Страница 33 из 44
Глава 22
Карета подъехала ровно в половине восьмого. Я узнала её ещё из окна — чёрная, лакированная, с гербом Ностранамусов на дверце (вампирская летучая мышь в терновом венке, очень жизнеутверждающе). Лошади — вороные, как смоль, с горящими глазами и явно магической родословной, потому что обычные кони в такую жару давно бы взмокли и закапризничали. Кучер — старый гном в цилиндре, с бородой, заплетённой в две косички, — хлестнул вожжами, карета остановилась у самого крыльца. — Алиса, ты готова? — раздался изнутри голос Ритки. — Выходи, мы опаздываем! Я специально сказала кучеру гнать, чтобы успеть к шапочному разбору! Шапочный разбор в замке дракона? Я даже не стала уточнять, что это значит. Поправила кружевной воротник, проверила, на месте ли амулет, и вышла. Дверца кареты распахнулась сама собой — видимо, магия. Внутри было темно, пахло дорогими духами и ещё чем-то вампирским — старой кожей и, кажется, лёгким запахом крови (Ритка всегда подкрашивала губы специальной помадой, но от неё всё равно тянуло этим). Я забралась внутрь и плюхнулась на мягкое сиденье напротив Ритки. Слева от неё восседал Жорас. Он был в идеальном чёрном костюме, с тростью с серебряным набалдашником и с таким выражением лица, будто его везут не на званый ужин, а на собственные похороны. — Добрый вечер, Алиса, — процедил он, даже не повернув головы. — Добрый вечер, Жорас, — ответила я максимально доброжелательно. — Выглядите прекрасно. Особенно трость. Сами выбрали или слуги посоветовали? — Остроумно, — буркнул вампир. — Сестра, когда мы тронемся? — Мы уже тронулись, братец, — мечтательно сказала Ритка, выглядывая в окошко. — Алиска, тебе идёт это платье. Брошь моя? Узнаю. — Твоя, — кивнула я. — Украденная, но красивая. — В нашей семье это называется «взятая во временное пользование без предупреждения», — отмахнулась Ритка. — Жорик, ты бы хоть улыбнулся. Всё равно никто не видит, темно. — Я улыбаюсь, — сказал Жорас, но в темноте я не увидела ни проблеска улыбки. Только блеснули его глаза — красноватым, вампирским. — Он улыбается, — перевела Ритка мне шёпотом. — Просто лицом не вышел. Ладно, рассказывай: ты чего передумала? Вчера была против, сегодня — уже в карете. — Приглашение прислали, — пожала я плечами. — Утром. С извинениями от секретаря, который перепутал адреса. — Какой секретарь? — встрепенулся Жорас, и в голосе его впервые прозвучало что-то, кроме скуки. — У лорда-дракона нет секретаря. Я наводил справки. Он приехал один, с минимумом прислуги, которую нанял на месте. — Может, он нанял секретаря, — предположила я. — За один день? — усмехнулся Жорас. — Сомнительно. Скорее всего, он сам забыл вас пригласить, а потом спохватился и придумал эту историю. — Жорик, не будь занудой, — вмешалась Ритка. — Важно, что Алиса едет. Мы вместе. Компания. И вообще, если он её забыл, то теперь пригласил — значит, раскаялся. — Драконы не раскаиваются, — отрезал Жорас. — Они делают вид, что так и было задумано. Я не стала спорить. Мне, честно говоря, было всё равно, зачем он меня позвал. Главное — еду. И посмотрю на замок изнутри, когда там не воют призраки и не гремят цепи. Карета тем временем выехала за городскую стену.
Дорога стала хуже — трясло так, что у меня подпрыгивала брошь и Риткин этюдник (она, оказывается, взяла с собой этюдник, чтобы зарисовывать фейерверк). Жорас застонал, когда мы наехали на очередную кочку. — Не понимаю, зачем мы вообще едем, — проворчал он. — Этот дракон — выскочка. Купил замок, зовёт весь город, хочет показать, что он богаче и важнее всех. Типичное столичное поведение. — А ты завидуешь, — поддела его Ритка. — Я не завидую, я констатирую факт. — Завидуешь, — повторила она. — Потому что у тебя замок меньше, и призраки не водятся, нечего развеивать. — У меня в замке идеальный порядок! — возмутился Жорас. — И никаких призраков! Потому что я приглашаю нормальных магов, а не.. Он запнулся, бросив взгляд в мою сторону. Я вежливо улыбнулась. — А не диких ведьм? — закончила за него. — Я не это хотел сказать, — Жорас отвернулся к окну. — Конечно, не это, — согласилась я. — Вы хотели сказать, что нормальные маги дороже, а я работаю за еду, иногда без гарантий. Это правда. Обижаться не на что. — Алиска, не начинай, — вздохнула Ритка. — Я не начинаю. Я просто констатирую факт, как и твой брат. В карете повисла напряжённая тишина, нарушаемая только стуком копыт и скрипом рессор. Потом Жорас вдруг сказал: — Извините. Я действительно не то имел в виду. Ваша репутация, Алиса, безупречна. И вы помогли моей сестре не раз, за что я вам благодарен даже. Я чуть не поперхнулась от неожиданности. — Жорас? Вы ли это? — спросила осторожно. — Иногда я могу быть вежливым, — буркнул он. — Очень редко. Не злоупотребляйте. Ритка радостно захлопала в ладоши: — О, боги, я дожила! Мой брат извинился перед ведьмой! Это исторический момент! Запишите! — Ничего не записывай, — пригрозил Жорас. — И не вздумай рассказывать матери. — Только если ты купишь мне новую шляпу, — парировала Ритка. — Шантажистка. — Вампирша. Это в нашей крови. Я слушала эту перепалку и чувствовала, как уходит напряжение. Всё-таки хорошо, что они поехали со мной. Жорас — брюзга, но беззлобный. Ритка — та ещё авантюристка, но верная. Вместе мы не пропадём даже в логове дракона. — А что, кроме нас, кто будет? — спросила я, чтобы сменить тему. — Почти все, — оживилась Ритка. — Тетушка Эрта, например. Она очень хотела посмотреть на дракона вблизи. Говорит, что не видела ни разу, интересно, как пахнет. — Оборотни, — хмыкнул Жорас. — У них всё через запах. — А ещё староста гильдии ювелиров, купец Розенкранц с женой (у них сын до сих пор не нашёлся, но они решили не отменять ужин, потому что «как-то неудобно перед драконом»), пара гномов из совета, ну и наша скромная семья. — И даже патрульный глава? — уточнила я. — И он. Говорят, очень хочет познакомиться с драконом. Может, мечтает о повышении. Карета въехала в лес, и стало совсем темно. Только магические фонари по бокам дороги бросали бледный свет на стволы деревьев. Где-то вдалеке показались огни замка. — Красиво, — сказала я, глядя в окно. — Очень атмосферно. — Жуть, — поправил Жорас. — Но дизайнерам спасибо. Дорога пошла в гору, лошади замедлили шаг. Ритка начала поправлять причёску и кружева, я тоже невольно одёрнула платье.