Страница 60 из 73
Он спросит ее о сегодняшнем представлении. Потом. Может быть. А, может, и нет… По мнению, антрацитового, у женщин всегда было что-то на уме — это проза жизни.
Галсан повел Суньи в небольшую уютную гостиную с камином, в котором вместо огня плескались язычки вулканической лавы. Посередине был накрыт стол на двоих; освещение притушили, диван накрыли шкурами горных лирсов— шидан тщательно готовился, создавая романтическую атмосферу.
— Как тут… необычно, — прокомментировала Суньи. Она осматривала обстановку и почему-то нервничала. В душу закралось скребущее душу подозрение, что Тиэнгао способен ее переиграть.
— Присаживайся, — приглашающим жестом указал на диван мужчина. — Я открою двухсотлетнее вино — гордость моей коллекции. За такую встречу мне хочется приносить жертвы. Если не кровавые, то хотя бы такие. Такая удача… Ты так близко…
Демоница промолчала, растерянно кусая губу. Она стояла перед сложным выбором, который только сейчас обозначился со всей четкостью.
— Я, пожалуй, пойду… — ненавидя себя за трусость, вдруг прошептала она.
— Почему? — хриплым голосом спросил Галсан. Он подошел к шинае со спины, поднял руки и, едва прикасаясь, положил ладони на ее плечи. Шелк ее кожи запустил цунами эмоций в мужчине; ему вдруг захотелось сорвать с Суньи платье, чтобы ощутить ее гладкость всем телом.
— Пожалуй, я зря согласилась на ужин, — уже более твердым голосом ответила шиная и резко повернулась к Тиэнгао лицом. — Слушай, Галсан… Я не буду твоей любовницей.
— Ты меня с ума сводишь, — сдавливая пальцы на хрупких предплечьях демоницы, выдохнул демон. — Если бы ты могла хотя бы на секунду почувствовать то, что ощущаю я…
— Все, Галсан! Проводи меня к порталу! — приказала Суньи, пытаясь привести возбужденного мужчину в чувство. Но вместо того, чтобы послушаться шидан вдруг побледнел, сжал губы и процедил:
— Ш-шиная… Моя ж-ш-женщ-щина… Какой портал, ты о чем? Со мной будеш-шь…
Его правая рука скользнула к горлу Суньи и сжала — не особо сильно, но достаточно, чтобы сбить шинаю с дыхания.
— Пош-шел прочь! Ш-шидан, — злобно прошипела в ответ демоница, пытаясь вырваться. — Ответиш-шь… Не терплю нас-ш-силия… — она подняла руку, чтобы вцепиться ногтями в лицо мужчины, но тот перехватил ее кисть свободной рукой и, толкнув женщину, заставил ее сделать несколько шагов назад.
Суньи ощутила, что уперлась спиной в стену, в то время как тело шидана буквально вдавило ее в холод каменной преграды. Осознав, что Галсан больше не готов вести переговоры, шиная попыталась поменять ипостась, призывая свою ци-змею.
— Даже не пытайся! — понял ее намерение мужчина. — Сегодня я хочу ощущать, как ты оплетаешь меня своими ножками, а не змеиным хвостом, — выдохнул Тиэнгао, выпустив клыки и куснув женщину в изгиб шеи. Суньи вскрикнула, но не от боли, а от теплоты и влаги языка, который начал зализывать место укуса. — Фея моя! Ну же, расслабься… Нам будет хорошо! Я дам тебе все! Проси!
Мужчина шептал словно в лихорадке, одновременно с этим пробираясь под подол платья Суньи. Его ладони добрались до нежной кожи бедер, ощутили тонкое кружево белья… Ничто не могло остановить шидана в этот момент.
— Все, что угодно? — прошелестела демоница, тело которой вдруг начало отвечать на ласки. Точная причина этого была неясна: то ли антрацитовый успел впрыснуть афродизиак во время укуса, то ли у нее просто давно не было мужчины.
— Все… все… все… Дам тебе, — простонал Галсан, спуская лиф платья и касаясь изящных полушарий женской груди, которые так и просили ласки.
— Да будет так! — решилась шиная. — Отдай мне ребенка! Я хочу, чтобы ты отдал мне сына землянки и Алдучина! И тогда я буду в твоей постели! — потребовала Суньи со стоном, выгибаясь от переизбытка ощущений, когда Тиэнгао прикусил ее сосок.
31. Сомнения
— Что ты придумала? О чем ты вообще? — Тиэнгао нервно отошел в сторону и налил себе бокал вина, в то время как Суньи поправляла одежду после несостоявшегося акта любви. Нереализованная страсть зависла в воздухе плотным эфиром, но ее активно вытесняли нервозность шидана и усталость шинаи. Все же женщина пережила энергозатратную вспышку своего либидо. И с кем? С шэяо! Суньи почти отступила от принципов, и это больно жгло ее самолюбие.
Захотеть этого беспринципного змея! Как так могло случиться? Больше никогда и ни за что!
— Даже если у Алдучина и родился бастард, с чего ты решила, что он в замке? — спросил антрацитовый, который успел первым справиться со своими эмоциями. Он повернулся к демонице и пристально на нее посмотрел
— Я, знаешь ли, умею думать. Младенец бесследно исчез с Земли, и я точно знаю, что его отец — твой отпрыск. Вера нам это сказала. Вы его забрали, — уверенно заявила шиная, продолжая стоять возле стены, опираясь на нее спиной.
— Но зачем? — сверкнул глазами Галсан. Он видел, что Суньи злилась, и ее ярость будила в демоне новый прилив желания.
— Ну… я думаю, мальчик — истинный, — ответила золотая, внимательно следя за эмоциями шидана. Тот не дрогнул. Почти. Однако движение брови и реакция зрачка его все же выдали — женщина больше не сомневалась в том, что права. — И, думаю, именно Айя следит за твоим внуком. А ты, полагаю, ждешь удобной возможности…
— Как смеешь-шь ты! — прошипел шокированный шидан. С одной стороны, Галсан восхитился проницательностью шинаи, а с другой — ощутил липкий страх от того, насколько золотая демоница умна. Последнее чувство было в разы сильнее: у антрацитового мурашки побежали по коже, когда Циилин кинула свое обвинение ему в лицо. — Если он истинный, мы бы его показали всем. Это был бы праздник, — процедил сквозь зубы Тиэнгао, пытаясь сохранить хорошую мину при плохой игре, но вместе с тем понимая, что проиграл. Он точно знал, какая реплика Суньи будет следующей, и та не подвела.
— Да? И ты принял бы тот факт, что Алдучин не сможет пройти через брачные узы? Он же больше никогда не сможет зачать сына от другой женщины. Ты сказал уже об этом Анокэ? Порадовал? Мы оба знаем, что серебряный не любит твоего сыночка. — С этими словами демоница оторвалась от стены и подошла к Тиэнгао вплотную. — Ты хочешь убить малыш-ша…
— Я не…
— Отдай его мне! Отдай! — Суньи провела пальчиком по груди Галсана, завлекая своим пристальным взглядом.
— Но если ты права… — тяжело сглотнул демон. — Мой сын действительно не сможет зачать наследника Мине Абакайши. И никакой другой нае. А эта твоя Вера — проживет лишь миг, да и родит ли еще хоть одного истинного?.. Нет! Союз с рабыней… Позор! — склонился к женщине шидан. — Ты так прекрасна… так прекрасна… Мое сердце кровоточит…
— Я тебе его вырву, шидан! Вырву и разорву на кусочки! Если я права, тебя казнят за нарушение традиций древних… Что же для тебя страшнее?
Алдучин отпрянул, увидев, отражение своего перекошенного от страха лица в зрачках Циилин. Он прошелся по комнате, а потом вновь развернулся к демонице.
— Ты не понимаешь…
— Да? И что же? — склонила голову набок Суньи. — Объясни мне, Галсан.
— Вам, женщинам, проще! Вы можете рожать сколько угодно наследников от нового мужа. Достаточно пройти очередной брачный обряд… — гаркнул Тиэнгао.
— Легче? Да что ты знаешь о том, что мы чувствуем, меняя свою суть! — закричала шиная. — Боль. Всегда боль. Выходим замуж — страдаем. Рожаем — страдаем! Да уж… нам так хорошо, что в гробу я видала это вот все!