшно уезжать из родного дома, но я все-таки это сделала, потому что в глубине души была уверена, что именно здесь мое место. Ах, видел бы ты наши просторы!

– Однажды ты обязательно должна показать их мне! – тут же воскликнул Эндер.

Хоть это и была шутка, конечно же, голос его прозвучал неожиданно серьезно, и выражение лица сменилось: казалось, он задумался на мгновение, вспомнив о чем-то своем.

– Надеюсь, ты не передумаешь, – засмеялась Анна. – Ой, у меня обеденный перерыв заканчивается! Как быстро пролетело время…

– И правда. Может быть, ты дашь мне свой номер? Мы могли бы пообщаться через Ватсап. Если, конечно, для тебя это приемлемо.

В ответ Анна только молча улыбнулась и протянула руку к мобильному телефону Эндера, чтобы вписать свой номер в его записную книжку.

– Не забудь, ты мне обещала! – сказал он ей на прощание.