Страница 9 из 333
Сжал рукоять шашки обеими руками для жесткости. А потом резко, всем корпусом, выбросил клинок вперед, одновременно скинув шинель, которой был укрыт.
Использовал клинок как копье. Как штык. Бил снизу вверх.
Шашка вошла уроду точно под подбородок. Пробила язык, нёбо и, надеюсь, пронзила мозг. Такой гниде мозги ни к чему.
Влажный, хрустящий звук.
Бандит даже не вскрикнул. Он захлебнулся собственным бульканьем. Его глаза вылезли из орбит. Смотрели на меня с диким удивлением.
Я рванул клинок на себя и вбок, разворотив рану.
Поток горячей, черной крови хлынул мне на лицо, на грудь. Туша вожака рухнула на нары, придавив тяжестью.
В вагоне повисла звенящая тишина.
Я сбросил дергающееся тело на пол. Поднялся на локте. Весь в крови. С шашкой в руке.
Взгляд у меня был, наверное, безумный. Я не чувствовал себя человеком. В этот момент я был зверем.
Двое оставшихся бандитов застыли, бестолково таращась на труп подельника. Они не поняли, что случилось. Секунду назад их вожак гоготал и радовался, а теперь он валяется куском мяса.
И тут из тени выступил Тимофей.
Шагнул вперед, огромный, как медведь. Страшный в своем спокойствии. «Маузер» был направлен ровно на бандитов.
— Ну? — рыкнул вахмистр. — Кто следующий? Подходи!
Второй налётчик, увидев эту картину — окровавленного, безумного офицера на нарах и гиганта-казака с оружием — сломался.
— Бешеные! — взвизгнул он. — Валим отседава!
Схватил дружка за рукав и потянул его на улицу.
— Закрывай! — выдохнул я, уронив шашку. Сил больше не было.
Тимофей подбежал к двери, захлопнул ее. Обернулся.
В его взгляде было полнейшее охреневание. Он явно не ожидал подобного от молодого князя. Видимо, Павел Александрович прежде людям в лицо шашки не втыкал.
А еще в глазах казака было… наверное уважение. Так смотрят старые волки на молодого вожака, который только что доказал свое право быть впереди стаи.
— Павел Саныч… — выдохнул Тимофей. — Ловко вы его. Прямо в «звон». Как учили.
— Обыщи, — тихо велел я. — Оружие, деньги. И шубу сними.
— Есть, — гаркнул Тимофей уже по-военному.
Он быстро обшарил труп. Достал пачку «керенок», кисет с табаком, золотые часы на цепочке, кольца, портсигар из «рыжья», несколько драгоценных камушков. Это не первый поезд, который уроды решили ограбить. Успели поживиться. Богатый улов.
Тимофей снял с мертвеца шубу, накрыл меня ею.
— Теплая. Грейтесь, ваше сиятельство. Она не сильно испачкалась. В основном кровищей на вас попало. Но сейчас ещё почищу.
Я лежал под этой пахнущей чужим потом и кровью шубой, чувствовал как ровно стучит сердце.
Убил. Снова. Но теперь не ради бабла. Не ради передела долбанной территории. Я сделал это ради выживания. Не только своего.
Поднял взгляд. Посмотрел на соседей. Они пялились на меня с ужасом в глазах, но при этом практически на каждом лице читалось облегчение. Мой безумный поступок спас всех, кто в вагоне.
Поезд дернулся и пополз дальше. На Восток.
Харбин, значит? Ну хорошо. Пусть будет он.