Страница 13 из 46
— Знаешь, Каэль… Мне кажется, ты абсолютно несовместим с магическими приборами.
— Чепуха!
И именно в этот момент на ближайшей полке сам собой громко лопнул стеклянный пузырёк. Все трое одновременно повернули головы, и Каэль с безупречно невозмутимым видом произнёс:
— Совпадение.
Следом со звонким хлопком лопнул второй. Лира молча посмотрела на генерала.
— Тоже совпадение, — так же невозмутимо добавил тот.
Третий пузырёк просто упал с полки и разлетелся на мелкие осколки. Эдрик уже открыто хохотал, не пытаясь сдерживаться:
— Даже не начинай оправдываться!
— Я ничего не делал.
— Конечно.
— Серьёзно!
Лира подошла к шкафу, несколько секунд изучала полупустые полки, а потом совершенно спокойно закрыла стеклянные дверцы на ключ:
— На всякий случай.
— Вы мне не доверяете? — наигранно возмутился Каэль.
— Нисколько.
— Какая трагедия…
— Я переживу.
Генерал неожиданно усмехнулся:
— Нет.
Лира вопросительно посмотрела на него:
— Что «нет»?
— Теперь вы точно начинаете мне нравиться.
Она впервые за всё время тихо и искренне рассмеялась. Эдрик растерянно замер:
— Подождите… Вы сейчас… шутите друг с другом?
— Нет, — ответила Лира.
— Да, — одновременно с ней произнёс Каэль.
Они переглянулись, и Эдрик со вздохом подытожил:
— Вот видите? Вы уже как старая семейная пара.
В лаборатории на мгновение повисла звенящая тишина. Лира медленно подняла взгляд от блокнота, а Каэль суховато кашлянул:
— Мальчик…
— Что?
— Сейчас ты очень близок к тому, чтобы остаться без дополнительных баллов на экзамене по выживанию.
Эдрик расплылся в довольной улыбке:
— Значит, я всё-таки попал в точку.
Лира покачала головой, с трудом пряча улыбку:
— Пожалуй… на сегодня экспериментов достаточно, — она закрыла блокнот. — Иначе к вечеру в моей лаборатории останется только мебель.
Каэль критически оглядел комнату:
— Не обещаю и за неё.
Лира уже собиралась убрать блокнот в сумку, как вдруг замерла:
— Нет.
Эдрик мгновенно насторожился:
— Что?
Она медленно перевернула страницу, потом ещё одну и нахмурилась:
— Забыла последний тест.
Эдрик жалобно посмотрел на потолок:
— За что…
— Это займёт меньше минуты, — попыталась успокоить его инквизитор.
— Именно так обычно и начинаются самые большие проблемы.
— Не спорю.
Она подошла к шкафу и достала маленький стеклянный флакон с мерцающей серебристой жидкостью. Каэль прищурился:
— Что это?
— Эфирный проявитель.
— Звучит подозрительно.
— Потому что так и есть.
Эдрик осторожно отступил на шаг:
— И… что он делает?
— Если коротко — показывает магические связи.
— А если длинно?
— Я обещала, что меньше минуты.
— Аргумент.
Лира открутила крышку и капнула всего одну каплю на каменный пол. Серебристая жидкость мгновенно растеклась тончайшей плёнкой. Несколько секунд ничего не происходило, и Эдрик уже хотел спросить, в чём смысл эксперимента, как вдруг по плитам побежали тонкие золотистые линии.
Они извивались, словно живые: поднялись по сапогам Эдрика, окутали его запястье, а потом… потянулись к Каэлю и остановились. Между ними вспыхнула тонкая золотая нить — настолько яркая, что её невозможно было не заметить.
Все трое на мгновение замерли.
— Ну… — осторожно произнёс Эдрик. — Это ведь хорошо?
Лира не ответила. Она смотрела вовсе не на нить, а немного выше, и её лицо впервые за весь день стало по-настоящему растерянным:
— Этого… не может быть.
— Что? — одновременно спросили Эдрик и Каэль.
Она медленно подняла руку:
— Посмотрите сами.
Эдрик проследил взглядом вдоль золотого свечения и только сейчас заметил странность: нить не соединяла его с генералом напрямую. Где-то на середине от неё отходила ещё одна линия, потом ещё… и ещё. Т тонкие золотые нити уходили сквозь каменную стену лаборатории куда-то далеко за пределы Академии.
Каэль мрачно нахмурился:
— Это уже очень плохо.
— Почему? — спросил Эдрик.
— Потому что связь должна быть одна.
Лира медленно кивнула:
— Да, — она присела на корточки, внимательно рассматривая сияющие узоры, и провела пальцем вдоль одной из линий: — А здесь… их четыре.
Эдрик растерянно моргнул:
— Это значит…
— Пока ничего не значит, — перебила Лира. — Но мне это совершенно не нравится.
Каэль тяжело вздохнул:
— Теперь понимаете, почему я не люблю исследования?
— Теперь понимаю, — не отрывая взгляда от пола, откликнулась Лира.
— Потому что они почти всегда находят что-то, чего лучше было бы не находить.
В этот момент одна из золотых нитей внезапно дёрнулась — словно кто-то потянул её с той стороны. Все трое одновременно замерли. Дёрнулась вторая, затем третья… А четвёртая вдруг вспыхнула ослепительно ярким светом и с треском исчезла.
Лира резко поднялась на ноги:
— Немедленно смойте проявитель!
— Что?
— Быстро!
Эдрик даже не успел спросить зачем. Каэль уже инстинктивно схватил стоящее рядом ведро с водой — вернее, попытался схватить: его рука привычно прошла сквозь дужку. Генерал раздражённо выругался:
— Опять забыл!
Эдрик бросился к ведру сам, и через секунду вода уже растекалась по полу. Серебристая жидкость с шипением погасла, золотые линии начали медленно растворяться, пока последняя вспышка не исчезла окончательно. В лаборатории снова стало тихо.
Несколько секунд никто не двигался. Потом Каэль совершенно серьёзно посмотрел на инквизитора:
— Надеюсь…
— Что?
— Следующий ваш эксперимент будет менее впечатляющим.
Лира устало вздохнула:
— Очень сомневаюсь.
Эдрик облокотился на стол и посмотрел на них обоих:
— Знаете…
— Что? — спросили они в один голос.
Он покачал головой:
— Мне начинает казаться, что до вчерашнего дня моя жизнь была слишком спокойной.
Каэль усмехнулся:
— Поверь, это чувство скоро пройдёт.
— Правда?
— Нет. Оно станет ещё хуже.
Лира ещё несколько секунд молча смотрела на мокрый пол, а затем с тихим щелчком закрыла блокнот и убрала его в сумку:
— На сегодня достаточно.
Эдрик выдохнул с таким громким облегчением, что даже Каэль удивлённо покосился на него: