Страница 36 из 73
Я с трудом, но выдерживала чужие взгляды, всматриваясь в каждого стоящего возле сцены мужчину, но все они казались незнакомцами. Тем временем Кайсу объявил обо мне как о следующем лоте, заставив нервно сжать потные ладони. Удивительно, но утешала я себя в этой ситуации только одной мыслью: «Хорошо, хоть раздеваться не нужно!»
В зале я не заметила ни одной представительницы женского пола — даже Рики или других уже проданных девушек. Похоже, им не позволялось наблюдать за процессом. А жаль, так я могла хотя бы в чьих-то глазах увидеть сочувствие. Впрочем, с чего бы? Скорее всего, для них я конкурентка. Вряд ли женщины тут отличаются от земных в этом смысле.
Пока я рефлексировала, до моих ушей долетело раскатистое:
— Я, шидан Анокэ Абакайши, хочу стать первым хозяином этой женщины!
Что? Я посмотрела на говорившего. Хозяин! Чей? Мой? Какой бред! Мысли об абсурдности происходящего не успели обосноваться в голове, когда раздался еще один окрик:
— При всем уважении, шидан, вы уже купили рабыню. Я, дан Ваншу, протестую и вступаю в спор за землянку.
— Есть ли еще те, кто претендует на обладание Верой? Напоминаю, что она только сегодня прибыла в наш мир. Ничего не знает, наполнена страхом. Приручать, обучать и наказывать — прерогатива первого хозяина. Самое вкусное и ценное! — призывал хитрый аукционист.
Толпа зашумела, а я впала в ступор, переваривая и осознавая преимущества, которые указал для моих покупателей Кайсу. Наказывать? Приручать? Какой кошмар! Он же сам обещал, что меня никто не тронет. Или нет?
Я бесилась, но в то же время внимательно следила за тем, как шли дела по моей продаже. На повестке стоял вопрос: кто еще из шэяо выдвинется бороться за «экзотику». К счастью или сожалению, желающих больше не оказалось. Так что я сосредоточила свое внимание на двух финалистах, нервничая и размышляя, есть ли среди них для меня более предпочтительный.
Мужчина, восседающий на троне, выглядел лет на сорок. Обладатель цепкого взгляда, упрямо сжатых губ и королевской осанки, этот азиат смотрел на меня исподлобья, почти сурово, и уступать сопернику явно не собирался. Второй на вид был моложе — коротко стриженный, в черных штанах и халате глубокого фиолетового цвета, он бросал на меня более понятные взгляды. Именно такие вот жадно горящие взоры нас, стриптизерш, раздевают быстрее, чем мы начинаем свой танец. И сейчас этот шэяо явно на кураже.
— Я предлагаю тысячу крейнов, — тем временем провозгласил Анокэ.
— Две тысячи, — тут же выкрикнул Ваншу.
Не знаю, какова стоимость крейна, но мужчины торговались с удовольствием, повышая хорошим шагом и явно являясь оптовыми обладателями этой валюты.
Толпа охала, даны увеличивали суммы, а я просто стояла, переминаясь с ноги на ногу — такое пассивное присутствие на сцене мне было в новинку. Жаль, стул не поставили, я бы хоть присела, так как делать все равно было нечего. От меня мужчины ничего не требовали, а в пылу торга и вовсе перестали смотреть в мою сторону. Главными героями этого аукциона на данный момент являлись два покупателя, а я пока была лишней на этом празднике расточительства и азарта.
Конкуренты не скупились на эмоции. В разгар их рыночных баталий брюнет вдруг поплыл змеиным обликом: на его скулах засверкала фиолетовая чешуя, гармонируя с ярко-желтыми глазами, сделавшими его похожими на хищного гада. В этот момент стул мне понадобился особенно остро, так как ноги не держали, и мне захотелось сесть, закрыв лицо руками, чтобы хоть таким образом убежать от действительности. Причин для слабости было полно: шок, страх и накатывающее осознание того, что я попала в максимально непонятную и, похоже, чреватую серьезными последствиями ситуацию — и это только часть того, что я ощущала, стоя на помосте и наблюдая за батлом шэяо.
С чего я вообще решила, что аукцион — это так, легкий перфоманс? Казалось, что даны были готовы вцепиться друг другу в глотку и начать убивать. И на этом этапе я задала себе закономерный вопрос: а что же и в какой форме настолько ретивый победитель тогда потребует от меня?
Я тряслась как осиновый лист, а тем временем фантасмагория превращений продолжалась. Серебряный отреагировал на выброс змеиной ипостаси фиолетового соперника в разы агрессивнее: я с ужасом наблюдала, как его ноги превратились в длинный серебряный хвост, который схватил в свои кольца и небрежно отбросил в сторону парочку стоявших рядом с троном мужчин — похоже, слуг. Это ж какой по размерам весь змей Анокэ, коль кончик его хвоста толще моей головы? Но пугало даже не это. Я проникалась кипучим темпераментом шидана, который на моих глазах травмировал ни в чем не повинную челядь. Эти двое бедняг, пролетевшие с десяток метров и вписавшиеся всем телом в стену, просто попали под раздачу. Получается, что Кайсу наврал, и насилие тут процветает, а, значит, я в опасности — очень и очень большой!
Сам шидан, похоже, чувствовал себя вполне комфортно — об этом говорила его расслабленная поза и хищная улыбка, которая впервые за время всего представления относилась конкретно ко мне.
— Пятьсот тысяч крейнов! — крикнул среброволосый, не отводя от меня многообещающего взгляда. Я была на грани обморока — похоже, я наконец-то дошла до полного понимания собственного феерического попадалова. Этот мужик меня в пыль разотрет и не заметит! И сына не найду, и себя погублю!
Мысль о том, что все пропало, билась раненой птицей в голове. А между тем на зал опустилась звенящая тишина.
— Пятьсот тысяч — раз! — начал отсчет Кайсу. Внешне почти невозмутимо, но клянусь, я заметила, как нервно дергалось его веко. — Продана! — закончил мужчина на счет «три», сорвавшись на фальцет. Похоже, торгаш поймал свой катарсис, а я получила неоправданно жестокого владельца.
Как только сделка была совершена, ко мне подошло двое слуг в черных халатах, которые с невозмутимыми лицами спустили меня с помоста и повели прочь, поддерживая под локти.
— Пятьсот тысяч! Можно купить дом не меньше чем с тремя порталами на эту сумму. Ничего себе! — восклицал мой провожатый.
— Это много? — прохрипела я, хотя уже и так по реакции окружающих поняла, что это сумасшедшая сумма. Какая ирония: последнее время меня стабильно оценивали в полмиллиона.
— Ты должна блистать как никто, прославляя дом Абакайши. И дарить хозяину все внимание и любовь. И тогда за всю свою жизнь ты отработаешь одну десятую того, что он за тебя отдал. Вот какая это сумма, — с этими словами мои сопровождающие открыли дверь и втолкнули меня в небольшое помещение.
— Рика! — воскликнула я, увидев там мою знакомую. В ту секунду она показалась мне самой близкой подругой, я бросилась к ней, обрадовавшись как родной. — Серебряный купил меня!
— Да, я уже слышала, — грустно, но с достоинством кивнула девушка. — Ты удостоилась чести. Анокэ очень сильно захотел тебя! И это плохо для меня. Но я буду рядом, и, возможно, он заметит и меня когда-нибудь, — добавила Рика.
— Да не собираюсь я… Послушай! — я схватила ее за руки. — Мне не нужен хозяин, мне нужно в дом Циилин. Ты поможешь мне, и я уйду. Вот и все! — я кивала в подтверждение своих же слов, но Рика не разделяла моей уверенности. Она сидела на небольшом пуфе в своей любимой позе: с прямой спиной, изящно сложив руки на коленях.
Я же не могла успокоиться и яростно мерила шагами комнатушку до тех пор, пока за нами не пришли.
— Вера и Рика! Хозяин направился домой. Он устал. Вы следуете за ним, — сказал один из тех бедняг, кого Анокэ приложил хвостом об стену. Он выглядел совершенно здоровым — похоже, этим шэяо все нипочем.