Страница 85 из 93
* * *
Москва встретила летним зноем. В центральную часть страны уже пришло лето. Друзья устроились в гостиницу. Оле предложили отдохнуть с дороги, вечером намечался поход в театр (Петр просто потребовал от друга сводить жену развлечься, обещая следственные действия, если потребуется, провести самому). Сами служители закона, быстренько приведя себя в порядок, перекусив, отправились в сыскное отделение.
В кабинете Кошко друзья застали даму в сильной степени возбуждения:
– Господин Кошко, я вас умоляю, найдите его! – всхлипывала дама, утирая кружевным платочком слезы.
– Госпожа Игнатьева, я же вам уже сказал, чтобы вы не волновались, все необходимое будет сделано. Вы же видели: я на ваших глазах отправил агента на поиски и дал все необходимые указания, – пытался успокоить посетительницу Кошко.
– А это хороший агент? Он справится?
– Не переживайте, он опытный сотрудник. Все будет нормально. Вы идете домой, как будет какая-то информация, я вам сообщу, – в голосе начальника сыскного отделения чувствовалось некоторое раздражение.
– Правда?
– Обязательно, я же обещал, – раздражение в голосе усиливалось.
– Господин Кошко, сообщите обязательно, право, я сегодня не усну, – дама истерично всхлипнула. Потом еще немного потопталась на пороге кабинете и покинула его.
Зазнаев и Железманов смотрели на нее с огромным сочувствием: так рыдают люди, потерявшие близких или ставшие жертвами гнусных преступлений. Поэтому два следователя сдержанно и вежливо молчали.
– Истеричка, – раздраженно выдохнул Кошко, когда за дамой захлопнулась дверь. Увидев изумленные взгляды коллег, пояснил: – Прибежала ко мне, в самой настойчивой форме, с истерическими всхлипываниями, требует, чтобы я ее принял. Я, конечно, всегда готов сам лично выслушать посетителя. Если видели, у меня на этот счет в приемной висит даже специальное объявление. Тем более что и сам подумал, что у нее случилось что-то чрезвычайное. Плюхнулась в кресло начала рыдать, причитая: «Вы должны найти его!».
Кошко приостановился, было видно, что он возмущен.
– Ну и что? У нее сбежал муж? – Зазнаев догадался, что речь идет о каком-то анекдоте.
– Еще лучше: кот! Решил самостоятельно совершить прогулку по московским крышам.
Надо сказать, что в функции полиции тогда входил розыск пропавших/сбежавших котов и собак (впрочем, формально входит и сейчас). В начале ХХ века, обратившись в полицию по поводу пропавшего питомца, можно было получить реальную помощь, в штате сыскного отделения у Кошко даже существовали агенты, которые специализировались на розыске пропавших животных. Строго говоря, дама обратилась по адресу, но устраивать истерику в кабинете начальника сыскного отделения явно не стоило, особенно после того, как был вызван агент и ему были даны соответствующие указания.
– Требовала, чтобы выделил самых лучших агентов для его розыска. Я пытаюсь объяснить, что скоро сам вернется, погуляет и придет. А она кричит: «Он не мог со мной так поступить»! А животина, небось, гуляет на воле и радуется, что нет рядом такой экзальтированной особы! – Аркадий Францевич уже успокоил эмоции и начал говорить с долей юмора.
Еще немного обсудив нервную посетительницу, Кошко и следователи обратились к делу.
– Вас интересуют вор по имени Жаба?
– Да, он сильно набедокурил у нас в Касимовском уезде, – Железманов сделал порыв пересказать всю эпопею кражи и поиска иконы Николая Чудотворца, но Кошко остановил его.
– Я помню, мне Егор Иванович все рассказал, даже то, что в Рязани есть следователи, умеющие так замечательно стрелять, что могут прострелить ногу убегающему преступнику, не прострелив при этом головы или других жизненных важных органов. Сохранив его, так сказать, для правосудия.
Железманов аж покраснел. А Кошко продолжал:
– Мы пока только создаем картотеку криминалистического учета, приводим ее в порядок. Поэтому такого деятеля с болотной кличкой у нас не зафиксировано.
Петр Андреевич разочарованно вздохнул.
– Не переживайте так, молодой человек, – успокоил его Аркадий Францевич. – Мы не зря свой хлеб едим. Егор Иванович пошел на розыск этого экземпляра.
– Пошел на Хитровку?
– Да, мы решили, что можно повторить шаги Гаваны: от его имени пустить информацию, что от фартового человека из Одессы пришел посланец с новым заказом.
– Анисимов пошел сам в этот трактир, который известен в особых кругах как «Каторга»? – уточнил Зазнаев.
– Да. Мы решили, что в Москве можно попробовать выдать себя за одессита. Мои люди его страхуют.
– А правда, что там в любой момент можно проводить обыск и обязательно обнаружатся два-три человека, сбежавших с каторги?
– Правильно говорят. Место даже для самих преступников опасное. Поэтому я выделил на это дело своих сотрудников. Ну, ничего, наведем порядок, учет наладим, малины потрясем, – Кошко говорил уверенно, будучи убежденным, что оно так и будет.
История покажет, что он достойно справится с возложенной задачей. Пока прошло чуть больше года после назначения Кошко в Москву, он застал дела в сыскном отделении в самом грустном состоянии и рьяно взялся за работу. Пройдет не так уж много времени, как в Москве будет налажен образцовый криминалистический учет, уличные кражи пойдут на спад и раскрыт целый ряд таинственных и загадочных преступлений, это принесет славу Кошко. Его имя станет хорошо известно в широких кругах и будет пользоваться вполне заслуженным уважением не только со стороны начальства и добропорядочных людей, но и представителей криминального мира. Через четыре года Кошко переведут в столицу и вскоре станет начальником уголовного сыска всей Российской империи. Но это будет позже, а сейчас ему предстояло помочь найти Жабу.
– Мы договорились с Егором Ивановичем, что встретимся сегодня вечером с ним на Воробьевых горах. Там он расскажет, что удалось узнать, – пояснил Аркадий Францевич.
– Я могу поехать с вами? – спросил Петр.
– Да.
– Тогда я поеду на встречу, а ты, Ваня, иди с женой в театр, – обратился Железманов к другу.
– Я тоже могу поехать, – попытался возразить Иван.
– Я думаю, что особой необходимости ехать втроем нет. Вы здесь с супругой. Обещали сводить ее в театр? – вмешался Аркадий Францевич.
– Да, обещал, но я надеюсь, что она меня поймет, – попытался настоять Зазнаев.
Но Кошко его не поддержал: