Страница 17 из 41
Глава 8 Ведьминское терпение официально закончено
Алессия Ворн
Яростный марш по лужам Нижнего квартала — сомнительное удовольствие, особенно когда на тебе лучшее платье из всех, что остались, а подол безжалостно собирает всю уличную грязь. Но я не могла остановиться, я буквально летела по тёмным, залитым дождём переулкам, подальше от «Золотого Копыта» и этого невыносимого, наглого рогатого нищеброда. Каблуки со злостью цокали по скользкой мостовой, а внутри меня всё клокотало от дикого, удушливого бешенства.
Меня — Алессию Ворн, профессионалку, которая способна обчистить заносчивого купца, пока тот моргает, — так глупо, топорно обвели вокруг пальца! Я потратила целый вечер, рисковала быть пойманной ищейками Гильдии магов, и всё ради парня, у которого за душой звенели два несчастных медяка и старая пуговица. Демоны. Все они абсолютно одинаковы. Холёные, заносчивые лжецы, даже те, кого с позором вышибают из кабаков прямо на твою несчастную голову.
Ввалившись в свою каморку, я с омерзением стянула испорченное грязное платье. В углу противно пахло плесенью и влажным бельём, отсыревшим от вечных дождей. Осень в этом году выдалась особенно мерзкой. Вытряхнув на стол остатки монет — те самые три серебряных и горстку медяков, — я поняла, что ситуация критическая. До конца недели я попросту не дотяну. Платить за жильё было нечем, старик-домовладелец уже дважды намекал, что выставит мои пожитки на мостовую, а золото Лоренцо под половицей трогать нельзя было из принципа. Мне нужно новое дело. Срочно. И чем быстрее, тем лучше.
Вот только всё равно пришлось сутки отсидеться дома для того, чтобы удостовериться, что этот рогатый монстр не настучал на меня — с этих тупых аристократов станется. Но на вторые сутки я всё же решилась высунуть голову из убежища.
В «Золотое Копыто» я, разумеется, больше ни ногой, это было бы слишком рискованно. Для новой попытки я выбрала «Сытый Вепрь» — таверну чуть более приличную, но всё ещё находящуюся на самой окраине Нижнего квартала, где уличная стража редко заглядывала в тёмные углы, предпочитая патрулировать более сытые районы.
На этот раз я подготовилась максимально тщательно, учтя все прошлые ошибки. Никаких вызывающих нарядов, привлекающих ненужное внимание. Простое неброское платье серого цвета, свободный глубокий плащ, полностью скрывающий лицо, и абсолютная ведьминская концентрация. Я заняла позицию у стены, стараясь слиться с неровными тенями от факелов.
И фортуна, кажется, решила сжалиться над несчастной беспатентованной ведьмой. Уже через час ленивого наблюдения я приметила по-настоящему жирную, перспективную мишень. Какой-то подвыпивший купец-человек в дорогом добротном кафтане, отороченном потёртым мехом, вовсю хвастался перед собутыльниками удачной сделкой. Он громко хохотал, хлопал ладонью по столу и то и дело требовал повторить кувшин дорогого южного вина. Но главное — судя по характерному, тяжёлому отвисанию его кожаного ремня, в кошельке у него водилось далеко не серебро, а самое настоящее, увесистое золото Верхнего города.
Я замерла у узкого прохода, ведущего к выходу, просчитывая шаги своей жертвы до миллиметра. Вот он грузно поднялся, покачиваясь, распрощался с приятелями и направился прямо в мою сторону, рыгая и на ходу поправляя воротник. Пальцы под пологом плаща привычно расслабились, возвращая былую чувствительность, готовые к идеальному, бесшумному микродвижению. Я аккуратно потянула за невидимые нити силы, сплетая едва заметный морок отвлечения внимания, чтобы купец на секунду отвёл взгляд в сторону. Свеча в настенном рожке испуганно дрогнула, бросив длинную ложную тень. Сердце ровно, размеренно отсчитывало секунды. Вот он, мой единственный шанс вернуть финансовую стабильность, задобрить домовладельца и доказать самой себе, что я не потеряла хватку на этих проклятых улицах. Доля секунды до контакта… Рука уже скользила к заветным шёлковым шнуркам, удерживающим пухлый кошель…
И тут воздух над самым моим ухом внезапно разверзся диким, оглушительным, дребезжащим и до боли знакомым аккордом.
От неожиданности я едва не подпрыгнула на месте, а мой тонкий морок лопнул с тихим магическим хлопком, оставив на губах горький привкус оборванного заклинания. Купец от этого резкого звука испуганно шарахнулся в сторону, уставившись на источник шума, и мои пальцы вместо тугого кошелька с размаху схватили пустоту.
— Добрый вечер, честные господа! — раздался надтреснутый, издевательски-весёлый и слишком хорошо знакомый голос. — Не подкинет ли благородный купец пару монет бедному, непризнанному музыканту на пропитание, сухие струны и чарку доброго эля?
Ксавий! Этот рогатый идиот каким-то немыслимым, совершенно фантастическим образом припёрся со своим проклятым аккордеоном именно в эту таверну, именно в эту секунду и решил выдать свой очередной музыкальный пассаж прямо перед носом у моей мишени!
Стоя со своим громоздким инструментом наперевес, он умудрился не просто перегородить узкий проход, но и со всего размаху наступить пьяному купцу на ногу, мгновенно разрушая всю мою ювелирную, выверенную схему.
— Ты что творишь, крылатое отребье⁈ — взревел купец, хватаясь за ушибленные пальцы и едва удерживая равновесие. — Какого чёрта ты ко мне лезешь со своей дурацкой шарманкой⁈ Вышибалы! Куда вы смотрите, почему у вас по залу побирушки шляются и приличным людям прохода не дают⁈
— Позвольте, почтенный, это не шарманка, это изысканный инструмент высокого искусства! — ничуть не смутившись, нагло парировал демон, делая вид, что пытается галантно раскланяться, и при этом умудряясь задеть своим широким кожистым крылом тяжёлый поднос проходящего мимо слуги.
Глиняные кружки с грохотом полетели на пол, разбиваясь на мелкие осколки и заливая пенистым пивом сапоги купца, пол и подол моего плаща. В зале мгновенно поднялся невообразимый гвалт. Завсегдатаи начали оборачиваться, кто-то улюлюкал, кто-то свистел. Ксавий, кажется, совершенно не замечал учинённой им катастрофы, продолжая с самодовольной ухмылкой растягивать меха своего инструмента, выдавая какие-то аккорды.
Из-за стойки уже выдвигались двое местных громил с дубинами наперевес, не предвещая ничего хорошего. Было совершенно очевидно, что никто вообще не собирался разбираться, кто прав, а кто виноват в этой суматохе. One из вышибал цепким, намётанным взглядом мазнул по мне — подозрительной фигуре в плаще, слишком близко крутившейся возле всего этого сумбура, а второй уже за шиворот перехватил наглого демона.