Страница 23 из 77
Глава 8
Что хотел сказать фотограф?
Теперь мы знали адрес, но только я чувствовал, что мы что-то упускаем из виду. Что-то, о чем знали практически с самого начала. Только вот что? Я никак не мог уловить.
И главное меня очень тревожил наш убийца, остающийся все время в тени. Что он знает, после того как убил Проскурина? Почему до сих пор не нанес новый удар? Где скрывается?
Быть может, ему удалось докопаться до адреса на Васильевском острове и пока мы ездили к профессору, он давно уже добрался до двенадцатой линии и нашел старобуржуйский клад. Пока мы доедем до нужного адреса, нам там останется лишь дырка от бублика.
Но что это за клад? Как нам его там искать? Что он из себя представляет?
Адрес то мы знаем, но мы не знаем, что нам искать на этом адресе.
Вопросов множество.
Если бы моя воля, то я бы прямо сейчас сорвался на Васильевский остров и вооружившись мощным электрическим фонарем обшарил бы этот дом от верхнего этажа до подвала, простучал бы все стенки, заглянул бы в дымоход, а если бы потребовалось, то и разобрал его.
Но я понимал, что вылазка на Васильевский остров в ночное время вызовет массу вопросов, да и ребят вряд ли отпустят родители, поэтому придется вооружиться терпением и подождать до завтра.
Но что же я все-таки упускаю из вида? Не сразу, но, уже подходя к дому от трамвая, я вспомнил.
Фотограф Проскурин перед смертью пытался нам что-то показать, о чем-то предупредить. Но что хотел сказать фотограф?
И ведь если бы не идеальная память Кати, вряд ли бы мы когда-нибудь узнали об этом. Только она запомнила странную указующую позу мертвого тела.
Теперь нам во что бы то ни стало надо проверить эту версию. Не стал бы Проскурин последние минуты своей жизни тратить на какие-то пустяки. Этот человек высоко ценил время и каждое мгновение жизни.
Ведь он был фотографом, человеком, который стремился ценные мгновения запечатлеть для вечности.
Итак, решено. Сегодня вечером мы идем в фотоателье, проверим память Кати. Я хотел было идти на дело вдвоем с Пашкой. Он может постоять на стороже, а я пойду внутрь опечатанного ателье, но без Катьки мне не обойтись.
Ее память подскажет, где и что нам искать. Так что и Славку придется брать с собой, потому что иначе обидится, скажет, что отстранили от дела, не доверяют.
Но Славка ничего не сказал такого.
Когда я рассказал ребятам о своих планах, Пашка пришел в восторг. Он прямо с места рвался совершить набег на ателье. Если его не остановить, то он сразу и на Васильевский остров помчится.
Катя сомневалась. Как так можно влезть в опечатанное милицией помещение. К тому же это помещение еще и является местом преступления. Но она не отказывалась помочь, просто сомневалась.
Славка же сразу сказал, что он сегодня никак не может. Он сильно занят. Завтра утром он с отцом должен идти на шахматный районный турнир в дом культуры. И от этого никак не отвертеться, потому что место турнира и время его проведения было определено заранее.
Вечером же он должен хорошо поужинать, сыграть с отцом пару партий и лечь спать пораньше. Такая у них семейная традиция. И если он придет и скажет, что вечером его не будет, он с друзьями во дворе, то это вызовет у родителей массу вопросов.
Я согласился, что лишние вопросы нам сейчас не нужны. Надо усыпить бдительность старшего поколения, потому что впереди у нас путешествие на Васильевский остров за кладом.
И тут меня осенило, что турнир у Славки завтра, значит с нами на Ваську он не сможет поехать.
Славка это тоже понял и сильно расстроился. Ведь все это время мы вместе вели дело, а тут, когда клад уже в двух шагах, он оказывается на скамейке запасных.
Знал бы Славка как он ошибается, то не сильно бы расстраивался.
Славка ушел первым. С ребятами мы договорились встретиться в девять вечера, а пока разошлись по домам. Надо было показаться родителям на глаза, пообедать, пускай и поздно, да что-нибудь сделать общественно-полезное по дому.
Дома меня ждала печеная картошка, да отварная куриная ножка с куском ржаного хлеба.
Мама была на службе, поэтому разогревать обед я не стал, а съел холодным.
После чего завалился на кровать с книжкой «Республика ШКИД» в желтой обложке с надписью «Дешевая библиотека Госиздата».
В прежней жизни я бы не стал читать такую книгу, но старому Тимуру нравилась эта история, да и мне надо было соответствовать. Все мальчишки сейчас зачитывались этой книгой.
Я и сам не заметил, как пролетело два часа и надо было собираться на операцию.
Я надел ботинки, плотно зашнуровал шнурки, чтобы не развязались в самый неподходящий момент, накинул куртку и вышел.
Я спускался по лестнице и прикидывал, как относительно безопасно мы попадем в фотоателье. Главный вход опечатан милицией, да и ключей от дверей у нас нет. Вскрывать замок, но у нас ни у кого нет навыков взломщика и подходящего инструмента.
Хотя каждый уважающий себя сыщик просто обязан иметь в собственном рабочем арсенале коллекцию отмычек. Вспомним хотя бы великого Шерлока Холмса. Книжками о его приключениях зачитывались все ребята, что во дворе, что в школе.
Вот вроде бы книжка про капиталистический мир, их проблемы, чуждые нам классово, а герой свой родной, близкий.
Раз мы не можем войти с парадной входа, надо искать запасной черный ход. Других вариантов у нас нет.
Ребята ждали меня во дворе. Пашка сиял, словно свеже начищенный самовар. Катя заметно нервничала и перебирала косу. При виде меня Пашка тут же заявил:
— Чего ты так долго? Давно пора клад доставать, а мы еще даже загадку фотографа не разгадали.
— Ты куда торопишься? Всему свое время, — рассудительно заявил я. — Ты вот лучше мне скажи, как мы попадем в ателье? Двери то заперты и опечатаны.
Мои слова поставили Пашку в тупик. Все его хорошее настроение тут же растаяло. Сияние потухло. Он растерянно хлопал глазами и открывал рот, но ни звука не произнес. Не знал он что мне ответить.
— Вот то-то и оно. А храбрится. Клад, клад. А сам то и не знает, как в ателье забраться, — нарочно поддразнил я Пашку.
Пусть не бежит впереди паровоза. Спешка, как говорила баба Маня, местный дворовый авторитет, хороша при ловле блох.
— Идем к ателье. Осмотримся на месте. Должен быть безопасный вариант.