Страница 72 из 78
Вторые сутки вокруг не было ничего, кроме песка. Брянск остался позади, впереди простиралась бескрайняя пустыня. Мы старались держаться подальше от больших городов. Незачем было привлекать к себе внимание властей.
Вездеходы пришлось оставить в Брянске, вернув их Державину. Я же пересел в Лизин пикап. Загруженный пожитками кузов был затянут тентом, позади нас в тучах пыли волочился дом на колёсах. Баранку крутили по очереди: час — я, час — сестра. Было нелегко, и мы оба сильно уставали. Дорогу почти занесло песком, и мы еле-еле различали её в окружающем нас жёлтом мареве. И только благодаря Лене, которая ехала в следующей машине вместе с Богатырёвыми, мы кое-как ориентировались в пространстве, хотя порой оказывались в таких местах, где на многие десятки километров не было ни одного поселения, ни одного человека.
За спиной остался Орёл — небольшой город с огромным заводом, дым от которого застилал небо. Жуткое зрелище. Чтобы пересечь мост через Оку, пришлось переться через сам город. До нас докопались военные на въезде, но я представился княжеским ратником, объяснил ситуацию и заплатил. Пропустили. В таких мелких населённых пунктах власти обычно закрывали глаза на кочевников, которые часто приезжали торговать. Мост мы проехали без проблем и снова углубились в пески.
Потом миновали два заброшенных города. Полуразрушенные постройки тонули в жёлтом мареве, занесённые песком. Они словно призраки прошлого мира торчали среди бескрайней пустоши, напоминая о тех временах, когда здесь шумели кронами леса, поля колосились пшеницей и рожью, а тучные стада щипали траву на огромных пастбищах.
Но сейчас даже не верилось, что мы едем через имперские земли. Казалось, в краях этих не властен человек, что они давно стали владением песчаных существ и ветров.
Елена постоянно сообщала нам, что видит палконогигих, а иногда мы и сами замечали их невооружённым глазом. А один раз даже убили двух, которые подошли слишком близко к дороге. Остальных не стали провоцировать, и они не нападали.
Существ в окрестностях было много, а вот оазисов и человеческих поселений нам не попадалось. Всего два раза за день мы встретили караваны из грузовиков и вездеходов. В сопровождении бронированных машин с пулемётами колонны двигались из города в город, везя различные грузы.
К вечеру мы добрались до Липецка, понеся некоторые потери в технике. На стоянке выяснилось, что две машины в пути заглохли. Две взяли на буксир, одну бросили. Ночью, разумеется, никуда не поехали. Все валились с ног от усталости. Я заночевал в трейлере сестры. Там как раз имелись две отдельные кровати. Следующий день мы стояли, ждали отстающих и стада, которые шли значительно медленнее, восполняли запасы воды и продовольствия. А через день рано утром двинулись дальше.
В Липецке имелся мост, и нам снова пришлось ехать через город, хоть мы и рисковали столкнуться с местными властями. Но на этот раз проблем не возникло. Большая часть города была покинута, отовсюду смотрели дома пустыми окнами, молчали заводы, стыдливо прячась за бетонными стенами и ржавыми железными воротами. И всё же люди здесь были. Мы видели на улицах пешеходов и старые машины, а некоторые кварталы выглядели вполне жилыми. Местные нам объяснили, что руины города делят меж собой три клана. Имперская власть в этих краях отсутствовала. Зато были заправка, магазины, и мы нашли здесь всё необходимое, чтобы продолжать путь.
За Липецком начались неприятности посерьёзнее. Впервые с начала путешествие мы столкнулись не с одиночными палочниками, а с целыми их скоплением. Дюжина тварей брела вдоль дороги, и нам пришлось их уничтожить — расстрелять из штурмовых винтовок и молниями, поскольку все боялись нападения.
Затем увидели огромную, чешуйчатую змею, что быстро скользила по песчаной поверхности в нашу сторону. Я ударил её молниями, но не убил, а только спугнул. Она уползла и больше не показывалась нам на глаза. А спустя буквально полчаса на хвост колонны напали песчаные собаки. Об этом сообщила Елена. Я приказал ей отправить на защиту эфирных волков. Подмывало самому броситься в бой, но ехать было слишком далеко. В конце концов, справились без меня. По рации я узнал, что среди людей жертв нет, но твари погрызли нескольких лошадей.
Пока всё шло неплохо, но путь становился всё труднее, и я опасался, что дальше будет хуже, поскольку там находились неразведанные, дикие края. Люди в Липецке говорили, что туда даже военные редко заезжают. Да, нас много, и если столкнёмся со стаей палочников, то отобьёмся как-нибудь, не вопрос, но будут погибшие и раненые. А я не хотел терять людей. Предыдущая неделя странствий клана и так унесла много жизней. Во время одного только нападения Призраков пустыни погибли пять человек, и более десятка получили ранения.
Но не только дикие существа нам встречались на пути. Во второй половине дня Елена заметила квадроцикл, который двигался на большом расстоянии параллельно колонне. За нами следили. Наше появление встревожило какой-то местный клан. Я готовился к контакту, надеясь, что удастся договориться о проходе, но ничего не произошло. Квадроцикл часа два ехал за нами, а потом отстал.
Через некоторое время мы добрались до Тамбова.
Там было всё совсем иначе. После нескольких дней странствий по пескам глаза отдыхали, созерцая зелёные поля, расчерченные лесополосами. Вокруг простирался плодородный чернозём, не тронутый Катаклизмом.
Но здесь нас завернули военные, не позволив заехать в город. Сказали, что южнее есть мост, и мы можем пересечь реку по нему. Мост там действительно нашёлся — старый, деревянный. Но чтобы добраться до него, пришлось сделать большой крюк, созерцая осточертевшие пески, и потерять время. Города мы так и не увидели.
Поздним вечером мы опять разбили лагерь. Никто не знал, что готовит нам очередная ночёвка. По пути мы потеряли ещё две машины, и я всерьёз опасался, как бы техника не начала массово глохнуть. Условия были ужасные, а наши пикапы и внедорожники были, по большей части, старые.
Солнце почти закатилось за горизонт, когда к нам подъехал багги с пулемётом и двумя молодчиками в противопыльных масках. Один вылез, придерживая висящий за спиной «Калаш», я вышел навстречу.
— Добрый вечер! Кто у вас главный? — спросил человек.
— Я главный. Князь Скуратов, — на этот раз я представился своим настоящим именем, подкрепив демонстрацией гербового перстня, который носил в кармане. Надеялся, что аристократическая фамилия заставит местных быть осторожнее, тем более что мои люди не слышали этот разговор.