Страница 72 из 94
* * *
Детёныша, вопреки моим ожиданиям, поселили не в клетке, а во вполне уютной комнате. Хотя, учитывая место её нахождения — подвальные помещения управления, это скорее была тюремная камера. Камера для привилегированных особ. И надсмотрщицей у него была миловидная пожилая женщина, которую на первый взгляд можно было принять за обычную гувернантку. Но, стоило только присмотреться, и сразу становилось ясно, что эта женщина способна приструнить не только расшалившееся дитя. Уверенный взгляд, чёткие, выверенные движения и непоколебимая сдержанность свидетельствовали об идеальной выучке. Она держалась как солдат, а не нянька.
Но, справедливости ради, и мальчик на её попечении вёл себя не как обычный ребёнок. Он забился в угол и смотрел на окружающий мир с непримиримой ненавистью. Одеть себя он так и не дал. Одежда лежала на полу, рядом с кроватью, в угол которой он забился. Но его хотя бы помыли и, судя по валяющимся тут же, на полу, остаткам пищи, покормили.
— Как успехи? — спросил Дэрил, войдя в комнату.
Маленький Зверь тут же напрягся и оскалился. Как же он сейчас был похож на обычного, испуганного ребёнка! Если бы не острые зубки, я бы ни за что не опознала в нём Зверя. Даже мои инстинкты молчали. Означает ли это, что для этого малыша ещё не всё потеряно? Ответа на этот вопрос я не знала. Но я была почти уверена, что его ещё можно научить жить без жажды убийства. Я же могу справляться со своими порывами, по крайней мере, когда не беру в руки проводник.
— Можно я подойду к нему? — спросила тихо.
— Для этого мы сюда и пришли, — ответил Дэрил. — Как я понял, они общаются посредством эмоциональной связи, а ты чувствуешь их эмоции. Для начала будет неплохо, если у нас получится наладить опосредованный контакт. Нам нужно исключить кукловода из цепочки общения. Действуй.
— А как же мы тогда найдём хозяина? — не поняла я.
— Мы уже знаем его цели, и я догадываюсь о мотивах. Остальное не твоя проблема, — улыбнулся Гронн. — Не теряй время, Вэл.
Я медленно двинулась к кровати. Простынь и подушка были смяты и сбиты к изножью. Сам же ребёнок притих у изголовья. По мере моего приближения он всё сильнее начинал нервничать, что выражалось в шипящих звуках и подёргивании головой.
Когда же я оказалась рядом с кроватью и присела на её край, малыш тихо взвизгнул и отшатнулся, ударившись о стену.
— Не бойся, — улыбнулась я. — Я не наврежу тебе.
— Оно не понимает слов. Улавливает только интонации, — вклинилась женщина.
Эта реплика в мгновение разрушила всё приятное впечатления о ней.
— Не оно, а он, — недружелюбно одёрнула её я.
Женщина только хмыкнула, но натолкнулась на жёсткий взгляд Дэрила и тут же опомнилась.
— Прошу прощения, я вас оставлю, — выпалила она и вышла из комнаты.
— Ты тоже лучше уйди, — посоветовала я командующему.
— Уверена? — усомнился он. — Он может быть агрессивен.
— Ты считаешь, что мне нужна защита? — хмыкнула я.
— Ну да, о чём это я, — усмехнулся он в ответ.
Когда за контролёром закрылась дверь, я почувствовала себя гораздо лучше. Судя по тому, как немного расслабился детёныш, он тоже испытал облегчение.
— Боишься его? — кивнула я на дверь. — Да, мне он тоже не внушает доверия.
Малыш фыркнул и принюхался.
— Как бы было хорошо, если бы ты умел говорить, — вздохнула я.
Зверёныш чуть склонил голову на бок и повторно фыркнул.
Я чуть придвинулась ближе и, не заметив очевидного недовольства, осторожно прикоснулась пальцами к его ножке.
Мы уставились друг другу в глаза и замерли. Его большие серые радужки показались мне бездонными, а маленькие чёрные бисеринки зрачков будто и не видели меня.. до тех пор, пока не начали увеличиваться.
Я буквально потонула в его эмоциях. Страх, просто дикий, всепоглощающий ужас, тоска по родителям, растерянность, недоверие и совершенно обычное детскою любопытство. Даже скорее любознательность. Всё это смешалось в один калейдоскоп ощущений. Но, похоже, обмен эмоциями был обоюдным! Малыш подался вперёд, фыркнул и захихикал. Я не поняла, что именно его рассмешило, но была рада, что он больше не боится меня.
— Покажи мне, как связаться с твоими родителями, — взмолилась я.
Детёныш понял меня, нет, не слова, а мысль. И тут же загрустил.
— Не можешь? — спросила я.
Он вздохнул, всхлипнул и утёр крупную слезу.
— Только сейчас не можешь, или вообще не получается? — глупо было задавать вопросы вслух, но я не умела чётко выражать мысли без облечения их в словесную форму. Я же не эмпат.
Ребёнок вздохнул и посмотрел в узкое горизонтальное оконце под потолком. Я уловила его мысль — днём не может. Но он свяжется с ними ночью.
— Ты не будешь против, если я приду вечером, чтобы поговорить с твоими родителями? — спросила с надеждой.
Это он понял тут же. Кивнул и вдруг бросился ко мне. Схватил за руку и потянул к себе. Я вскрикнула от неожиданности, но совсем не испугалась. Просто не успела, потому, что малыш прижался щекой к моей руке и замер.
Дверь с грохотом распахнулась, ребёнок вздрогнул, но не отпустил меня.
Я пару раз махнула рукой, прогоняя встревоженного Дэрила. Сейчас я не смогла бы описать свои эмоции, даже если бы захотела. Это было нечто новое, необычное и.. трепетное. Детёныш Зверя по какой-то причине принял меня за свою. Он с лёгкостью, доступной только детям, забыл, как я была жестока и груба с ним, и теперь жался ко мне, как к кому-то родному, близкому. И чему я удивляюсь? Ведь у нас общие предки, мы, практически родственники!
Моя ладонь намокла от слёз, спина затекла от неудобной позы, а из глубин подсознания рвался инстинкт Охотника. Но я терпела, старательно подавляя мысли и эмоции, требующие убить Зверя и выпить энергию его смерти. Плохо, видимо, старалась..
Малыш вдруг вздрогнул и отпрянул, глядя на меня расширившимися глазами.
— Нет-нет, я не обижу, — заверила я его.
Он немного успокоился, но желания прикоснуться ко мне больше не проявлял. Сейчас лучше уйти, чтобы не разрушить окончательно ту эфемерную связь, которая вопреки логике между нами образовалась.
— Я ещё навещу тебя. И ничего не бойся, тебя никто не обидит. Обещаю, — заверила я его на прощание, и покинула комнату, осторожно прикрыв за собой дверь.
Дэрил стоял рядом с дверью, видимо опасался, что понадобится помощь. Чуть в стороне с невозмутимым видом ожидала указаний надсмотрщица. К ней я и пошла.