Страница 6 из 73
Было достаточно поздно — многие торговые лавки закончили свою работу, а туристы покинули территорию длинных улочек, чтобы поужинать и хорошенько выпить в более фешенебельных местах. И только некоторые любители всего необычного остались и засели в развлекательных заведениях чайнатауна. Среди них был и сам Ли Вэй, который явился сюда не только из праздного любопытства. Он знал, куда хочет зайти: сегодня Тайпану требовалась женщина. Сговорчивая азиатка, знающая себе цену. В буквальном смысле — она должна ее назвать.
Европейского типа эскортниц мужчина не желал. Только не сейчас. Нужна была та, которая не вызовет лишних ассоциаций и воспоминаний. Китаянка для этого подходила как нельзя лучше. А потому Тайпан нашел на карте чайнатауна стриптиз-бар, куда и направился, чтобы купить себе несколько часов удовольствия. В таких местах девушки всегда были не прочь за дополнительные деньги добавить особые услуги к приватному танцу, так что Тайпан определенно рассчитывал на секс.
Бар «Золотой дракон» находился на втором этаже пятиэтажного здания. Найти его было не так просто: нужно было постоянно задирать голову, чтобы увидеть неоновую вывеску с логотипом. Изображен на вывеске был ожидаемо дракон. Единственным отступлением от канонов, по которым рисуют своих ящеров китайцы, была мигающая фигурка танцовщицы, которая то и дело появлялась возле драконьей морды.
Ли Вэй усмехнулся. С натяжкой, но его змеиная чешуя роднила его с героем китайской мифологии: чем не дракон, когда шэяо вылезает на полную мощь? Что ж, оставалось найти себе хорошую танцовщицу, которую он опалит своим сексуальным аппетитом. Желание, к слову, по непонятным причинам усиливалось с каждой секундой. Все сильнее Тайпану требовалась ощутить в своих руках женскую плоть. Он думал об этом, когда поднимался по грязным ступенькам, не мог выкинуть из головы, когда входил в тесный вестибюль, где его проверили на наличие оружия двое здоровенных азиата, и уже окончательно зафиксировал себя на поиске той самой, когда достиг неожиданно огромного зала с множеством отдельных стоек с пилонами, сценой, барной стойкой и десятками небольших столиков.
Играла музыка, было шумно, дымно, душно. Для курения предполагались отдельные закрытые зоны, но никто не обращал на такие мелочи внимания.
Тайпан осмотрелся. Его взгляд то и дело падал на извивающихся возле шестов девушек и пялящихся на них разной этнической принадлежности мужчин. Среди посетителей были и азиаты, и европейцы, и афро. Гости бара много пили, запихивали купюры стриптизершам в бикини, выкрикивали скабрезные словечки, вызывая у танцующих девушек благодарные улыбки.
Обстановка начала еще более накаляться, когда на сцене началось движение. Пока Ли Вэй выбирал себе место, на ней появилось световое пятно, в круг которого вышел ведущий.
— Господа! И дамы⁉ — кивнул он в сторону женской компании, сидящей за столиком в углу и непонятно что делающей в этом мире мужской похоти. Нью-йоркцы и гости столицы! Мы начинаем нашу шоу-программу. Сегодня перед вами выступят звезды нашей коллекции. Лучшие танцовщицы и самые сексуальные девочки. Почти каждая из них согласится сходить с вами в приватную комнату, если сумма, которую вы готовы заплатить, будет достойной их внимания. Сразу предупреждаю: Златовласка не оказывает частных услуг — ни сегодня, ни завтра. Никогда! Поэтому прошу не подходить ко мне с просьбами, мольбами или угрозами. Это бесполезно. Тем, кто не знает, о ком я говорю, я завидую, ведь вы сегодня впервые увидите настоящее чудо! — с этими словами под звуки свистов, аплодисментов и выкриков: «Девок давай!» конферансье ушел, на сцене погас свет, заиграла музыка, и началось шоу.
Тайпан к этому времени занял место за баром, заказал себе виски и тоже уставился на представление. Судя по всему, сейчас выступят отборные, а он как раз спокойно подберет себе ту, которая его обслужит.
Первой вышла высокая, худощавая китаянка со спортивной фигурой. Ее объявили как «прекрасная Мэй». Возможно, в теле этой танцовщицы чуть не хватало плавных линий — женщина имела слишком тренированное тело — но зато то, что она вытворяла на пилоне, заслуживало восхищения. У нее явно был свой фан клуб: несколько мужчин — белых американцев — особо остро отреагировали на появление стриптизерши и очень громко привлекали к себе ее внимание. Как только танец закончился, компания ее поклонников помчалась к администратору. Видимо, началась торговля. До Тайпана донеслись их споры. Группа настаивала, что они все могут увидеть приватный танец Мэй за назначаемую для одного клиента стоимость. Ведь она танцует один раз! А менеджер очень сутенерского вида возражал, что платить нужно каждому. Осознав, что сэкономить не получится, мужчины приуныли, но воспряли духом, когда китаец с барского плеча все же сделал им пятипроцентную скидку.
«И это нас называют жадными и расчетливыми!» — презрительно подумал Ли Вэй.
Тем временем на сцене извивалась очередная стриптизерша. Эта была невысокая и пышногрудая. Тайпан даже подумал, что возьмет ее — она показалась ему годной для его целей. Однако все изменилось после начала следующего выступления. Еще только объявляя Златовласку, ведущий взорвал зал. Мужские голоса ураганом пролетели по помещению, а рыжеволосый канадец, сидевший по левую сторону от Тайпана и тянувший свое дешевое пиво, воскликнул:
— Черт! Эту девочку я бы купил за любые деньги! Жаль, у меня таких нет. Я слышал, ее пытались выкупить на ночь за десять тысяч долларов, но она не пошла. Лучшая!
Лучшая! Это слово ударило в голову. Иного Тайпану и не нужно. Только то, что не всегда доступно другим. Но, главное, самого высокого качества.
— Десять тысяч? Хм… Можно добавить нулей, — непривычно для себя произнес он вслух, заставив канадца рассмеяться.
— Что? Сто тысяч за бабу? А, может, даже миллион? Ты не похож на того, кто имеет такие деньги. Но даже если и так, то многовато все же.
— Это если у тебя один миллион. И ты не ценишь себя и свое время, — пробормотал полукровка, почувствовав неожиданное раздражение. Ему не нравилось то, сколько пар глаз сейчас пялились на сцену. На самое лучшее должен смотреть только он.
Заиграла музыка, и Тайпан пораженно замер. Танго? Серьезно?
На сцене зазвучали первые аккорды страстной «Por una Cabeza" аргентинского композитора Карлоса Гарделя. А затем вышла она. Ли Вэй пораженно уставился на девушку-блондинку с золотистыми волосами, в алом платье, на каблуках. Она была европейкой с бледно-молочной кожей и подчеркнутыми помадой алыми губами. 'Фарфоровая куколка» — назвал ее тут же для себя Тайпан. Пока полукровка жадно пожирал глазами девушку, Златовласка начала танцевать.
Она исполнила танго одинокой женщины, роль партнера которой сыграл пилон. Это было художественно, кто-то точно ставил хореографию — ее танец рассказывал историю. Златовласка продемонстрировала искусство, от которого у Ли Вэя где-то глубоко зазвенело — похоже, так звучала последняя струна его души, еще не порвавшаяся от разочарования и тоски.
А потом танцовщица начала раздеваться: законы стриптиза требовали этих действий. Когда бретельки ее платья начали сползать вниз, открывая аккуратную грудь, Тайпан ощутил, как из недр его сущности рвется шэяо. Не от вожделения, а от желания спрятать от всех наготу девушки. Тайпан не заметил, как на моменте, когда она осталась лишь в одних алых стрингах, его длинные черные когти врезались в полировку барной стойки и вспороли гладкую поверхность четырьмя бороздами.
Только по одной причине Ли Вэй не остановил представление: он отвлекся. Мужчина боролся со змеиной сущностью, загоняя ее обратно. Но как только у него получилось, а блондинка под сшибающий с ног звук аплодисментов закончила танец, Тайпан уверенным, твердым шагом направился к администратору.